Страница 13 из 205
– Тебя подвести? – рассеянно спросил он жену, которая у зеркала приводила в порядок прическу. Спросил скорее машинально, поскольку все мысли по-прежнему были заняты артефактом Володина – все еще мучили сомнения, посеянные разговором с француженкой и прочтением его загадочного свитка. И развеять их мог лишь один человек – Фральцев. Но как обратиться к чертовому антиквару, не упомянув, что вскрыл оставленный на хранение тубус?
– За мной заедет Елизавета Петровна, – донеслось до его слуха.
– Совсем забыл, что у нас личный шофер, – зачем-то сказал он.
– Все шутишь? – Елена Владимировна перестала расчесывать вьющиеся соломенного цвета волосы и обернулась. – Елизавета Петровна – лучшая подруга.
– Несомненно… Только не надо так хмуриться – тебе это не к лицу. – Владимир Иванович поправил галстук и рассеянно чмокнул жену в щеку. – До вечера…
Зеленин повернул ключ зажигания. Мотор схватился сразу, заурчал привычным звуком. Пока вслушивался в ровный гул мотора, мысли вновь возвратились к тому, что не давало покоя всю ночь. «И все-таки надо с ним поговорить!» – решил Владимир Иванович и достал из кармана пиджака телефон. С минуту раздумывал, удобно ли звонить в восемь утра, но потом решительно выбрал «Список абонентов», нашел нужную фамилию и нажал кнопку вызова.
Антиквар не ответил. Зеленин с досады откинул трубку на правое сиденье и включил передачу. Однако не успел тронуться, как телефон зазвонил. Это был Фральцев.
Владимир Иванович заговорил первым:
– Михаил Михайлович, извините за ранний звонок, это профессор Зеленин. Вы в Москве?
– Рад слышать, Владимир Иванович! Да, здесь.
– Замечательно! Мы можем сегодня встретиться?
– Конечно, профессор. Вас устроит, скажем, в час дня на Новом Арбате, у кафе рядом с «Короной»?
– Вполне. Спасибо…
В толпе прохожих они заметили друг друга почти одновременно. Фральцев кивнул, его лицо, как и при первой встрече, расплылось в елейной улыбке, и, ускорив шаг, еще издали, словно желая обнять, он широко развел руки:
– Дорогой Владимир Иванович! – зазвенел уже знакомый голос. – Очень рад встрече! Я же говорил, что могу вам понадобиться…
Он протянул руку.
– Здравствуйте, – сухо поздоровался Зеленин. – Мне необходимо с вами поговорить…
– Конечно, конечно. Я в вашем распоряжении, – как ни в чем ни бывало проговорил Фральцев. – Может, спрячемся в кафе?
Владимир Иванович кивнул:
– Хорошо…
Время было обеденное, кафе оказалось переполненным посетителями. Они расположились за едва ли не единственным свободным столиком у входа и заказали кофе. Улыбка не сходила с лица Фральцева, а его маленькие глазки то и дело лукаво поглядывали на Зеленина из-под редких рыжих бровей. «И все же неприятный субъект…» – вдруг подумал Владимир Иванович, испытывая на себе любопытный взгляд, и, словно испугавшись быть уличенным в дурных мыслях, отвел глаза в сторону. Официант, молодой худощавый паренек, принес кофе.
– Слушаю вас, Владимир Иванович, – начал разговор Фральцев, как только официант удалился. – Чем могу быть полезен?
Зеленин отодвинул чашку в сторону.
– Михаил Михайлович, я хотел вас спросить: вы бывали во Франции?
– И только за этим вы меня позвали? – улыбнулся Фральцев, помешивая ложечкой в чашке. – Бывал, конечно. А что?
– А в Ницце?
– И в Ницце.
Антиквар с улыбкой смотрел на Зеленина.
– Что вас мучает, профессор? Вы звонили мадам Бош? Я угадал?
– Угадали… Звонил. Во Франции ее родственника Володина – которого, как я понимаю, она и в глаза не видела, – нет и не было. Однако она поведала некоторые весьма любопытные подробности…
– Какие же? – весело спросил антиквар.
– Например, те, что у нее были некто Мишель и Мартин и что они интересовались дневником экспедиции некоего Хардмана – английского ученого середины девятнадцатого века, исследователя Востока.
Фральцев наморщил лоб.
– …Девятнадцатого века? Хардмана? Не знаю такого… Но что вам показалось в этом странным?
– Уж не вы ли, Михаил Михайлович, были у нее со своим приятелем Мартином Хагертом?
Лицо Фральцева на мгновение стало серьезным, затем он широко раскрыл глаза и неожиданно, по-детски, залился звонким смехом.
Ученый опешил.
– Ой, простите, – вздрагивая, выдавил Фральцев, – не удержался… Я так и думал, что вы об этом спросите…
– Думали? – смутился Зеленин.
Фральцев еще некоторое время трясся от смеха, затем смахнул набежавшую слезу и сложил ладошки на краю стола.
– Дорогой Владимир Иванович! – снисходительно произнес он. – Я действительно бывал во Франции, и я действительно бывал в Ницце. Но, клянусь, я никогда в жизни не встречался с уважаемой Марианной Бош. Мало ли какой Мишель забрел к ней! Во Франции Мишелей – что Иванов в России! Но вместе с тем я действительно – как, кстати, и вам – помог Мартину выйти на нее. Причем по просьбе к нему уважаемого Вячеслава Владимировича…
– Данилина??
– Не удивляйтесь… Вячеслав Владимирович не последняя личность в антикварном деле. Я же говорил, что его дача настоящий музей древностей! Удивляюсь, что вы не знали…
Зеленин неуверенно пожал плечами.
– Но между тем это так. А уж для чего им с Хагертом понадобилась старушка – мне, ей-богу, неведомо…
Фральцев улыбнулся.
– Я удовлетворил ваше любопытство?
– Как же вы нашли ее? Через Володина?
– Нет. Через своих французских друзей. О Володине я узнал от Вячеслава Владимировича. А мадам Бош, как оказалось, знала о его существовании от каких-то индийских знакомых…
– От кого?? Индусов? Каких индусов? – Владимир Иванович вдруг вспомнил старика из информационного ролика.
– Не знаю. Вероятно, посещавших ваш институт… Она-то и поведала о том Мартину, а тот Данилину.
Они помолчали.
– Володин, выходит, общался с ней по телефону, – размышляя вслух, произнес Зеленин. – Только когда?
– Скорее всего, после…
Антиквар запнулся, но через секунду хохотнул и с обычным веселым видом завершил мысль:
– …после привета от «тетушки».
– И все-таки, Михаил Михайлович… – пораженный неожиданным объяснением Фральцева произнес Владимир Иванович. – Хагерт встречался-таки с родственницей Володина, и именно после этой встречи у нее исчез дневник экспедиции…
– Исчез дневник? – перебил Фральцев, отпил кофе из чашки и поинтересовался:
– Это она вам сказала?