Страница 49 из 79
Глава 14
Дни до Нави
Дом Трояна на основе шестиугольной каменной коробки был тщательно зацементирован со всех сторон и снаружи выглядел, как небольшой дворец, а внутри походил на обычное человеческое жильё, а не гнездо змеи. Конечно, хоромы себе он отгрохал неплохие для здешних мест. Довольно чистые и просторные комнаты, резная мебель, как у истинного гурмана, огромная кровать в спальне. Веет благовоньями, а не воняет псиной да плесенью, как снаружи.
У нашего деятеля шикарный кабинет, где стол и стеллажи завалены бумагами, расставлены плакаты, с изображениями карт русских земель и очень точным планом нашего города. Чуть покопавшись, я обнаружил среди свитков наши перехваченные донесения и письма его шпионов, которые, как оказалось, обитали в районе Ярославца. Гойнику будет с чем поработать.
Помимо этого, наткнулся на дневник, где Троян накапливал информацию о моих сильных и слабых сторонах. Много правок, много сомнений. Одно ясно точно — за мной он следил больше года, конспектируя все заслуги. Наряду с предположениями, достаточно точных характеристик. Но в целом, я узнал о себе много нового.
Естественно всю бумагу собрал корнями, закатал в корзины и убрал в холод, чтоб перелопатить позже в спокойной обстановке. Хотя тут мне никто кроме Каллисто не мешал, свора, скопившаяся снаружи, всё же нервирует. Похоже, Троян в свои покои приспешников не пускал. Однако духом женщин тут веяло с самого начала. И вряд ли это была та страшная молниевичка — кто вообще на такую запрыгнет. Вскоре опасения мои подтвердились, когда по наводке сканера я спустился на уровень ниже и почуял девственную кровь!
На развилке не пошёл за сундуками. А двинул по чуйке в противоположную сторону. Каллисто потрусила за мной, прижав ушки к черепушке.
Невинные души страдают, пап,
— подтвердила она.
Между залами пришлось развалить массивные двери, которые ещё и на магической защите стояли, чтоб добраться до третьей секции… Казалось бы, впечатлить меня уже невозможно. И дело не в крутой купальне во втором зале, где я сам бы не прочь поплескаться.
В третьем удлинённом помещении под красным светом кристаллов, выпивающих резерв нещадно, за массивными прутьями шести больших клеток, стоящих в одну линию, я обнаружил девятнадцать молодых девиц — по три пленницы на каждую клетку, в одной — четыре. Надо признать, у Трояна отличный вкус: все красавицы. И вряд ли они двоедушники — ауру тех теперь легко распознаю. Внутри оборудованы кроватки, вёдра для испражнений стоят, столики с тарелками и кружками. В каждой подвешены бочки, похоже, с водой, как в клетке у хомячка.
В целом, можно сказать, девственницы не бедствуют. Одеты в халатики, волосы чистые, глаза горят. Когда вошёл, они уже забились в дальние углы, сжались калачиками, напомнив мне о Дарье. Быстро разбив шрапнелью четыре кристалла, я осмотрелся.
Но это не было конечное помещение, через следующую дверь доносились нелицеприятные звуки, к которым пленницы явно уже привыкли.
— Побудь тут, — скомандовал дочке, и она послушно уселась.
Стоило приблизиться к дальнему проёму, пленницы сжались ещё сильнее, затаившись. Развалив дверь с кованными лентами магией, ещё не входя, всё понял. Внутри в цепях бились вновь обращённые девушки. И тут уже не веяло цветочками да свежестью. К стенам приковано около полсотни горемык! Одни уже превратились в мумий, другие ещё рычали, совсем немногие — бились, как бешеные звери, и шипели.
Ну и урод же ты, Троян. Похоже, он насиловал девственниц, кусал их и сажал сюда. Вновь обращённые — все молодые. Сердце кровью залилось, когда увидел совсем ещё юных. Знал бы, что он тут творит, дал бы помучиться подольше.
Не в силах удержаться, бросился к девочке, которой лет пятнадцать на вид. Судя по всему, три дня она уже бьётся и мучается в цепях. Сразу ко мне потянулась, ротик клыкастый раскрыв, другие тоже цепями загремели сильнее и зашипели яростнее.
Коль во мне Зерно, почему бы не попытаться излечить? Борис тогда так рвался в подземелье, и у него ведь получилось избавиться он проклятья, просто пожадничал.
Сковал пациентку корнями, чтоб не дёргалась и меня не кусала, да начал пробовать. Поначалу просто стал вливать лечебную магию, как обычно. Девочка стала упитаннее, щёки порозовели, волосы заиграли здоровым блеском, а мои корни затрещали сильнее под новой силой. Но проклятье так не ушло, лишь тело восстановилось после голода.
Тогда я снова полез, но на этот раз представил её здоровой, без клыков и звериной агонии. Мысленно нащупав нужные волны, усилил их, и меня понесло по её кровеносной системе, как по трубе в аквапарке. Чёрно–зелёные тельца стали расщепляться, на их замену пришли обновлённые, одновременно посветлели стенки сосудов, изгоняя синюю паутину. Вскоре девочка успокоилась и повисла на цепях без сознания.
Затаив дыхание, проверил пульс. Достав флягу с водой, привёл её в чувство. Дал воды, сразу и присосалась. Оковы руками разорвал и вынес в комнату к ошарашенным пленницам, где уложил на собранный из дерева настил. Укрыл плащом, оставил флягу.
Каллисто сразу подкатила к ней ластиться, как обычная кошка. На миг даже засомневался, но дочка просто пригрелась. Нащупав нежное тельце, девушка обняла её в ответ и начала гладить.
Когда метнулся обратно, из клетки заохала девица:
— Маша? Машенька, милая моя…
Пришлось подзарядиться от посоха Мары, чтоб продолжить своё дело. Занялся сперва свежими вампиршами, а затем уже попытался помощь самым запущенным. Чем дольше лежит на девушке проклятье, тем больше тратится резерв. И тяжелее привести в сознание. Первых девиц выношу, они хоть ползать начинают и плакать. А дальше укладываю уже едва подающих признаки жизни. Из пятидесяти пяти обращённых удаётся спасти лишь двадцать семь человек. Две бедолаги умерли при попытке их излечения, человеческие тела были слишком истощены и не выдержали регресса. Остальные ещё хуже — ссохлись до скелетов, я даже браться не стал.
Распознав во мне героя–спасителя, пленницы оживились. Выпустил, чтоб помогали. Поначалу сомневались, но вскоре бросились к подругам по несчастью. Две дурочки даже целовать меня полезли. Одна так за сестру поблагодарила. Вторая, видимо, решила отдаться герою несмотря ни на что…