Страница 32 из 115
Глава 7
Сначала я подумала, что это парень – крупная фигура, шапка коротких серебристых волос. Но когда гость обернулся, оказалось, что это девчонка – лет двенадцати-тринадцати. Круглое лицо, нос кнопкой, большие любопытные серые глаза. И ни тени страха.
– Добрый вечер, – звонко поздоровалась она. – А давайте знакомиться? Я Тайнара. Можно Тайя.
Я не сразу собралась с мыслями – растерялась. Только до дверного проёма добралась, да так там и застряла, изумлённо уставившись на улыбчивое с ямочками девчачье лицо.
– Поздно, да? – по-своему растолковала мой шок Тайя. – Надо было завтра? Ой, а какой у вас питомец хорошенький!
Я искоса глянула на змея, но тот плавал рядом со мной, тараща глаза, в таком же изумлении.
Так, Горюш, собираемся! Сбежит же сейчас!
– Д-доброй... ночи, – с запинкой поздоровалась я. – Меня зовут Малёна и...
– ...вы – дочь силда Долгана, – перебила девчонка и подскочила, чуть не свернув стул. – Я знаю, он про вас рассказывал!
– Так, – я вдохнула-выдохнула и решила говорить начистоту. – Кто ты такая? Что ты делаешь в моём доме?
– А это и мой дом, – наивно отозвалась Тайнара. – Я здесь выросла.
– Выросла? – повторила я. – Сколько лет ты здесь живёшь?
Она смутилась:
– Ну... Вот такая я была... тогда, – показала себе по пояс. – Наверное... – и тихо добавила: – А можно поесть?..
– Ты не умеешь считать? – я заставила себя отлепиться от дверного проёма.
– Пока нет, – совсем застеснялась девочка. – Только читать немного... но плохо. Не получается. И чудеса тоже. Что-то тут, – она приподняла со лба длинную чёлку, – не работает. Так силд Долган говорил. А потом обещал, что вы научите. И чудесам тоже.
Я. Научу. Читать, считать и творить. Отец обещал.
Нормально, ну.
Нет, я, конечно, могу научить – у меня опыт богатый, я с десяти лет возилась с неграмотной уличной ребятнёй. Но отец хоть бы записку оставил!.. А может, оставил?
– Отец ничего мне не передал? – я достала из «холодного» сундука котелок с супом.
– Только на словах, – ответила Тайя, снова сев за стол. – Про учёбу. И чтобы вы меня берегли.
«Береги тайны Духов», что ли? Имя у девочки, кстати, подходящее.
Горюша, учуяв суп, тоже отмер и опасливо закружил позади Тайнары. А она ни на что не обращала внимания, только на котелок, и от её взгляда мне стало стыдно. Сколько раз я видела такие же голодные глаза – только в зеркале... И остатки изумления приказали долго жить. Какой бы странной и не пойми откуда взявшейся девчонка ни была, сейчас это просто очень голодный ребёнок.
– Потерпи минутку, – я быстро налила в большую тарелку суп.
Согрела его наговором, достала ложку и занялась хлебом. Заодно согрела супа и Горюшке. И, поставив на стол блюдце, заметила, что девочка ничего не ест.
– Это вкусно, – подбодрила я. – Ешь, не стесняйся.
– Я знаю, вкусно, – кивнула Тайя. – Но без вас нельзя.
– Почему? – удивилась я. – Ты же раньше и ужинала в одиночестве, и завтракала.
Она лишь пожала плечами и снова уставилась на меня тем же голодным взглядом.
Я повесила над огоньками чайник, повернулась к сушилке и взяла тарелку. Ладно. Ничего ощутимо плохого девочка не сделала – Горюша бы почуял, Небытие бы встревожилось. Кстати, как бы гостью на Небытие прощупать – я же его не ощущаю... Змей тоже – привычка. Разве что подсунуть нужную пуговку и посмотреть, не вытянет ли силу...
Горюша тоже не ел – ждал за компанию. И нырнул в свой суп, лишь когда я села за стол и взялась за ложку. Но приступить к позднему ужину не успела – оторопело (опять) уставилась на Тайнару.
Девочка ела как трущобная беспризорница – сгорбившись над тарелкой, держа ложку неправильным хватом. Ношт, ну уж есть-то ребёнка можно было научить! Правильно держать ложку – невелика задача!
– Тайя, так нельзя, – не выдержала я. – Выпрямись. Расправь плечи. И вот так возьми ложку. И хлеб.
– Неудобно... – она взяла ложку как положено.
– Хочешь есть с нами за одним столом – привыкай, – строго ответила я.
Тайнара посмотрела на суп, тихо вздохнула, выпрямилась и неловко начала доедать. Значит, она и жила здесь, и собирается жить дальше. Больше не хочет (или не может?) прятаться. Поэтому пришла знакомиться и готова следовать моим правилам.
– Уже лучше, – похвалила я. – Только на стол не наваливайся.
Ну, во всяком случае ребёнок послушный и учится быстро. Это плюс. Хотя бы правила поведения должна усвоить в ближайшие дни.
Но кто же она такая?..
– Тарелку от себя. Не на себя, а от себя, вот так, – показала я. – И доедай. Чаю хочешь?
Девочка закивала и аккуратно доела суп, а потом очень быстро подмела – иначе и не скажешь, – хлеб. Я встала, собрала посуду и разлила по кружкам чай. Достала сливочное печенье, ягодные конфеты и нарезала сыра. Вернулась за стол и прямо спросила:
– Кто ты такая? Где твои родители? Как ты оказалась в этом доме? И где ты пряталась?
– Нету родителей, – Тайя осторожно, стесняясь, взяла печенье. – Не помню их. Раньше я жила в каком-то храме... В каком-то очень старом. А потом меня силд Долган нашёл и сюда привёл. Тут тоже такой храм есть. Тоже старый, – и она сунула печенье в рот.
Храм. Старый. В моём доме.
Я, конечно, что-то слышала от мамы – она много бредила, когда Небытие брало над ней верх, – но так и думала: бред это. Но, видимо, нет. И где-то в моём доме есть древнейший храм Небытия – один из первых на Серых островах. Созданный ещё отцами-творцами города. Потаённый. О котором мне бы рассказали, стань я смотрителем.
Теперь понятно, почему Тайю никто не нашёл. Никому из нас не по плечу древняя защита отцов-творцов.
– Нельзя вам знать, – девочка опустила взгляд. – Про храм. И где он. Вы же... – и замялась.
– ...не ваша? – мрачно продолжила я. – Непосвящённая? А ты, значит, посвящённая? В каком звании?
Вообще-то в таком возрасте она в лучшем случае младший смотритель. Или всё-таки хозяйка Небытия. Хозяйствование открывается в любом возрасте, если есть душевная склонность.
Тайнара снова вздохнула и, не поднимая глаз, тихо повторила:
– Нельзя вам знать. Не наша вы. Вам только научить надо. Ну, чудесам. И другому. Силд Долган говорил, для вас это опасно.
Ещё лучше...
– У меня есть деньги, – девочка нерешительно и искоса глянула на меня. – Много. Из храма. Я не буду мешать. Буду помогать. И слушаться. Но нельзя, чтобы обо мне знали... другие. Опасно это. Вы не сможете никому рассказать – это ваша защита. Так надо.
Ну, хоть что-то прояснилось... чуть-чуть.