Страница 15 из 54
Открываю глаза, смотрю на своё запястье. Метка почти не болит. Только иногда пульсирует, напоминая о ней. Об этом жалком создании, которое сейчас сидит в белой комнате и, наверное, боится собственной тени.
Я не чувствую к ней ничего. Ни жалости, ни сочувствия, ни тем более тепла. Она всего лишь помеха. Ошибка, которую я допустил. И которую теперь придётся исправлять всю жизнь.
Но почему-то я думаю о ней…
Вертолёт идёт на посадку. База встречает меня привычным холодом и ветром. Выхожу, не дожидаясь Андера. Прохожу через шлюз, прикладываю ладонь к сканеру, спускаюсь в лифте.
— Господин Рэйвен, — встречает меня Синклер. Весь такой радостный, возбуждённый. — Отличные новости! Объект начал есть самостоятельно. И регенерация...
— Не сейчас, — обрываю его. — Отчёт через час.
Синклер открывает рот, чтобы возразить, но я смотрю на него так, что он передумывает. Кивает и уходит. Сразу иду в свою комнату. Скидываю куртку на койку, сажусь за стол. Включаю терминал, вывожу на экран изображение с камер наблюдения.
Вот она. Моя истинная пара.
Сидит на кровати, обхватив колени руками. Смотрит в стену. Волосы каштановые, спутанные, падают на лицо. Плечо перевязано. Она выглядит маленькой и потерянной. Жалкой.
Я смотрю на неё и чувствую… ничего. Абсолютно ничего.
Нет, вру. Есть раздражение. Злость на себя за то, что позволил этому случиться, за то, что теперь эта девчонка стала частью моей жизни. И я этого не хотел.
Вижу, как она моргает. Медленно, будто с трудом. Поворачивает голову, и я вижу её профиль. Обычный. Ничего особенного. Таких тысячи. Миллионы.
Почему именно она?
Судьба? Ага. Так я в это и поверил. Случайность и не более того.
Я не верю в судьбу. Всё, что есть у меня и это результат моих решений. А эта метка, просто напросто биология. Случайность, которую можно игнорировать.
Она поворачивает голову и смотрит прямо в камеру.
На секунду мне кажется, что она видит меня. Что знает, что я здесь, за экраном и наблюдаю за ней. Но это невозможно. Камеры скрытые, она не может их заметить. Но она смотрит прямо в объектив. И в её взгляде не страх, и ничего подобного на смирение. Там ненависть.
Усмехаюсь и смотрю в ответ. Мы смотрим друг на друга через экран, и я чувствую, как метка на запястье начинает пульсировать сильнее. Будто отзывается на её эмоции. Будто связь работает даже на расстоянии. Но этого не может быть. Не помню, что в отчётах Синклера о паре Белсерион и Рид говорилось о таком.
Интересно.
Она отводит взгляд и снова смотрит в стену. Обхватывает колени руками, и я замечаю, как её пальцы дрожат. Не от холода, а от ярости, которую она сдерживает.
Она злится? Отлично. Даже забавно. Улыбка сама появляется на губах. Пусть злится и ненавидит. Это ей никак не поможет.
Выключаю монитор. Не хочу больше на неё смотреть. Ложусь на койку, закрываю глаза. Но перед внутренним взором всё равно стоит её лицо. Зелёные глаза, полные ненависти. И этот взгляд, которым она смотрела в камеру. Будто говорила:
«Я тебя вижу и запомнила».
И мне плевать. Правда плевать. Но почему-то я не могу уснуть.
Переворачиваюсь на бок. Смотрю на стену. Думаю о повстанцах, о Каине Вейрине и о предстоящей операции. И отец прав, что это теперь мой приоритет. А она маленькая и незначительная помеха.
Но через час я снова включаю монитор…
Она спит. Свернулась калачиком на кровати, поджав ноги к животу. Выглядит ещё моложе. Беззащитнее. Я смотрю на неё несколько минут, изучаю черты лица, линию скул, изгиб бровей, благо разрешение камер позволяет. Круглый овал лица, возможно, ямочки на щёках, когда улыбается. Густые ресницы.
Обычная. И ничего особенного в ней нет. И всё же что-то в ней есть, чёрт возьми. Что-то, что заставляет меня смотреть и не даёт отвести взгляд. Что же?.. Бесит!
Я выключаю монитор. Встаю, подхожу к столу, открываю папку с досье на Каина Вейрина и начинаю читать, чтобы отвлечься.