Страница 28 из 115
Вероятно, это «мосты» – те самые, которыми пользуются палачи храмов Небытия. Которые открываются в любом, даже очень защищённом месте. И выходить из «моста» необязательно – можно, оставаясь, невидимым, притянуть к себе наговором необходимое и испариться.
Пролетая мимо кухни, Горюша возмущённо запищал.
– Нет, мы не будем ловить его на горячем и на кухне – пока, – я покачала головой. – Гость неопасен. За эти дни он ни разу не попытался напасть на нас, не оставил ни одной ловушки или порчи. Попробуем прикормить и договориться по-хорошему. Если он открывает в нашем доме, пропитанном защитными наговорами, «мосты» палачей... Нет смысла себе врать, Горюш. Это старшее смотрительство, а то и хозяйствование. Ни с первым, ни со вторым мы не справимся. Хозяева Небытия – редкость, но случаются. И это последние люди, с которыми следует враждовать.
Змей недовольно раздулся. Я вошла в ванную, стянула грязную рубаху и бросила её в заполненную корзину. Сегодня же вечером всё постираю, последние чистые рубаха и штаны остались. Да и остального тоже... три моих несчастных платья. Вещей у меня всегда было немного – и те домашние. И те почти все грязные после уборки этажей.
Я согрела наговором воду в ванной, ополоснулась, закуталась в полотенце и расставила на полу тазы.
– Горюша, воды!
Он нырнул в фонтан, выглянул оттуда и выпустил четыре тёплых потока воды чётко в тазы. Я раскидала по ним рубахи, штаны, носки и исподнее, залила зельями и размешала. Всё, до вечера. И, кроме готовки, это последнее домашнее дело. А садом я займусь потом, иначе рехнусь на уборке. Ещё же надо отцовские бумаги доразобрать и отыскать его близких друзей – если, они, конечно, есть. Из тех, кто не погиб.
На уборку этажа у меня уходил почти весь день, но после я до ночи честно изучала то, что Горюшка выгреб из тайников. Пока интересное нашлось лишь для ремесленничества.
Змей выбрался из фонтанчика и снова недовольно раздулся.
– Горюш, я думаю, наш гость здесь учится, – я оделась. – Недаром библиотека была так защищена – он ценит наследие моих предков и не посягает на него. Он просто приходит учиться. И смотрители Небытия в курсе. Может, не знают, кто этот ученик, но точно знают, что опасности нет. Иначе они бы здесь всё вверх дном перевернули. Конечно, они нарочно не рассказывают больше нужного. Вероятно, это не родственник, а сторонний человек. Который не имеет права совать нос в закрома моего рода. А я никого не подпущу к знаниям и тайникам без разрешения предков – или через сны выданного, или через силда Кремена.
Я направилась на кухню, а Горюша, заметно сдувшись (чтобы побольше влезло), устремился следом.
– У меня пока не очень это клеится – засланец храмов и предупреждение силды Веснары с намёком, что никто не в курсе... – я задумчиво наморщила нос. – Но что-то в этом есть. Вероятно, нам попался хозяин Небытия, а такие ребята – огромная редкость. Хозяйствование – это всегда любовь к своему делу, а кто полюбит работу с убивающей силой? Ну вот. В храмах для хозяев не хватает знаний, зато они могут быть здесь. Вот человек и ищет. А наши смотрители делают вид, что ничего не знают, иначе придётся объясняться. Но это точно не ищеец, как предполагал силд Шутнар. И не делай вид, что ты ничего силду Кремену не докладываешь. Не поверю.
Змей сдулся ещё больше, но я его ни в чём не винила – он до сих пор поднадзорный и обязан храмам Небытия жизнью. А существо Горюша очень благодарное.
– Ладно, прости, – я обернулась. – Жизнь такая. Докладывай. Главное, идеи не сдавай.
Питомец воспрянул духом и запищал: ремесленные идеи – ни-ни, это святое. Он только о событиях рассказывает. И пускай. Зато теперь можно не разрываться между встречей с силдом Кременом и остальными делами. Силд в курсе всего. Тревогу не бьёт, навещать не спешит. Значит, ничего страшного (пока) не происходит. Появится повод – свидимся.
На кухне я быстро разогрела пряный морской суп, картошку с мясом и грибами. И первое, и второе отдельно положила в маленькие плошки Горюше, отдельно себе, и мы дружно пообедали. Змей моментально смёл обед и вопросительно пискнул.
– Ты даже не представляешь, сколько здесь тайников, – я отодвинула опустевшую суповую тарелку. – И я не представляю. Коридоры, комнаты, ниши... Даже потайные коридоры в подвале. Во времена изучения сил Бытия и Небытия создавалось огромное количество наговоров и знаков, и лишь небольшую часть храмы отобрали как понятное и полезное. Часть изъяли как опасное. А остальное хранят потомки. То, что сочли непригодным. То, что опережало время. Или использовать могли только собственно потомки – в нас силы больше, чем в первом поколении смотрителей.
Горюша свернулся кольцами напротив меня и внимательно слушал.
– В какой-то момент храмы опомнились и попытались забраться в родовые закрома, да поздно, – я взялась за картошку. – Невостребованные знания на всякий случай запрятали и запечатали. И так, что даже ты в эти тайники не проберёшься. Мама говорила, в нужный момент предок дотягивается до потомка и объясняет, где что лежит и как это использовать. До тех пор тайники искать бесполезно.
Змей явственно хмыкнул.
– Ну да, вероятно, наш гость – всё же родственник, которому указали на тайники, – признала я. – И без амулета. Снять защиту дома как-то смог, а поднять – нет. Посмотрим. Сейчас он точно заперт здесь. Или на прорыв пойдёт, или сдаваться. Все тайники на тебе. У меня много другой работы.
Известные тайные ходы Леден изучил, прочистил, разметил бытовыми наговорами и сообщил, что ими сто лет никто не пользовался. А про истончение Бытия, зараза, ничего не сказал – ловко ушёл от темы, а потом вообще сбежал. То ли смотрители ещё с этим не разобрались, то ли не моё дело.
И ладно, у меня своих гора.
Закончив с обедом, я перемыла посуду, прикинула, что наготовленного с утра на ужин хватит, и отправилась в мастерскую. Заметки отца. И ремесленная мелочь для силда Шутнара для отвлечения и расслабления. А Горюшка предсказуемо удрал на поиски тайников – он хорошо помогал с бумагами, но любил их примерно как я. То есть терпеть не мог. Исключение – описания опытов и заявки на изобретения. Вот тут мы оба корпели над бумагами круглосуточно.
Чего бы такого полезного-то придумать?..