Звездолет

Глава5

На ужин подали рагу из сушеных бобов и таких же засушенных, а потом размоченных помидоров. Солара на раз узнавала восстановленную еду, хотя порой фермеры все же отдавали епархии настоящие, пусть и полусгнившие овощи. Даже побитые и перезревшие те помидоры сочились терпкой сладостью, от которой после дегидратации не оставалось и следа. Однако Солара жевала и не жаловалась. Все равно лучше, чем соевая бурда с овсом и вкусом сточных вод.

Капитан хмуро уставился на нетронутую порцию бобов рядом с ней:

— Где твой слуга? Все ужинают..

— ..вместе. Я ему говорила, – сообщила Солара, избегая его черных глаз. Она знала, что они настоящие, но все равно чувствовала себя неловко под этим пристальным взглядом.

Вскоре Доран наконец явился и возвестил о своем прибытии, с грохотом опустив мешок топливных фишек на пол.

— Ровно десять тысяч, сам пересчитал.

И с облегчением выдохнул.

— Пересчитал? – переспросил капитан. – А почему не воспользовался весами?

Доран застыл:

— Какими весами?

— Для подсчета валюты, – пояснил Кейн с дальнего конца скамьи. – Мы бы ничем иным не занимались, если бы считали фишки вручную. Я же говорил Ларе.

Под сердитым взглядом Дорана она попыталась выкрутиться:

— Техника не всегда точна. Мне не хотелось ненароком обмануть капитана.

Он недоверчиво фыркнул и сел. Посмотрел на бобы, затем оглядел стол в поисках чего-то еще:

— А где основное блюдо?

— Вот оно, – указала Солара.

— Но тут нет мяса.

Она повернулась к нему лицом. Просто поразительно, что высокомерие способно прорваться даже через амнезию. Наверное, приятно, когда можешь позволить себе столько животного белка, чтобы есть мясо на ужин каждый день.

— Если тебе не нравится, мы поделим твою порцию.

Доран явно был голоден, потому что тут же вцепился в тарелку.

— Раз все собрались, начнем, – объявил капитан. – Чья очередь сегодня?

— Для чего? – не понял Доран.

— Для вопросов «или-или». – Кассия промокнула губы салфеткой. – Мы каждый вечер играем. – Затем небрежно взмахнула рукой и повернулась к Кейну: – Что бы ты предпочел: знать дату своей смерти или ее причину?

— Я могу изменить обстоятельства смерти?

— Конечно нет.

— Тогда дату, – быстро решил он. – Зачем знать причину, если ничего нельзя изменить? Ерундовый вопрос.

Солара была того же мнения, но не собиралась высказываться и навлекать на себя гнев Кассии. С этой девчонкой не сравнились бы даже ядовитые техасские скорпионы.

— Некоторые хотели бы знать причину, чтобы постоянно не переживать, – возразила она.

— Кто станет волноваться о том, как умрет? – Кейн сунул полную ложку бобов в рот, так, что одна щека вздулась, и повторил: – Ерунда.

Кассия ткнула его локтем под ребра:

— Попробуй сам, если такой умный.

— Ладно, – начал он, но Ренни его перебил:

— Моя очередь. У меня есть классный вопрос. – После нарочитой паузы он широко улыбнулся и продолжил: – Что бы вы предпочли: найти любовь всей своей жизни или десять миллионов кредитов?

И все тут же, не раздумывая, выпалили:

— Кредиты.

Ренни понурился:

— Вы серьезно?

— Еще бы, – кивнул Доран. – От кредитов хоть весомая польза есть.

— И ты тоже? – Ренни грустно посмотрел на Солару, будто считал ее союзницей, а она разочаровала его, спевшись с остальными.

Странно, ведь он же ее совсем не знает.

Она хотела сказать «я в особенности», когда заметила, как дернулся левый нагрудный карман капитанского кителя. Внезапно оттуда высунулась коричневая головка и моргнула выпуклыми черными глазками.*

Солара ткнула в капитана пальцем:

— А у вас в кармане.. бурундук?

Прямо готовое начало для плохого анекдота.

— Это Желудь. Она почти не отходит от капитана, – поделился Ренни, поглаживая кончиком пальца гладкую шерстку. При прикосновении зверек опустил голову.

— Это потому, что капитан – ее мамочка, – усмехнулся Кейн, но под сердитым взглядом начальства замолк.

— Желудь – сумчатая летяга. Ренни украл малышку у торговца, а потом без спроса подложил ее в мой карман. А так как она именно сумчатая, то..

— ..решила, что ваш карман – сумка ее мамы? Как печально. – Солара прижала руку к сердцу. Бедняжка сирота, как и она сама.

Капитан Росси недовольно кивнул:

— Она привязалась ко мне еще до того, как я узнал о ее существовании. Испортила мою куртку.

— Она все портит, – тихонько прошептала Кассия.

— А, так вот для кого клетка. Ну, в том зале, – вспомнила Солара.

— Желудь в ней не сидит. И угадай, кому приходится убирать ее маленькие неожиданности? – добавила Кассия.

Капитан искоса на нее зыркнул и погладил любимицу большим пальцем, будто та могла обидеться на сказанное.

— Ты же знаешь, ее нельзя оставлять там одну. Желудь – клановое животное.

— Мы выяснили, что она очень общительная и от недостатка любви и внимания может и помереть, – подтвердил Ренни.

— Так что, пока не найдем для нее хоть одного приятеля, а то и парочку, она свободно перемещается по кораблю. Кто-то против? – грозно уточнил капитан.

Оба помощника уткнулись в миски и сунули в рот еду. Какое-то время за столом царило молчание, пока Желудь снова не высунула пушистую головку, и Ренни не протянул ей боб. Она взяла угощение лапками, принюхалась розовым носиком и начала, попискивая, кусать.

Капитан помрачнел:

— Хватит давать ей всякую дрянь.

— И вовсе не дрянь, бобы полезны, – спокойно произнес Ренни, словно они уже не раз об этом спорили.

— Не так полезны, как насекомые и..

Тут его прервала сирена, и капитан одновременно с любимицей навострил уши.

— Приближается корабль, – пробормотал он и, опершись на костыль, со стоном поднялся и похромал к лестнице в рулевую рубку.

— Вроде ничего страшного, – успокоил всех Ренни.

Но всего минуту спустя из интеркома прогремел капитанский приказ:

— Пристегните ремни.

Команда рассредоточилась. Доран оглядел камбуз:

— А где ремни?

— Иди за мной, – велела Солара, вскочив с лавки.

Она бегом вернулась в их каюту и указала на дверь: по обе стороны от нее к стене были прикреплены ремни безопасности. Кейн уже успел объяснить, что при болтанке нужно сесть на пол спиной к стене и крепко пристегнуться.

От внезапного рывка, они с Дораном рухнули на пол и столкнулись, но Солара почти ничего не почувствовала. Скатилась с него и поползла к ближайшему ремню. «Слуга» последовал ее примеру.

Солара затянула пряжку и прижала колени к груди.