Страница 64 из 108
Судьба двенадцать лет спустя дала ещё один шанс, когда привела его в ту тёплую долину среди снегов. Указала путь домой. Если бы он решился поверить, то мог бы вернуть себе давно утраченное счастье… но он уже убил в себе все чувства и больше не желал доверять никому. Жажда крови и стремление единолично править во дворце свели его с ума. Он безо всякого снисхождения оттолкнул протянутую руку и в одиночку ступил на путь без возврата.
Это был его собственный выбор – без колебаний обмануть её, причинить боль, только чтобы не отказываться от манящей власти и свободы… и вот он здесь.
Он и в самом деле это заслужил… Заслужил!
Тун вдруг засмеялся. Оказывается, вся его жизнь была выбором между яростной схваткой и покорностью! Но как бы сильно он ни боролся, не смог вырваться из рук того, кто перевернул всё с ног на голову.
Желание убивать покинуло сердце, и юноша почувствовал только бесконечное изнеможение. Он медленно закрыл глаза, криво усмехнулся и склонил голову.
Мяо Шуй потрясённо смотрела на него: неужели Тун сдался? Больше не пытался сопротивляться и даже не злился… Никогда ещё на лице первого убийцы Горнила Демонов не было такой безмерной усталости!
– А ну, стой! – Когда юноша засмеялся, владыка молниеносно потянулся к нему: одной рукой сжал его челюсть, а другой резко ударил в живот.
Изо рта Туна хлынула кровь, перемешанная с чёрным снадобьем. От такого сильного удара он потерял сознание.
– «Заткни глотку»? Хочешь покончить с собой? – Владыка удовлетворённо улыбнулся. Казалось, воля Туна была окончательно сломлена. Мужчина крутанул золотой посох и холодно произнёс: – Для тебя это слишком просто. Ты должен до конца насладиться «Яблоней семи звёзд».
Повсюду валялись убитые псы. Лишь один серый мастиф всё ещё пытался приподняться.
Владыка нахмурился.
– Тун, ты убил стольких моих драгоценных мастифов, забрал жизнь Мин Ли… – пробормотал он. – Что ж, прежде чем яд возьмёт своё, ты заменишь мне псов. – Кончиком посоха он приподнял подбородок юноши. – Хотя… без силы своих глаз ты хуже пса.
– Вы собираетесь заключить его в Снежную тюрьму? – тихо спросила Мяо Шуй.
– В Снежную тюрьму? Это слишком просто… – Глаза владыки загорелись злобой, и он ткнул посохом в голову Туна. – У меня остался только один мастиф. Раз клетки пусты, пусть он займёт одну из них.
– Да… слушаюсь. – Мяо Шуй еле заметно вздрогнула, быстро и почтительно поклонилась, очаровательно улыбнулась владыке и отошла. Её талия была узкой и гибкой, как ствол ивы, а бёдра покачивались, как ветви на ветру. Она подхватила потерявшего сознание Туна и легко унесла его прочь, вмиг исчезнув из виду.
Владыка проводил её взглядом, и в его глазах вспыхнул иной огонь.
– Такая соблазнительная…
Не успел мужчина решить, когда позовёт Мяо Шуй для парного совершенствования тайных тантрических
[36]
[Тантра – эзотерические буддийские традиции, где путём различных практик достигается совершенствование и духовное развитие.]
техник, жар охватил его даньтянь
[37]
[Доел.: «киноварное поле» – некая полость, сосредоточие ци. Всего их в традиционной китайской медицине выделяют три, но, когда речь идёт о боевых искусствах, совершенствовании, развитии «бессмертного зародыша», обычно имеют в виду нижний даньтянь, который расположен в нижней части живота.]
, а всё тело пронзила боль. Старик с седыми волосами и юным лицом согнулся и зашёлся кашлем, опираясь на свой золотой посох. Он больше не мог притворяться.
Внезапно кровь потекла изо рта и запятнала без того уже окровавленный лёд.
– Мяо Фэн… – Владыка тяжело вздохнул, и его глаза потемнели. – Почему ты ещё не вернулся?!.
* * *
Тихо падающий снег скрывал наблюдателя.
Всё произошло слишком быстро.
Мяо Кун, один из пяти Поименованных, спрятался в стороне, невидимкой наблюдая за этой занятной попыткой бунта.
Мужчина никому не показался на глаза, не говоря уже о том, чтобы вмешаться, словно происходящее не имело к нему отношения.
Похоже, события развивались быстрее, чем он рассчитывал. Оставалось надеяться, что люди из школы Динцзянь с Центральной равнины тоже ускорятся – или всё станет гораздо сложнее, когда владыка справится с ситуацией.
* * *
В Снежной тюрьме у северного подножия самой высокой горы Куньлуня круглый год было холодно и сыро, туда не проникал солнечный свет.
Цепи из чёрного железа крепко удерживали Туна в клетке, сковывая его руки и ноги. Мяо Шуй наклонила голову и осторожно застегнула последнюю на бледной изящной шее юноши – кольцо сомкнулось с тихим щелчком. Тун ещё не пришёл в себя, но бессознательно сопротивлялся подобному унижению всем своим существом.
Красавица со смешком погладила по голове человека, носящего теперь ошейник мастифа.
– Всё же ты проиграл, Тун.
Её дыхание коснулось израненной кожи, и юноша медленно очнулся, вот только в открывшихся глазах не было ни намёка на прежнюю силу – их застилал кровавый туман.
С трудом, но Тун, кажется, понял, что происходит. Он с яростью огляделся в темноте и хрипло окликнул:
– Мяо Шуй?
Однако когда попытался встать, цепи на его руках и ногах натянулись, не давая подняться.
– Как жаль, Тун… Я ведь собиралась помочь тебе: ты гораздо моложе и красивее этого старика. – Мяо Шуй рассмеялась, прикрыв рот кончиками пальцев. Её голос звучал нежно и чисто. Потянувшись, женщина снова погладила Туна по голове. – Но как вы с Мяо Хо посмели ничего не сказать мне? Просто отшвырнули меня прочь.
Её рука вдруг с силой вцепилась в волосы юноши, и Мяо Шуй зло взглянула на него.
– Раз ты мне не доверяешь, почему я должна оставаться на твоей стороне?
От такого рывка ошейник из чёрного железа чуть не сломал шею, но Тун не произнёс ни слова.
– Как жаль… – повторила она. – Сперва я хотела помочь вам убить владыку и только потом заняться тобой. – Черты лица женщины вновь стали мягкими и нежными. Она коснулась утративших силу глаз Туна и сладко улыбнулась. – Ведь это со мной ты провёл первую ночь, когда вошёл во дворец Великого Света из Горнила Демонов. Когда тебе позволили подняться в сад Радости… я просто не могла допустить, чтобы ты вот так умер.
Тун закрыл глаза и холодно улыбнулся.
– Шлюха.
– Лучше быть шлюхой, чем животным, – усмехнулась Мяо Шуй и отпустила его волосы.