Страница 39 из 115
– Когда я создаю сложное, мне тоже нужна тишина, – рассеянно отозвалась я, откладывая очередной амулет. – Это просто привычка. Маму тревожили наговоры, и я научилась произносить их молча. А при обострениях её нельзя было оставлять одну ни на минуту, ей требовались слова поддержки – и я научилась и говорить, и творить одновременно. Просто привычка.
– А почему... она ушла? – нерешительно спросила девочка. – Ты же что-то придумала... от Небытия. Какой-то амулет. Силд Долган говорил. Очень гордился тобой. Очень хвалил.
На душе почему-то потеплело. Я порвала связи – а отец нет. Узнавал обо мне от смотрителей – и гордился. Надо же.
– Организм не выдержал, – я взяла новую заготовку. – Борьба с безумием иссушает тело. Вообще Небытие иссушает, приглушает потребности. Всякий смотритель после старшего теряет сон и аппетит, они иногда седмицами не спят, не едят и даже не пьют. Если они сами за собой не следят, за ними присматривают в семье и храме, кормят по расписанию. Просто чтобы с голоду не умерли. Но здорового человека накормить проще, чем безумца. Да и придумала я... поздно. Только через два года создала приличного «ловца», но к этому времени Небытие уже иссушило маму и сильно подорвало здоровье.
– Извини... – виновато посмотрела Тайя.
– Мы не навсегда расстались, – я улыбнулась. – Чудесная сила – это же не только наговоры. Она пропитывает наши души, и они тоже умеют творить свои чудеса. Например, связываться с близкими людьми так, что эти связи не рвутся даже в Небытии. Даже после Небытия. И мы снова встречаемся, снова притягиваемся и сразу понимаем, что неспроста это, хотя Небытие стирает память. Жизнь пролетит быстро. Мы ещё встретимся – и там, и здесь, и снова там. И снова здесь.
Тайя бросила на меня цепкий взгляд и медленно произнесла:
– Тебя тоже иссушило, да? Ты так говоришь... будто всё уже. Уходить собираешься. Будто тебе больше жить незачем.
– Есть зачем, – бодро возразила я. – Я люблю ремесло. У меня гора изобретений впереди. Я не уйду, пока не сотворю всё и ещё немного.
И сама поняла, как фальшиво прозвучала. Потому что к одним лишь изобретениям жизнь не сводится. А на другие её области у меня уже давно нет душевных сил.
– Я тебе помогу, – вдруг твёрдо сказала девочка. – Я знаю как.
– Ещё ты очень мне поможешь, если принесёшь из шкафа заготовки, – я быстро сменила скользкую тему. – Пять штук. Самые мелкие.
– А для чего они? – Тайя радостно вспорхнула с сундука.
– Заначка, – я отложила последний амулет. – Ищейцы вкладывают в них сложные и срочные наговоры.
Девочка открыла шкаф, зашуршала заготовками, а я оперлась о стол и прислушалась. И нужный возглас не заставил себя ждать.
– Ой... – растерянно выдохнула Тайя.
Я обернулась. Она стояла у шкафа вся в пыли – большую часть вобрал фартук, покрывшись тонким слоем серости, но и на руках следы остались. Точно в муке испачкалась.
– Я только взяла... – виновато пробормотала она. – А камень... сам...
Конечно, это некрасиво – использовать её наивность и доверчивость, – но иных способов узнать о Тайнаре хоть что-то я не видела. А узнать надо.
– «Сырой» и необработанный ношт крошится от избыточной силы Небытия, – я провела ладонью по её фартуку, мысленным наговором собирая из пыли заготовку. – В тебе силы как в старшем смотрителе. А то и как в хозяйке. Шила в мешке не утаишь, Тайя. Наверное, отец ещё и на это рассчитывал – что я, привыкшая к Небытию и не ощущающая его, не пойму, кто ты такая. Но иногда довольно наблюдений и знаний. Не обижайся. Я буду тебя проверять и вытяну всё, что получится. И защищать меня от этого бесполезно. Самая лучшая защита одна – не привлекать к делу. Вы меня втянули. И чем больше я узнаю, тем быстрее и качественнее помогу.
Она опустила глаза, вдохнула-выдохнула и снова посмотрела виновато:
– Я обещала. Что не подставлю тебя. Что ты не пострадаешь.
Я собрала две заготовки, взяла с полки ещё две и вернулась к столу:
– У меня родовая защита от порч Небытия – от известных точно, даже от подчинения. Значит, мне угрожает что-то неизвестное, мощное и способное пробить даже наше родовое? Не отвечай. Я не собираюсь подставляться и, как ни странно, всё-таки хочу жить. Но раз отца достали даже дома, то и до меня доберутся, да? Но кто предупреждён – тот вооружён. Подумай, что и как мне рассказать. Уговор?
Она кивнула.
– С ноштом тебе работать нельзя. Даже в заговорённых перчатках, – подытожила я. – И «ловец» силы тебе явно не нужен, так?
Тайя отрицательно качнула головой.
– Подумай, – повторила я и глянула на ходики. – И согрей чай, пожалуйста, пока я доделываю амулеты. Второй стол весь твой. А потом я тебе покажу одно замечательное чудо. Честно, без проверок.
Девочка весело фыркнула (хорошо, не обидчивая) и метнулась к очагу. Я проводила её косым взглядом – надо же, крупная, но ловкая, гибкая, шустрая. Очень тихая – двигается бесшумно. И быстро. Интересная особенность. Плюс полное отсутствие следов.
Кто же ты всё-таки? Кроме того, что уже выяснилось?..
Ладно, после подумаю.
Я дошлифовала наговорами амулеты, собрала их в сундучок и отправила силду Шутнару. Всё, закончила с мелочью – и минус одно дело. Дальше на очереди – трущобный ношт. Больно много странных совпадений: десять лет люди сонные и теряющие силы, десять лет шторма разъедают витки рядом с чайной, да и прослойка между Бытием и Небытием там же истончилась.
А ещё проверить бы на родство кровь Тайи... Да, внешне она совершенно материковая, но при этом совершенно сергородская – даже больше, чем я. Да и вообще кровь бы проверить – на всё. Но кто мне даст? Сама Тайя точно не позволит. Надо вытянуть и без вопросов. Спрошу – заподозрит, затаится.
Горюша, друг мой, ты там не замёрз? Найди способ, а? Ты красивый питомец, не забывай, ты понравился. Найди. Нет, не сегодня. Дня через три-четыре. Поживём без проверок и усыпим бдительность. А пока иди к нам чай пить.
Тайя согрела в очаге чай и зазвенела чашками. Змей отзывчиво пискнул и через минуту появился в мастерской – сияющий и очень голодный. Бреннар по-прежнему не подавал признаков жизни, и Горюша расстраивался. Пробить защиту смотрителя Небытия, он, конечно, мог, но сосед же заметит. И приятельство окажется под угрозой. А оно нужно. Я соскучилась по интересным и сложным случаям (и делам). Мозги, кстати, за ними тоже лучше работают – во всех направлениях.
– Нельзя, – предупредила я, раскладывая на рабочем столе мешочки с кристаллами. – Только наблюдение.