Противостояние

Ладонь сама собой сжалась в кулак. Источник, почуяв мое раздражение, тут же заворочался, словно потревоженный в своей берлоге медведь. Пока мы тратим время на эти нелепые войны, наш истинный враг опережает нас уже на несколько шагов.

Взяв себя в руки, я заметил как уплотнилась аура Сигурда. Видимо, почуял мой источник. Вон как весь напрягся.

Я поднял голову и положил ладонь на его широкое плечо, показавшееся мне в эту секунду каменным. А затем как можно спокойней произнес:

— Ты получил весьма полезный дар. Отныне, если вдруг снова у тебя будут видения, ты должен незамедлительно сообщать об этом мне. Кроме того, как только льюнари закончат в Гондервиле, я попрошу Селину выбрать самую смышленую из ее сестер, которая будет теперь находиться подле тебя…

Договорить я не успел. Словно подслушав мои слова, полог шатра колыхнулся будто от ветра. Перед нами появилась одна из льюнари.

— Старшая сестра велела передать, что это случится сегодня… — произнесла она мягким голосом.

Я улыбнулся. Наконец-то…

— Благодарю, — ответил я. — Скажи Селине, чтобы на всякий случай оставалась с сестрами в городе. Поближе к городским стенам.

Когда льюнари исчезла, я обернулся к Сигурду.

— Пора встречать долгожданных гостей.

Бергония. Фронтир. Северо-западнее Сапфировой цитадели.

Хельга в одиночку шла по следу убийц Жан-Клода де Бакри вот уже несколько суток. Враг двигался по старой звериной тропе, которая вилась между серыми валунами, поросшими бурым лишайником. Ныряла в заросшие колючими кустами овраги, образовавшиеся после мощных землетрясений, еще недавно терзавших фронтир. Ту тонкую полосу земли, что отделяет обжитые земли от Теневого перевала.

Макс обещал ей поход в Тень. А также обещал показать подземный храм и бурый круд. Место силы, которое чуть было не уничтожил один из старших хримтурсов.

Хельга ждала этого события даже больше, чем погружения в Изнанку. С самого детства она грезила Тенью. В глубине души завидовала дару Астрид. И вот теперь ее мечта должна была очень скоро исполниться. Правда, пройти сквозь Барьер ей предстояло в одиночку, без поддержки.

Хельга на мгновение замерла, прислушиваясь и внимательно осматриваясь. Все ее чувства были напряжены до предела. Защитные и атакующие плетения наготове. Фронтир — не место для беспечных прогулок. В любую секунду может произойти нападение теневой твари, выбравшейся на охоту из-под Крыла Стрикса.

Хельга, продолжая осматриваться, машинально поправила ремень перевязи. Пояс был из кожи теневой твари. Серый, в матовых разводах. Держался плотно, но нигде не давил и не перетягивал. На поясе висел короткий меч страйкера.

Хельга проверила крепление наручей, надавила на пластину доспеха у плеча. Вся экипировка и оружие были прочными, легкими и удобными. Впрочем, в мастерской Урсулы Хуг иного не создавалось.

Хельга, аккуратно держась в тени валуна, приподнялась и взглянула в сторону Теневого перевала, издалека напоминавшего длинный хребет исполинского змея.

Ветер шел с севера, от Барьера. Тяжелый, упругий, почему-то с привкусом железа. Давление Прилива чувствовалось даже здесь, в нескольких километрах от его границы. Воздух был плотнее обычного, как будто сама стихия копила силу перед броском.

Хельга опустила голову и присела на корточки. Затем провела пальцем по краю следа, оставшегося на лишайнике. Удовлетворенно хмыкнула. Свежий и отчетливый, не больше суток. И самое главное — больше никакой волшбы скрыта. Она исчезла окончательно.

Линна, одна из сестер-льюнари, почувствовала это раньше — на исходе первой седмицы погони. Сказала, что чужая волшба впереди стала рваной и заметно ослабла. Еще через день-два пропала совсем.

Кто-то из первородных прикрывал группу диверсантов, а потом покинул их. Видимо, тот, кто шел с ними, тоже почувствовал приближение Прилива и решил, что дальше их пути расходятся. Бросил группу и ушел своей дорогой.

Хельга выпрямилась. Мысли сами собой вернулись в ту злополучную ночь.

Она снова вспомнила пожар. Багровое зарево било в небо, перекрывая звезды. Внутренний двор арсенала был полон криков, ржания лошадей, лязга железа — люди тушили огонь, таскали воду, рубили перекрытия, валили горящие лабазы, чтобы огонь не пошел дальше.

Перед ее взором уже в который раз встало мертвое лицо Бакри. Его глаза, в которых застыл не испуг, а злость.

Хельга тяжело вздохнула, вспомнив резню, которую устроили вервольфы из клана Бакри в лагере кларонского посольства. Кстати, тела Лады найдено не было. Ведьме удалось уйти. При этом она легко расправилась с несколькими оборотнями, прежде чем покинуть лагерь. Да и вервольфы, отправившиеся в погоню за ней, вернулись ни с чем. Потеряв при этом часть отряда. Лада лишний раз доказала, что является одной из сильнейших ведьм на континенте.

Старейшинам кланов вервольфов стоило труда утихомирить молодых оборотней. Бакри был для них не просто лидером. Чудом удалось спасти от расправы Якоба Седого, который чуть ли не каждый день посещал лагерь кларонцев, чтобы быть рядом с Ладой. Сейчас старик, убитый горем, содержался в одной из башен цитадели под охраной нескольких гленнов. До возвращения Макса.

Генералу де Потье при поддержке старейшин вервольфов и офицеров гленнов удалось довольно быстро навести порядок. Пожары были потушены, раненные доставлены в госпиталь, где все это время находилась Хельга с остальными целителями и лекарями. Было выставлено оцепление, усилены патрули на воротах, стенах и внутри замка и цитадели, но врагу все-таки удалось уйти.

К утру картина сложилась.

Вражеский отряд попал в цитадель через тайный ход под скалой. Затем разделился на три группы. Первая и, похоже, самая боеспособная атаковала Бакри и его телохранителей. Две другие подожгли продовольственные склады и арсенал. Обе эти группы были перехвачены и уничтожены. Но им все-таки частично удалось выполнить свою задачу. Один склад сгорел. Еще один — только наполовину. Остальные удалось отбить у огня.

Арсенал был поврежден, но не уничтожен: рухнула одна стена, погибло несколько мастеровых, оставшихся там ночевать, но основная часть оружия и заготовок уцелела.

Среди тел убитых диверсантов нашли стригоев. А также одного бойца в доспехе страйкера. Генерал де Потье опознал убитого — один из бергонских дворян, маг из Сапфировой гильдии.