Противостояние

Глава 23

Мэтр Шамо в моей команде не нуждался. Одноглазый мастер уже несся вдоль боевой площадки от машины к машине, бесцеремонно отпихивая наводчиков. Он сам наваливался на рычаги, правил прицел и, тыча пальцем в поле, зло торопил расчеты.

Старик понял то же, что и я. Бить надо сейчас. Пока то, что выползет из этих сгустков плоти, не начало двигаться.

Тем временем кровавые бугры продолжали увеличиваться в объемах. С каждым толчком они тяжелели и набухали, все плотнее утверждаясь на отрастающих конечностях. У некоторых из них начали появляться очертания голов.

Быстрее всех поднималась тварь в центре поля — та самая, с сегментированным хвостом. Своими размерами она превосходила самую крупную химеру, виденную мной, примерно раза в три.

Левее из бугра поменьше формировалось что-то приземистое и длинное. Вытянутая морда, длинный мясистый хвост, когтистые передние лапы. Было в нем что-то крысиное. Так и есть… Это же скрог, только, судя по темпу роста, он очень скоро станет размером с фургон.

А недалеко от рва вставала на дыбы горбатая громада. Широченные лапы, тяжелая башка, покатые плечи. Полное отсутствие шерсти не помешало мне узнать в этой туше теневого медведя.

Остальные шесть отставали. Комья ворочались, из багрового месива проступали то рога, то пластины панциря, то что-то вроде недоразвитой клешни — и снова тонули в общей массе.

С поля тянуло густым духом свежей бойни, подгнившей требухой и еще чем-то приторно-сладким, от чего сводило скулы.

Первая баллиста ударила, не дожидаясь общего залпа. За ней вразнобой заговорили остальные. «Стенобои» умчались к целям с тяжелым гудением.

Первый вонзился в ближний багровый ком словно нож в перестоявшее тесто. Мгновение ничего не происходило. А потом заряд раскрылся — уже внутри. Туша вздулась пузырем и с мерзким чавкающим звуком лопнула, расшвыряв во все стороны темно-бурые ошметки плоти и обломки костей. Алый источник в ее глубине мигнул и погас. А спустя миг я ощутил легкий толчок от вырвавшейся на свободу маны.

Со вторым кровавым комом, в который попал следующий магический снаряд, произошло примерно то же самое.

А затем и с третьим… Четвертым…

«Стенобои» впивались в сырую, не успевшую отвердеть плоть на всю глубину и уничтожали ее изнутри, перемалывая не успевшие сформироваться скелеты и внутренние органы кровавых големов.

Пятый алый источник погас у дальнего края поля. Из осевшей буро-алой груды торчали куски недоразвитого панциря и что-то вроде жвал.

Каждое попадание стены шато Гардьен встречали радостным ревом.

Я почувствовал, как под моими ладонями твердая поверхность камня начала проседать и крошиться. Опустив взгляд увидел, что мои руки обволокла плотная золотистая дымка, принявшая форму когтистых лап. Я быстро разжал пальцы и взял под контроль потоки маны. Треклятый полубожок и его наследие! Мне только потери самоконтроля сейчас и не хватало.

Шестой снаряд своей цели тоже достиг, но только лишь частично. «Стенобой» смял тварь, встававшую левее центра. Полтуши буквально срезало и разметало, обнажив ребристый костяной остов.

Однако алый источник, пусть рвано и с перебоями, но продолжал биться. При этом к потерявшему форму кровавому кому со всех сторон медленно, будто нехотя потянулось багровое месиво.

Остальные снаряды прилетели с опозданием. Три твари, обретя форму, сорвались со своих мест практически одновременно. И двигались они довольно шустро для такой массы.

Наводчики бешено крутили вороты, доворачивая станины вслед целям, но слишком медленно. Машины Урсулы не были предназначены для такой стрельбы. Зарубка на память. Будет о чем поговорить с нашим артефактором. Сейчас бы пригодились подвижные баллисты или стрелометы. И магические снаряды к ним.

Твари тем временем мчались к стенам рывками и ломаными зигзагами. Мэтр Шамо от досады грохнул кулаком по станине одной из своих баллист и что-то заорал. Слов я не разобрал, но смысл был понятен.

Шум на стенах поменял тональность. Крики ликования перекрыл командный мат офицеров.

— По глазам! — кричал Рис. — Бить по глазам!

Стрелы гленнов уходили вниз плотным роем. Увы, но большинство из них вязли в багровой плоти чудовищ, практически не причиняя им вреда. Кроме того, твари, словно услышав приказ лидера гленнов, берегли глаза. Химера пригнула башку к самой земле, а медведь после первых же попаданий на бегу прикрыл морду лапой.

А вот скрогу повезло меньше. Одна из стрел вонзилась в его левый глаз почти до оперения. Правда, на скорость твари это попадание никак не повлияло. Гигантская крыса, замотав башкой, лишь слегка изменила направление. При этом не проронив ни звука, она снесла боком обгоревший остов осадной башни и рванула дальше, сверля стоявших на стенах стрелков уцелевшим глазом.

Первой до стен добралась химера. Сегментчатый хвост хлестнул по зубцам ближней площадки с лучниками. Камень взорвался крошкой, стальные листы навеса погнуло, будто они были бумажными, а деревянные опоры разлетелись на куски. Гленнов смело словно сухие листья порывом ветра.

Следующий удар нанес медведь. Гигант обрушил всю свою мощь на ворота подо мной. Окованные железом створки заскрежетали и прогнулись внутрь. К воротам уже бежали бойцы с бревнами.

Медведь, оставив в покое ворота, перепрыгнул через ров и всей тушей впечатался в стену между башнями. Толчок был такой силы, что некоторые защитники не смогли устоять на ногах. По кладке зазмеились трещины, из бойниц вырвалась пыль.

Второй удар пришелся туда же. Участок стены дрогнул, просел — и с тяжелым протяжным грохотом осыпался внутрь и наружу разом. В проломе заклубилась пыль. Вместе с камнем вниз ушла смотровая площадка, а с ней — одна из баллист вместе со всем ее расчетом.

К медведю на помощь подоспела одноглазая крыса. Она вгрызлась в осевшую кладку и заработала передними лапами, выдирая блоки и расширяя пролом.

В поднявшемся облаке из пыли и песка у осыпи копошились уцелевшие. Кто-то выволакивал придавленных, кто-то, шатаясь, подбирал оружие. Десятники надсаживались, сгоняя людей обратно под защиту стен.

С донжона звучали сигнальные рожки. Генерал де Потье гнал резервы вниз. Сотни, что стояли наготове во дворах, спешили к проломам.

Хвост химеры прошелся по первому ряду копейщиков, словно коса по высокой траве, и тот в один миг превратился в месиво из щитов, копий и изломанных человеческих тел. Второй ряд попятился, выставив перед собой копья.