Противостояние

Глава 9

Мы пробыли на гребне холма до вечера. Лошадей отвели подальше и спрятали. Я не торопился. Нужно было дождаться ночи, а до того кое-что проверить.

Если мои догадки верны, и за спиной аталийцев стоит тот, о ком я думаю, это войско не могло остаться без присмотра. Значит, где-то рядом должны быть наблюдатели. И если мы их не видим — это не значит, что их нет.

Я лежал в кустах и на пределе возможностей моего дара сканировал окрестности. Благо это действие было относительно безболезненным.

Особенное внимание уделял ночному небу. Несколько раз в фокус моего внимания попадали обычные ауры. Две крупные, явно принадлежавшие совам или филинам, и несколько мелких, хаотично метавшихся из стороны в сторону — так двигаются только летучие мыши.

И вот спустя некоторое время я, наконец, засек три отклика, выбивавшихся из общего фона своими магическими эманациями. Они летели легко, уверенно и неторопливо.

Я долго всматривался в небо, пока не разглядел их. Три точки, медленно кружившие над долиной на приличной высоте. Знакомый неспешный хоровод. Серокрылы…

Краргов не было. Ни одного. Я проверил несколько раз, но крупных аур в небе не заметил. Только три серокрыла-наблюдателя.

К слову, о краргах. Так назвал трех гигантских летунов один из хэйдельфов, опознавший их, когда мы осматривали здоровенные туши после боя на тракте.

Жаль, что ни один из них не пережил нашу встречу. Да и серокрылов допросить не удалось. Раненых тварей люди тут же старались добить, как только те оказывались на земле.

Сова Сигурда с последним краргом тоже перестаралась. На землю однокрылый первородный рухнул уже мертвым. В общем, пообщаться с летунами сангвальда не получилось. Значит, сегодня мы исправим это упущение.

Я перевел взгляд на Сигурда, затем на Тавина Брина, моего скаут-мастера — оба почти одновременно еле заметно кивнули. Тоже увидели.

Оставалось дождаться удобного момента.

Ждать пришлось долго. Серокрылы продолжали терпеливо кружить над засыпающим лагерем. Впрочем, у меня терпения было не меньше.

К полуночи один из них вдруг сложил крылья и резко нырнул вниз, в сторону лагеря. Я напрягся. Нападение? Не похоже. Спустя мгновение все прояснилось. Тварь скользнула над загоном для скота и обратно взмыла с увесистой тушкой в когтях. Шустрый гад без единого звука утащил овцу прямо из-под носа у аталийских дозорных, при этом не всполошив ни одно животное в загоне. Похоже, использовал какую-то свою магию.

Серокрыл потянул добычу к вершине ближайшего к нам холма. Двое других тут же сорвались следом. Я улыбнулся. Ни о какой дисциплине даже речи не шло. Летуны чувствуют себя хозяевами положения. Просто замечательно.

Вставая со своего места я посмотрел на Тавина. Тот прекрасно все понял. Коротким жестом отдал команду, и трое его лучших стрелков бесшумно двинулись следом за нами. Сигурд и остальные бойцы остались наблюдать за лагерем.

Серокрылы устроились на вершине холма и рвали овцу, шипя и толкаясь. Увлеченные дележкой добычи, они не замечали ничего вокруг. Хозяева неба, которым нечего бояться. Ну-ну…

По моему сигналу, несколько тупых стрел ударили одновременно. Послышался глухой стук. За ним короткий придушенный всхлип. Одна из тварей дернулась и обмякла. Вторая попыталась расправить крылья, но получила еще одну стрелу в висок и рухнула на бок. Третья успела зашипеть и вскинуть голову, но было поздно.

Когда мы приблизились, все трое лежали без сознания. Гленны тут же, не теряя времени, связали летунов и затолкали им в клювы кляпы.

Я присел на корточки рядом с ближайшим и осмотрел его. Это тот ловкач, который уволок овцу. Серокрыл ничем не отличался от своих сородичей, ранее виденных мной. То же худое жилистое тело, серая кожа, перепончатые крылья, хищный клюв. Мы уже научились различать их немного по цвету кожи, ширине крыльев и другим признакам. Этот был явно старшим в этой троице.

Я опустошил источники тварей, оставив тех без магии, затем поднялся и кивнул Тавину.

— Этих оставим на потом. Сперва дела поважнее.

Мы дождались глубокой ночи. Лагерь, наконец, затих. Большинство костров прогорело до углей, кроме тех, где бодрствовали дозорные. Самое время действовать.

Я кивнул Сигурду, и по нашим доспехам почти одновременно пробежали короткие золотистые импульсы, сделав нас невидимыми. Уже привычное ощущение, словно натянул на себя вторую кожу. Тонкую и плотно облегающую.

Мы вошли в лагерь с восточной стороны. Разминулись с двумя конными разъездами. Обогнули несколько пеших патрулей. Должен заметить — дисциплина у Золотого льва железная. Основной лагерь спал, но тем, кому надлежало быть начеку, несли службу бдительно, как и полагалось на вражеской территории.

Двигаясь мимо платок, я принюхивался и критически оглядывался. Кругом чистота и порядок. Да, пахло конским навозом, дымом и человеческим потом. Все-таки здесь собралось без малого три тысячи мужиков, отмахавших в полной выкладке дневной переход. Но это были привычные запахи походного лагеря.

Я бы добавил здорового лагеря. Здесь не было видно следов кровавого поноса или блевотины. Сохнувшая на веревках постиранная одежда, оттертые до блеска котлы, аккуратные дровницы, телеги с припасами, качественное вооружение — все говорило о том, что, хоть Золотой лев по какой-то причине и отправился в путь с передовым войском, но это войско явно отлично подготовлено и обеспечено.

Кроме того, глядя на количество продовольствия, закрадывалась неприятная мысль о недостаточной эффективности нашего отряда, действовавшего в тылу аталийской армии. Впрочем, если Золотой лев притащил с собой элиту своей армии, этой элите полагается усиленное питание и обеспечение за счет других воинских подразделений.

Либо, что тоже вполне вероятно, кто-то поделился с аталийцами едой и всем необходимым для поддержания жизнеобеспечения такого сложного организма, как войско из нескольких легионов. И я даже знаю, кто этот сердобольный доброжелатель.

Шатер маршала стоял в центре, на небольшом возвышении. Его было трудно спутать с остальными. Крупный, из плотной ткани, со штандартом Золотого льва на шесте у входа. Ткань обвисла из-за безветрия, но в лунном свете я разглядел золотое шитье на лазурном фоне.

Мы синхронно замедлили шаг.

Маршальский шатер охраняли пятеро бойцов. Судя по лиловым энергосистемам — все пятеро — боевые маги. Четыре медиуса и один авант. Страйкеры заняли позиции так, что перекрывали все подходы к шатру.