Страница 5 из 94
— Этот ошейник — несмываемый позор для мужчины моего рода. Такое никто не простит, никогда. Убей и покончим с этим, слышишь? Я не стану просить о выкупе у отца. Он не переживёт того, что я так глупо попался шохирцам, да еще и был обращен в рабство. Убей! — парень запрокинул голову назад, подставил мне горло.
— О выкупе речи и не идет, насколько я понял. Он взял тебя для чего-то другого.
— И для чего же?
Я чуть ослабил хватку. Парень глубоко вдохнул, начал оседать на пол. Я помог ему лечь.
— Хозяин гадал три недели назад. Кажется, к нам вот-вот должна пожаловать его племянница. У девушки нет титула, но она урождённая ведьма. По законам Шохира ей должны обрезать дар, — я подпихнул под голову пленника чуть соломы. А ведь теперь он, как и я, — раб. Хотя всего неделю назад был блестящим аристократом, наверняка и подумать не мог, что окажется здесь.
Чем же его заманил к себе Зильбер?
— Как и Зильберу. Он тоже не титулован. Я вообще думал, что он просто торговец старьем, артефактами, всяческой снедью, — фенрирец криво улыбнулся, — Как же я заблуждался. Зильбер — колдун, да еще какой силы. Хоть и простолюдин. Не аристократ не имеет права использовать магию, иметь свой, хоть сколько-нибудь выраженный дар, у вас так принято, верно?
— Верно.
— Но как это связано со мной?
— У тебя есть титул. Правда, титул Фернира. Но раньше они ценились и тут, по нашу сторону от границы.
— Ты действительно думаешь, что он может женить меня на той своей племяннице? — парень закашлялся, стало заметно, насколько он все еще слаб.
— Я не уверен. Может быть, тебя он похитил для ритуала.
Я поднялся на ноги, приподнял кувшин. По носику прошла глубокая трещина. Этого только не хватало.
— Ещё воды принесу, оботру твои раны.
— Не нужно. Я маг, они пройдут сами.
— Ты был магом, ошейник заблокировал дар. Среди рабов магов никогда не бывает.
— Откуда ты знаешь?
— В юности у меня тоже был росток дара. Точней, в детстве. Он должен был вот-вот расцвести, но на меня надели ошейник. Увы, мой дар зачах.
— Если снять ошейник, дар отойдет.
— Только с меня его точно никто не снимет, — покачал головой я.
Наследство, титул, простое достоинство — все это только мечты. Никогда и никто не вернет мне свободу. Я только вещь, весьма недешёвая красивая вещь в руках хозяина. И от этого очень обидно. Я представил, как ветшает мой особняк, зарастает дикими травами огромный газон перед ним, плющ уже, наверное, закрыл окна своими крупными листьями. А ласточки свили гнездышко в хрустальной люстре бального зала..