Страница 59 из 67
Магический источник Адама пробудился полностью. Какое-то время я, чтобы убедить в этом, не отнимала руку.
— Что с ним? — спросила я, наконец. — Почему он не очнулся?
— Дальше дело за ним, — ученый осторожно уложил Адама на пол и процедил недовольно: — Какой же ты, фон Кирс, тяжелый. Девочка, дай-ка подушку с дивана.
Он по прежнему удерживал руку Адама у зеркала.
— Может, лучше я подержу? — спросила я, подкладывая подушку ректору под голову.
— Ты с тьмой дел не имела, я для меня это профильная стихия. Ты тут уже не поможешь, да и вообще отойди-ка лучше.
Меня очень тревожило то, что его волосы никак не становились белыми..
— Интересно, на чем сторгуются, — расслабленно зевнув пробормотал ученый.
— Сторгуются?
— Вроде всё, дальше ректор сам справится, — ученый положил руку Адама на пол вдоль тела.
А потом этот странный человек посмотрел на меня, поднимаясь.
— Тьма - это всегда внутренняя борьба. Нет стихий легких, когда достигаешь определенных уровней. Даже огонь перестает быть простым, когда ты достиг предела.
— О чем торг? — я требовательно уставилась ему в глаза снизу вверх. Отходить от Адама я не хотела, но и прикасаться к нему при этом человеке опасалась.
— Не переживайте на этот счет, — небрежно зевнул ученый и пошел к своему столу. — Фон Кирс не стал бы тем, кто он есть, если бы не обуздал это. По части стихии тьмы много теорий. Одна из них, — он развернулся ко мне и поклонился, — вашего покорного слуги. И гласит она, что частично высшая сила стихии тьмы построена на магах. То есть физически. На их магии она растет и развивается и это про.. природа. Как хищник ест, чтобы жить. Так и стихия тьмы.
Я слушала не перебивая, потому что было очень интересно. Но краем глаза поглядывала на Адама на полу. Искала хоть малейшие признаки движения. Но его дыхание было спокойным, а лицо не двигалось. И чернота с волос не сходила, что заставляло меня нервничать.
— В какой-то мере мою теорию подтвердил сам фон Кирс. Мне давно был нужен маг его уровня, кто добрался.. точнее сказать, осмелился добраться до этих высот. Или глубин, как знать, — ученый пожал плечами, раскачивая на дряхлом стуле и тоже поглядывая на ректора. — Так вот. Там и правда есть отголоски других людей.
— Что?.. — шокированно выдохнула я.
— Людей да. Ну.. уже не людей. Уже только бесплотные фантомы их силы. Отдельные всплески воспоминаний, эмоций. А вы думаете, почему так много магов огня в верхах? Так много магов Бездны, хотя и там есть свои условия. Маги земли, но в основном творцы. Света, у созидателей. Но почти нет тех, кто использует тьму на более высоких уровнях. Просто сделать что-то простое, — он щелкнул пальцами выпустив в воздух черный дым. — легко. А вот дальше уже начинаются проблемы. Творцы любят использовать тьму, но в более тонких материях. А вот разрушителям тонкие материи не нужны. Разрушитель - уничтожает, убивает..
— Не только, — резко оборвала я.
— Ах, — ученый рассмеялся и провел рукой по растрепанным седым волосам. — Вы слишком гуманна, я забыл. Хорошо - защищают. Хотя порой это тоже может потребовать от вас тяжелых решений. Я к тому, что сама сила типа магии разрушения требует бОльших всплесков, больше энергии. Отсюда и запросы у магии тьмы больше.
— Почему он выбрал именно это? — тихо спросила я, глядя в лицо Адама, подсвеченное тусклым светом труб на стенах.
Вопрос был скорее к нему, а не к ученому. Поэтому и ответа мне не дали.
— Так в чем же торг? — я подняла глаза.
— Смотря что просит тьма.
Она могла просить меня. Он это много раз говорил. Она могла просить и его самого.. И от этого сердце сжалось в тревоге.
— Он ведь может отказаться от этой магии?
— Высшие маги не могут отказаться от своей стихии, в какой-то момент она становится для них как.. воздух. Думаю, вы понимаете о чем я. Или, возможно, скоро поймете, если всё ещё боитесь собственных сил.
Когда я опустила взгляд, то вдруг обнаружила, что глаза Адама открыты и он смотрит в потолок. Я тут же бросилась к нему и села возле головы.
— Вы в порядке?
Он медленно перевел взгляд на меня. Левый глаз всё ещё был черным и я закусила губу.
— Да, — хрипло отозвался он и, опершись ладонью в пол, сел.
Из рамы зеркала в воздух выплыли три волшебных листа, сияющих формулами. Я сощурилась, чтобы успеть прочитать, но ученый ловко и быстро собрал их.
— Почему ваши волосы всё ещё черные? — тихонько спросила я.
— Так надо, — бесцветным голосом отозвался Адам.
— О, какие данные! — по лаборатории разнесся.
— Вышли мне всё, — Адам прочистил горло и поднялся, а потом протянул мне руку, чтобы встала и я.
Я поднялась и всё заглядывала ему в лицо, пытаясь понять, в порядке ли ректор. Взгляд был ясный, но что-то было не так. Будто на него опять легко это тяжелое равнодушие ко всему.
— Ты хотела прикоснуться к зеркалу. Давай сейчас, пока я ещё могу, — произнес он и я услышала хорошо знакомые ледяные нотки.
— Вы не устали?.. — выпалила я.
— Устал. Поэтому шевелись, Аннабель. Заберем твою формулу после этого и поедем домой разбираться, — процедил он немного раздраженно.
— Вы опять не дадите мне самое любопытное? — проворчал ученый на другом конце лаборатории.
— Ну? — Адам легонько тронул браслет на моей левой руке. А потом шагнул ко мне ближе и очень тихо сказал: — Не бойся, у меня всё под контролем. Ты это уже делала. Я оцениваю риски и могу сделать это сейчас.
— Вы вроде хотели сделать это завтра, — вспомнила я.
Вот так сразу. Когда он только сам был там. Мне показалось это спорным.
— Боишься всё-таки? Тогда поехали, я не хочу больше возвращаться в ближайшее время, — бросил Адам и уже развернулся, но я уцепилась за его рукав.
— Я сделаю..
— Я тебя не заставляю.
Уже ловко расстегнув ремешок, я сняла браслет и потянулась к черной колышущейся поверхности зеркала из тьмы. Адам осторожно сжал пальцам моё запястье, а другой рукой обнял за талию.
И я ждала той же легкости и свободы ощущений, что были в прошлый раз. Но моя магия изменилась..