Страница 52 из 115
Туман поднялся выше, теперь напоминая низкие серые облака, но кроме нас в трущобах по-прежнему не было ни души. Даже птицы молчали. Мы вышли из «моста» далеко от целых витков – среди разрухи и полного безлюдья.
– Уже можно начинать? – я нетерпеливо переступила с ноги на ногу.
И зябко, и подвигаться хочется, и до ношта добраться.
– Сейчас Леден подойдёт, и начнём, – Бреннар расширил кольцо праха и перехватил посох. – Я ему с утра всего один вопрос задал и сразу же услышал, что вас одну он никуда не отпустит. Да и со мной тоже. Тем более – со мной, – тёмные глаза весело блеснули.
– Почему? – я удивлённо подняла брови. – Вы же стабильный, а ваша сила неагрессивная. Опасных смотрителей силд Кремен из храма не выпустит.
– Я же поднадзорный, – беззаботно пояснил сосед и зачеркал пяткой посоха по брусчатке. – А значит, потенциально опасный. По-моему, Лед забыл, что вы в Небытии понимаете больше, чем он, вот и волнуется. И опаздывает, – он хмуро глянул на знаки и уточнил: – Мне ещё что-то нужно знать о вашем деле?
Я поёжилась, спрятала ладони в рукава плаща и без раздумий и сомнений, коротко и чётко, рассказала всю историю от и до. Вопросов после этого не последовало, то есть Бреннар успел разузнать необходимое. Но о своих недавних выводах я пока не говорила никому, и их он выслушал, не отвлекаясь на знаки.
– Да, похоже, что силд Долган рассчитывал на ваше смотрительство, – согласился сосед. – Он почуял скорую смерть и постарался увезти сундук с наговорами как можно дальше и спрятать там, где до него никто не доберётся. Кроме вас. Вам же достаточно было приехать на Красное кладбище, предъявить кровь наследницы – и забрать сундук. Наверняка силд Долган обсудил этот вопрос со смотрителем кладбища – на всякий случай сундук в описи не упоминать, но в руки знающего наследника по просьбе-ключу отдать.
– Почему он не понял, что я не прошла посвящение? – меня очень тревожил этот вопрос. – Из Небытия же всё видно. Бабушка говорила, что предки наблюдают за нами и всё про нас знают. Почему он не понял? Почему не нашёл другой способ рассказать?
– Потому что не всё, – возразил Бреннар. – Далеко не всё видно. Мы с вами друг напротив друга живём – и много ли видим, много ли знаем? С Небытием всё ещё сложнее. Чтобы следить за потомками, нужна длительная и серьёзная прижизненная подготовка. Многолетняя, Маля. За год её никому не освоить. Силд Долган ничего о вас не знал, поэтому и метался у порога – надеясь, что вы сами с ним свяжетесь. Или хотя бы ритуально помянете. И если он оставил послание, значит, ему уже не до гордости. Лишь бы передать. И неважно, кто вскроет письмо и переведёт для вас знаки. Позже проверим.
В нескольких шагах от нас замерцала светло-коричневая дымка «моста», выпуская Ледена, и моего вежливого соседа как подменили.
– О, а вот и наш вечный отец, – Бреннар движением руки снял праховую защиту. – Ты где застрял?
– Какая разница? – хмуро отозвался Леден и подмигнул мне. – Не зуди, зануда. Это ты – человек свободный и можешь позволить себе быть точным. А мы люди занятые. Когда успел, тогда и удрал. Что узнал?
– Небольшие прорывы Небытия в пяти местах, – сосед посерьёзнел. – Щели затянуты, но прослойка слишком тонкая. Но главное, Лед, что Небытия здесь как от больших прорывов. Не как от щелей, а как от окон.
Леден шумно выдохнул и помрачнел больше прежнего:
– Как обычно?
– Вроде бы да, но и не совсем, – загадочно ответил Бреннар и искоса глянул на меня.
Я фыркнула:
– А то я ваших смотрительских тайн не знаю... Одной больше – одной меньше... И, кстати, я под клятвой. Что узнаю, то останется при мне до прямого вопроса старшего смотрителя любого храма. Ещё в десять лет поклялась, когда мама заметила, что я залезла в запрещённые книги.
Леден кивнул, и сосед продолжил:
– Обычно Небытие неподвижно. Где прорвалось – там и замерло. Сейчас – нет. Возле затянувшихся щелей Небытия почти нет, оно находится в других местах. Совсем в других.
– Ритуал, – констатировал Леден. – Раньше мы тоже замечали следы, но они скорее походили на вашу же работу. Небытие было живое – человеческое. Вот после тебя сейчас то же самое останется, да? После твоей защиты и чтения местности?
– Похожее, – согласился Бреннар. – С одной лишь разницей: мне здесь несколько дней надо творить, чтобы столько Небытия оставить. Седмицу, не меньше. И не одному, а в компании пары-тройки старших смотрителей.
– А если рванёте? – с интересом вмешалась я.
– Ну если рвану... да, – неохотно признал сосед. – Если раз пять подряд рвану. Но тогда меня по ближайшей стене размажет. А я ничьих останков не заметил.
– Мы проверяли трущобы до штормов и укрепляли прослойку – никаких следов не было, – Леден нервно потёр подбородок. – А сразу после штормов – получите... Причём вроде бы человеческое, но такое, какое человек сотворить не способен. Десять лет мы ждали, когда трущобы зашевелятся, и, похоже, дождались.
– А всего-то нужно было кое-кому кое с чем вернуться домой, да? – Бреннар бросил на меня неуместно весёлый взгляд.
Я тихо хмыкнула и на провокацию не повелась:
– Давайте вы дальше без меня? Мне горячий ношт интереснее ваших тайн.
– Здесь точно безопасно, – сосед указал посохом на ближайшую гору камней.
Я развернулась и, на ходу накладывая защитные и утепляющие наговоры, поспешила к развалинам. Камни могут рассказать не меньше проверочных смотрительских знаков, а то и больше.
Горюша тут же вынырнул из горы ношта. В отличие от меня, он успел удрать до появления Ледена и давно шуршал в развалинах.
– Ну что, за дело? – я закончила с наговорами и натянула перчатки. – Нет, материал изучим д
о
ма. Сейчас отбираем интересные образцы и отчаливаем.
Странные свойства ношта, конечно, и другие ремесленники заметили. Будь у меня больше времени и связей, я бы запросила результаты, но... Передо мной стояла другая задача. И не одна. А теперь архивы почти кончились, сундук открылся, ребёнок найден, накормлен и немного обучен – пора возвращаться к нормальной работе. Наконец-то. Ну и чужие результаты – в общем-то, не моё дело. Моё – выдать свои.
Интересно, успел отец изучить «штормовой» ношт или нет? В записях о нём ни слова, то есть или не успел, или отослал данные в Управу, которой мы подчиняемся как ремесленники. А из Управы нынче ни одного отчёта не допросишься, да. Её ни для кого нет. То есть ни о чём не жалеем и работаем.