Страница 16 из 84
Судите сами: в самом начале я не сдал назад, рискнул, не допустил ошибки и прошёл испытания потенциала до немыслимого результата. Система не выдала мне немедленной пафосной награды, но дала нечто куда более ценное: поставила в первый приоритет. Это сделало мои этажи сложнее, но хардкорная сложность дала возможности крутых свершений, а уже они принесли драгоценные плоды. Я был одним из тех, кому позволили разглядеть в глыбе великого лича Хельбранда — и не упустил этот шанс, прикоснувшись к его длани. Словил проклятие, почти любого другого человека оно бы выбило из темпа роста, стало серьёзной помехой, требующей долгого преодоления с отставанием в развитии. А я сделал неочевидный, но правильный выбор и обратил этот минус в максимальный плюс. Опять же, приняв при этом проклятие и снова увеличив сложность, которая в Башне Богов, да и в самой системе прокачки и роста в уровне приносит дивиденды.
Приоритет молча отбирал мне этажи, на которых можно не просто пройти и выжить, а добиться большего. Один из первых этажей принёс испытание слабого уровня, но высокой значимости — ведь у двух легендарных старцев были сильно ослабленные, почти развенчанные, но артефакты легендарного уровня. Следующий простой этаж я сам сделал предельно сложным, чтобы взять от него максимум, — и получил Вершитель. Сколько побед и выживаний мне впоследствии принесло обладание этим клинком, уже сложно сосчитать.
Вот так и преумножалось одно другим: опираясь на заработанные достижения и трофеи, я поднимался повыше в сложности и крутости этажей — и дотягивался до следующих задач и наград, принципиально невозможных без предыдущих шагов выше. Так же работает и восхождение в политике, блогерстве, шоу-бизнесе и других сферах: ты используешь достигнутое, чтобы дотянуться ещё выше.
Смог бы я добиться собственного домена, выгрызть у судьбы хоть что-то из повышенных уровней, особых статусов и вещей, которыми уже обладал, — если бы с самого начала не действовал правильно, с полным пониманием системы, постоянно не шёл на оправданные риски и не выжимал из каждого этажа максимум того, что он мог мне дать? Конечно, не смог бы.
Я покачал головой, представив Яра-неудачника из параллельной вселенной, ибо это было печальное зрелище. Нет, он не умер, выжил, прошёл все этажи, но каждый на троечку. И в результате не заслужил Вершитель, не спас Алорина, не смог прийти на помощь Мире и потерял её, не принял долг джаррам и эпический квест, не получил душу Брана, не покорил Хрустальный шпиль… Не был избран Силеном и не встретился с Орианой. Столько разных «не». Конечно, он меньше рисковал жизнью. Но из-за этого меньше встречал выдающихся и поразительных героев разных миров.
Поймите правильно, я не пытался хвалить себя, ах, Яр, какой молодец, — просто размышлял о том, из чего складывается могущество. И, кажется, весьма хорошо и наглядно понимал это на примере собственного стремительного пути. Башня бросала мне препятствие за препятствием, я ранился о них, но выживал и поднимался, становясь всё сильнее после каждого этажа.
Вышел из купален чистый и голодный, шёл девятый час наших суток, а Ори всё ещё спала. Неудивительно, ведь она превысила недельные лимиты за один день, а теперь надорвалась, оживляя Джихуна. Хорошо, если она будет восстанавливаться всего два-три дня.
Но раз она спит, я могу сбегать домой перекусить, дождаться Миру и обсудить с ней всё, что накопилось. Кровь прилила к голове, когда я вспомнил взгляд, смех и улыбку жены, стремление Миры всегда найти вариант, подходящий для всех. Её тёмные волосы, струящиеся по обнажённому телу, застенчивый взгляд и жаркое тепло, когда мы прижимались друг к другу под одеялом, счастливые и по уши влюблённые.
— Мира, — сказал я тихо и вышел из Изнанки домой.
Бутерброды на голодный желудок казались пищей богов, а ждать пришлось недолго. Стена почернела контуром портала, жена скользнула из него в своём цветочно-травяном платье природного мага и тут же увидела меня.
— Всё хорошо! — воскликнула она и бросилась обниматься, от неё исходило прямо-таки кошачье мурлычное довольство и тепло. — Все выжили, исцелились в Изнанке, гидру Ваня разрезал надвое своей павезой!
Мира грустно вздохнула.
— В песке мы нашли много скелетов разных существ и их вещей. Хорошо, что выжгли это гадское гнездо. Получили в Изнанке уровень, и Ваня с Лиркой отправились в Базарат продавать всё ненужное. Джихун сказал, что ему надо побыть с семьёй, и пошёл к бабушке в Йондо, — жена заговорщически пихнула меня локтём в бок. — Ваня и Лирка точно влюбились друг в друга, он такой здоровый, а она как тростинка и голос то-о-оненький, ужасно мило смотрятся вместе. Я очень за них рада. А как ты?
— Сложно. Я получил от Брана Безбожника уникальный личный квест: собрать осколки его души по всем мирам. А союзу богов, которые уничтожили Брана и град Ривеннор, который он создал, это сильно не понравилось. Но сейчас главная проблема даже не в этом…
— В княжне тоже осколок? — мгновенно спросила Мира, и у меня застряли в горле подготовленные слова.
— Чёрт, ты догадалась быстрее меня. Куда быстрее. Неужели это так очевидно?
— Она слишком офигенная для просто человека.
— Это правда.
— И что? — жена смотрела мне в глаза с испуганным вызовом, ждала ответа и боялась его.
— Нас тянет друг к другу, потому что в нас осколки Брана, и они хотят объединиться в одно целое. Наши разумы и тела интерпретировали это как влечение.
Мира сглотнула.
— Разумы и тела? — переспросила она, отодвинувшись назад.
Знаете ощущение, когда решил снять языком обрезок яблока с лезвия ножа? В момент, когда ведёшь кончиком языка по лезвию и понимаешь, что малейшее неправильное движение — и будет хреново.
— Перед тем, как мы поняли, что происходит, Бран взял меня под контроль и поцеловал Ориану. Клянусь, я этого не сделал. И она тоже не сделала, это был Бран, обрывок его разума и памяти принял Ориану за прабабушку, которая оказалась его любимой!
Мира молчала, не сводя с меня расширенных глаз и неровно дыша, все её смутные опасения разом оказались правдой. Мне нужно было сказать главное:
— Воля Брана по умолчанию сильнее моей, но я преодолел её дважды. Знаешь, что общего в обоих случаях?
— Я?
— Ты.
— И что ты сделал?
— Вернул себе контроль и объяснился с Орианой. Она приняла извинения и признала, что нас слишком сильно влечёт друг к другу и мы должны этому противостоять.