Страница 16 из 73
После ночи отдыха и внезапной смены площадки… ладно. Вслух я ничего говорить не стал.
— Уверен, вы справитесь.
Я кивнул.
— Конечно.
Кирилл снова опустил глаза к листу. Помолчал, наверное, размышлял на тему, как меня ещё задеть так, чтобы побольнее. Но такой возможности я ему давать не собирался.
— Сегодняшний выход, надеюсь, прошёл спокойно? — спросил Кирилл. — Без происшествий?
Укол вышел тонкий. Он ещё не знал деталей или делал вид, что не знал. В любом случае проверял.
— Всё замечательно, — заверил я.
— Рад слышать. И рад за вас, Роман Михайлович.
Он закрыл папку.
— Восемь тридцать у корпуса, — резюмировал Кирилл. — Хорошего вечера.
— И вам, дорогой человек, — ответил я. — Очень содержательного.
Кирилл кивнул, развернулся и пошёл обратно. Шёл так же спокойно, как пришёл. Папка была прижата к боку.
Несколько секунд стояла тишина. Но потом Даня, быстро сообразивший, что произошло, всё-таки заговорил.
— Он специально, Михалыч. Нас хотят подставить.
Я лишь молча кивнул. Да, примерно так оно и было. Кирилл чувствовал, что инициатива стремительно уходит из его рук, и решил поменять правила игры. Естественно, ничего у меня при этом не спрашивая.
Даня посмотрел в сторону корпуса, куда ушла девочка.
— Иди отдыхай, — сказал я.
Даня ушёл, и я остался один. Фонари едва слышно гудели над дорожкой, в будке охранник листал телефон.
Я остался на месте на несколько секунд.
Пакостью одного Кирилла дело явно не ограничивалось. Он был неприятный тип, опытный в мелких уколах, но такую конструкцию один человек за вечер не собирает. Где-то там, над ним, люди, похоже, решили, что утром красных надо показать публике красивыми идиотами.
Я достал телефон и посмотрел на экран. Сообщений от Феди не было. Это мне не понравилось. Если Кирилл уже успел утвердить утренний выезд, Федя должен был как-то отреагировать. Учитывая, что наши отношения в последнее время заметно потеплели. А если Федя молчал, значит, его прижали.
Я уже видел завтрашнее утро: площадку, улыбающегося Кирилла и наших пацанов, которых собирались выставить дикарями при свидетелях. Самое неприятное было то, что кто-то очень хотел, чтобы мы пришли туда неподготовленными.
Пашка с Маратом появились из-за угла корпуса, в котором был медпункт. У Марата губа была обработана.
— Медсестра сказала, что он идиот, — сообщил Пашка.
— Я сам слышал, — сказал Марат.
— С медицинской точки зрения, наверное, верно? Как думаете, Роман Михалыч?
— Я думаю, что ты договоришься и тоже рискуешь оказаться в медпункте, — ответил за меня Марат.
— Да ладно…
Я, честно говоря, слушал вполуха. Мысли были о другом.
— Пацаны, вы там случаем Федю не видели? — спросил я, перебивая спор.
Выяснилось, что нет — не видели. А поговорить с Федей мне было бы совсем не лишним.
Я обозначил пацанам, что пора расходиться и в идеале остаток дня никуда не высовываться, пока я не скажу обратного. Марат и Пашка спорить не стали и ушли, продолжая обмениваться колкостями друг с другом.
Ну а я отправился искать Фёдора, ощущая внутри что-то вроде волнения. Интуитивного волнения, назовём это так. Интуиция вообще штука тонкая и иногда даже работает.
Я достал телефон, проверил сообщения. От Феди по-прежнему ничего не было. Федя был парень мягкий, осторожный, местами даже тряпичный, но окончательно глупым я его не считал. Но, увы, именно Федя в этой схеме выглядел слабым местом.
От автора:
Город не сдался нацистам, пока в нем я и мои товарищи сражаются. Книга, основанная на реальных событиях Великой Отечественной войны.
#605831