Страница 46 из 67
Глава 12
Ремешки удалось расстегнуть не сразу, но у меня получилось сдернуть с себя браслеты с какой-то невероятной скоростью. Моя магия колыхнулась в груди, но не спешила рваться устраивать бурю, она уже хорошо мне подчинялась. По крайней мере я на это сейчас очень рассчитывала.
И какое-то время я не решалась шевельнуться, ждала, что на меня накинется тьма, отберет всё, задушит. И ректор и правда уставился на меня своими страшными черными глазами, чуть наклонился в мою сторону, будто ориентируясь лишь на инстинкты и ощущения. Более жутким, чем в тот момент, я его видела никогда.
Тьма дернулась, метнулась ко мне и вдруг обошла по дуге. Я знала, каково это - когда тьма тянет силы и магию, ректор так делал, чтобы успокоить мою бушующую силу. Но сейчас этого не произошло, только у него под рубашкой что-то засветилось золотым светом, где-то в районе сердца, а по шее с той же стороны поползла тонкая-тонкая линия. Адам будто пришел в себя и тут же отклонился к стене.
— Что это? У вас под рубашкой? — выдохнула я.
— Тьма тебе не навредит, не сможет. Я об этом позаботился, потом объясню, — выдохнул он и, прикрыв глаза, нахмурился.
Я и не стремилась быть приманкой, вообще я собиралась сделать кое-что другое. Взяв его руку я накинула на широкое запястье ректора свой браслет и прижала ладонью.
Адам накрыл мою руку своей и открыл глаза.
— Хорошая идея, но сейчас мне этого мало, Аннабель. Надень второй браслет на себя, не будем добавлять Растару проблем. Ты нервничаешь - можешь не справиться.
— Хорошо, но этот оставьте, — отозвалась я и застегнула один из браслетов у себя на руке.
Академия вдруг задрожала, и Адам выдохнул громко и тяжело.
Я оглянулась, увидев, как за окном над Академией поднимается густой черный дым. Он закрывал небо, звезды, магические фонари вдоль дорожек, всё. Казалось, что мир исчезает в этом мраке. Почти вся огромная территория Академии Растар погружалась во тьму. Она накрывала здания, словно живая, вытягивая свет из каждого угла, из каждого окна. Но больше всего я боялась за магов, потому что тьма ведь потянется и к ним.
А потом.. она вдруг начала отступать, ползти по дорожкам обратно. Словно волна, отхлынувшая от берега.
— Адам.. — прошептала я, оглянувшись.
Он сидел откинувшись затылком на стену и в маленький просвет среди тьмы я видела его лицо. Его глаза были черными, абсолютно черными. Он стискивал зубы, будто боролся сам с собой, а его руки были сжаты в кулаки. Мой браслет сполз на пол. Я увидела, как на его ладонях появились черные прожилки магии, и тот странный свет под его рубашкой медленно мерк. И белые волосы ректора почернели почти полностью, лишь пару белых прядей остались нетронутыми.
Я чувствовала, как магия внутри него бурлит, как она борется с ним, но он не сдавался. Тьма за окном почти исчезла, но я видела, какой ценой это ему дается.
Внезапно он закашлялся, резко опустив голову и я увидела, как с его губ стекла капелька крови и упала на белую рубашку.
— Адам, — в отчаянии я обхватила его за плечи. — Тьма вас убивает, оставьте, пусть.
Я сама не понимала, что говорю. Пусть что? Забирает всех? Всех, но не его? Как я могла о таком просить.
— Это мой долг, — отозвался он тихо, но бесконечно решительно. — Я ректор этой академии и не позволю ей погибнуть от моей магии, — прохрипел он.
— Тьма вас мучает, — шмыгнула я носом и убрала прядь черных волос от его лица.
Но Адам мотнул головой, попытался нащупать браслет. Я подала его, чтобы он опять прижал его к запястью.
— Тьма никогда не вредит физически, Аннабель, — проговорил он и, опираясь на стену, поднялся. — Ты вредишь себе сам, когда сопротивляешься. Идем.
Я обхватила его поперек груди и помогла идти, хотя теперь точно знала, что если ректор решит упасть - я его не удержу, он слишком тяжелый.
За окном я видела свет луны, но в коридоре, по которому мы поднимались всё вверх и вверх, было по прежнему ничего не видно.
А мне казалось, что тьма шепчет. Говорит мне какие-то слова. Мне и ему, Адаму. Его магический источник отличался от всего, что я ощущала. От всех. Адам фон Кирс сдерживал в себе какую-то бесконечно огромную силу. И ему хватило воли её сдержать, не дать ей распространиться. Ректор Академии Растар не привык сдаваться, не признавал слабости.
О том как билось в голове давление его силы, я не думала. Только следила за тем, чтобы он держал мой браслет и не запнулся. Но ректор будто знал каждую ступеньку.
Вот только.. тьма его ослепила.
— Там дальше должен быть коридор направо.
— Да, есть. Нам туда? — я едва что-то видела и то благодаря лампам всюду.
— Не совсем, — отозвался Адам и двинулся дальше вдоль стены.
Мы дошли до поворота, и он принялся ощупывать стену в коридоре ведущем вглубь главного здания. Я поняла, что мы поднялись почти на последний этаж. Но дальше мы явно не пойдем.
Ректор, наконец, нащупал какую-то потайную кнопку в каменной стене и открыл скрытую дверь. И мы попали в узкий и длинный коридор ведущий куда-то в самое сердце Академии. Когда дверь за нами с лязгом закрылась, то коридор оказался в полной темноте. Тут даже ламп не было.
— Не бойся, нам прямо, больше некуда, — произнес Адам тихо. — Это старые стены, остатки старого здания. Которое когда-то стояло на месте Академии.
— Тут было что-то другое? — спросила я, обнимая его что есть силы.
Потому что хотела отдать ему всё, что было у меня.
— Другое и древнее, — ответил Адам и толкнул прочную деревянную дверь, в которую мы уперлись.
За дверью была темная комната, каменные стены которой тускло светились мягким белым светом. Пол, потолок, каждая поверхность были испещрены магическими знаками, которые переплетались между собой в сложные узоры. И я их не узнавала. Это был не рунический язык, который мы учили, что-то иное.
Что-то древнее, как Адам и сказал. Такой магии я прежде не ощущала. Но вдруг поняла, что это моё. Моя стихия. Это воздух, но использованный как-то совершенно мне незнакомо.
Я помогла Адаму добраться до центра комнаты, где был начертан большой круг. И знаки под его ногами тут же начали трещать, и линии магии испустили резкий, почти болезненный для ушей тонкий звук. Магические источники говорят, и это было похоже.
— Адам, что это за место? — спросила я, глядя, как он медленно опускается на колени, а потом ложится на пол. А затем откладывает мой браслет в сторону.
— Закрой дверь. Это барьер.. — выдохнул он, проведя рукой по одной из линий. — Один из барьеров. Потом расскажу. Иди сюда. Можешь ходить по линиям, они твои, они тебя не..