Страница 46 из 108
Несмотря на начало весны, воздух был всё ещё пронзительно холоден. Хо Чжаньбай поглядел по сторонам, но не заметил никаких признаков жилья. Пока он колебался, Снежный Ястреб облетел двор и вернулся с призывным криком. Хо Чжаньбай последовал было за птицей, но вдруг что-то привлекло его внимание. Мужчина обернулся и застыл, изумлённый: из-за ограды виднелась обугленная магнолия – и на её чёрных ветках показались почки!
Кто же смог вернуть весну мёртвому дереву?
Сердце Хо Чжаньбая пропустило удар: за стеной у древнего дерева стоял изящный аккуратный домик, над крышей которого вился дым.
Это то, что он искал? Хо Чжаньбай с невольным трепетом приблизился к домику и постучал в дверь.
– Я отправила тебя в город купить тряпок на пелёнки для а-Бао. Почему так долго? – раздался укоризненный женский голос. Дверь открылась. – Опять удрал в то место? Что за бездельник! Посмотри: я…
Женщина осеклась, как только увидела, кто стоит за дверью. Она с изумлением глядела на незнакомца в белом, держа на руках маленького сына.
– Кого ищет молодой господин? Моего мужа нет дома.
– Этот недостойный здесь, чтобы искать покровительства милосердной Гуаньинь, – с безмерным почтением ответил Хо Чжаньбай.
Наставнице Сюэ Цзые на вид нельзя было дать больше тридцати лет – всего на три или четыре года старше самого Хо Чжаньбая. Она носила одежду обычной женщины, но закалывала волосы драгоценной нефритовой шпилькой. Ляо Цин-жань выглядела очень юной и прелестной, но мужчина не посмел бы проявить неуважение.
Женщина изменилась в лице и попыталась закрыть дверь перед носом Хо Чжаньбая, при этом холодно заявив:
– Здесь нет никакой Гуаньинь: молитвенный зал разрушен, и боги ушли отсюда. Молодой господин ошибся.
– Старшая Ляо, – быстро, но с тем же уважением обратился к ней Хо Чжаньбай, придержав дверь. – Ваша ученица попросила меня передать письмо.
Ляо Цинжань замерла на миг, когда вместе с письмом он протянул шпильку из фиолетового нефрита.
После недолгого замешательства женщина опомнилась, снова распахнула дверь и пробормотала, не сводя взгляда с протянутой шпильки:
– Прошло восемь лет… Ты всё же обратилась ко мне?
Ляо Цинжань пригласила Хо Чжаньбая в дом и взяла шпильку. Не спуская с рук ребёнка, она некоторое время рассматривала нефритовый узор и кивнула:
– Да, эту шпильку я и оставила Цзые, когда покидала Долину целителей. Моя ученица решила воспользоваться знаком? – Она обернулась и посмотрела на Хо Чжаньбая. – Вы приехали прямо из Долины? Как сейчас здоровье Цзые?
Хо Чжаньбай поколебался мгновение, но ответил честно:
– Очень плохо. Она всё больше страдает от холода.
– Увы… Я её наставница, так что это моя вина. – Ляо Цинжань склонилась над спящим ребёнком и принялась легонько его укачивать, попутно поясняя: – Когда я оставила на неё Долину, Цзые было всего восемнадцать. Тогда я и подарила шпильку вместе с обещанием сделать всё, чтобы помочь ей, если она сама с чем-то не справится… но только однажды.
– Всего один раз? – слегка удивился Хо Чжаньбай.
Ляо Цинжань засмеялась.
– Конечно. Не хочу, чтобы она ленилась подумать сама, зная, что в любой момент может прибежать ко мне за помощью. – Она взяла шпильку и горько улыбнулась. – Но эта девочка всегда была умной и гордой. Вот уже восемь лет прошло. Я думала, сейчас её способности к излечению не знают равных… что она со всем справится сама… и вдруг она использовала этот знак.
Сердце Хо Чжаньбая забилось сильнее.
Как это понимать? Сюэ Цзые велела ему отправиться в Ян-чжоу и вручить эту шпильку её наставнице. Возможно ли…
Ляо Цинжань передала ребёнка служанке, пришедшей на её зов, и вскрыла письмо, бормоча под нос:
– Неужто эта глупая девчонка всё ещё хочет воскресить человека, спящего подо льдом? Я ведь давным-давно сказала, что это невозможно, ведь… – Наскоро просматривая письмо, она запнулась. Её взгляд молнией пронзил Хо Чжаньбая.
– Старшая Ляо, что случилось? – встревожился тот.
Ляо Цинжань развернулась и первой пошла налево, в комнату.
– Проходите и садитесь. Поговорим.
Семилистный рассветный женьшень, который рос на дне священного озера клана Байюэ; цветок феникса из дворца Байюнь на горе Бичэншань, что посреди Восточного моря; драконий язычок со склона горы Цзюныпань в Дунтине; семена снежных маков из башни учёного Му – все эти драгоценные ингредиенты Ляо Цинжань высыпала из маленького парчового мешочка. Хо Чжаньбай побледнел и вскочил.
– Как?! – в ужасе вскричал он.
Ведь Сюэ Цзые использовала их, чтобы приготовить лекарство! Почему они здесь?!
– Цзые не смогла создать настоящее лекарство. – Ляо Цин-жань положила письмо на стол и спокойно посмотрела на мужчину, потрясённого до глубины души. – Седьмой молодой мастер Хо, рецепт лекарства пяти вкусов, который она написала для вас… просто фальшивка.
– Фальшивка? – ошеломлённо переспросил Хо Чжаньбай.
– Да. – Ляо Цинжань указала на ингредиенты. – Все они неповторимы. Каждый обладает силой настолько мощной, что их нельзя совместить в одном снадобье. Цзые не смогла устоять против ваших просьб и побоялась, что вы совсем отчаетесь, если она откажет, поэтому сознательно выписала бессмысленный рецепт.
Рука Хо Чжаньбая, которой он сжал меч, задрожала.
– В письме Цзые подробно описала болезнь Мо-эра. Это и в самом деле невероятно редкий случай. Она старалась изо всех сил, но её лекарство сможет продлить жизнь Мо-эру ещё лишь на три месяца. – Ляо Цинжань слегка покачала головой и вздохнула. – Седьмой молодой мастер Хо, пожалуйста, не вините мою ученицу: она тоже…
Хо Чжаньбай меж тем не отрывал взгляда от ингредиентов, лежащих на столе.
– Невозможно!.. Невероятно! – вдруг закричал он. – Мне понадобилось восемь лет, чтобы… – Мужчина не мог сдержать гнева. – А теперь вы говорите, что она солгала мне? Она… обманула меня?!
Ляо Цинжань снова вздохнула.
– Цзые слишком мягкосердечна. Она с самого начала должна была сказать вам, что Мо-эра нельзя вылечить.
– Невозможно! Она не могла солгать… Я сейчас же вернусь и спрошу у неё. – Хо Чжаньбай, бледный как смерть, перебрал бесценные ингредиенты. – Посмотрите, жемчужины из драконьей крови здесь больше нет! Должно быть, она всё же сделала лекарство!