Страница 52 из 83
Глава 44
– Конец – это абстракция, – мой голос прозвучал сухо и ровно, хотя сердце билось о ребра с такой силой, что, казалось, вот-вот сломает их. Я вдавила предплечье в горло Госпожи-без-лица еще сильнее. – В бухгалтерии нет конца. Есть закрытие счета. И пока я жива, я имею право знать, как именно он закрывается.
Мертвая копия меня дернулась. Сухие доски ставней за ее спиной жалобно заскрипели. В ее стеклянных глазах мелькнула искра раздражения – существа из пустоты не привыкли, что еда требует показать ей калькуляцию.
– Твой счет не закрывается, Мира Солт, он аннулируется вместе с тобой, – прошипела она, и с ее синих губ сорвалось облачко серой пыли. – Но если ты так хочешь услышать приговор в цифрах… изволь.
Я чуть ослабила хватку, давая ей возможность говорить, но осталась стоять вплотную. Ни шагу назад. Дистанция – это оружие Кэйнарота. Мое оружие – контакт и конкретика.
– Ирма Солт была глупой, жадной воровкой, – голос Госпожи зашуршал, заполняя выстуженную комнату. – Она не просто купила себе тридцать лет жизни. Она вырвала эти годы из самой несущей конструкции Разлома. Она взяла кредит, обеспечением которого служила стабильность этого места. А когда срок вышел, она попыталась подсунуть Пожирателю пустышку – саму себя, уже лишенную магии, и пустой титул.
– Это я уже знаю. Что в мелком шрифте? Почему Свод пришел за мной?
Госпожа-без-лица искривила мертвые губы в жуткой, понимающей усмешке.
– Потому что Разлом не принял пустышку. Он вписал твое имя, сделав тебя новым Якорем. Твоя суть, твоя Черная нить Судьи Договоров – это единственное, что сейчас держит этот замок над бездной. И именно поэтому ты – идеальная плата.
Она подалась вперед, не обращая внимания на мою руку, сдавливающую ее шею. От нее пахнуло таким концентрированным тленом, что у меня заслезились глаза.
– Слушай внимательно, Хозяйка Грани. Вот точные условия взыскания, прописанные в самом фундаменте твоего контракта:
«Долг считается погашенным, а право собственности на Разлом переходит к Кредитору исключительно в момент, когда суть должника поглощена до нулевого остатка. Сделка закрывается лишь тогда, когда исчерпанная до дна жизнь освобождает титул, делая его вакантным для Пепельного Свода»
.
Я замерла. Мой мозг, натренированный годами переписывания векселей и долговых расписок в Аврене, мгновенно выхватил ключевые формулировки.
Поглощена до нулевого остатка.
Освобождает титул, делая его вакантным.
– Они не могут просто убить меня, – медленно проговорила я, глядя в свои собственные мертвые глаза. Внутри меня, сквозь панику и боль в обожженной ладони, начал выстраиваться холодный, кристально ясный расчет. – Если меня просто убить топором или сжечь жаровнями Очистителей, титул не перейдет к вам. Он просто исчезнет. Разлом рухнет, и вы не получите перекресток миров.
Госпожа-без-лица впервые за время нашего разговора перестала улыбаться.
– Пожиратель должен выпить меня сам, – констатировала я. – До последней капли. Моя суть должна стать противовесом тем тридцати годам, что украла Ирма. Вы должны переварить мое право говорить «Да» и «Нет», чтобы узаконить свое вторжение.
– Именно, – проскрежетала гостья. – И твой Древний Лорд это понял. Кэйнарот умеет считать вероятности лучше любого счетовода. Он понял, что Пожиратель не уйдет, пока не получит нулевой баланс твоей жизни. Чтобы замок устоял, ты должна стать кормом. Ты – обязательный платеж, Мира Солт. И Лорд Сумерек предпочел уйти, чтобы не смотреть, как пустота выжимает из тебя остатки воли.
Слова ударили наотмашь, но я больше не позволила им сбить меня с ног. Если в колонке «Дано» стоит предательство, значит, будем работать с этим активом.
«Поглощена до нулевого остатка».
Мой отец всегда учил меня: если кредитор требует всё до последней монеты, сделай так, чтобы твои карманы стали бездонными. Если Пожирателю нужно исчерпать мою суть до дна… что будет, если у этого дна нет конца? Что, если актив привязан к чему-то неисчерпаемому?
Я отпустила воротник Госпожи-без-лица и сделала шаг назад.
– Аудит завершен, – мой голос прозвучал абсолютно спокойно. Я вытерла ладони о передник, словно только что закончила пересчитывать мешки с репой. – Условия взыскания мне понятны.
Мертвая копия меня растерянно моргнула. Она ожидала истерики. Слез. Мольбы о пощаде. Существа из Свода питаются отчаянием, но я только что вычеркнула эту эмоцию из своего бюджета.
– Ты сумасшедшая, – прошипела она, и ее фигура начала терять контуры, истончаясь по краям. – Пожиратель уже на пороге. Твои договоры горят. Твой мир распадается.
– Мой мир, Госпожа, это цифры и правила, – я скрестила руки на груди. Клеймо на ладони пульсировало, но теперь это был не отсчет моей смерти. Это была печать на документе, в котором я только что нашла лазейку. – Передай своему Пожирателю: если он хочет получить долг до нулевого остатка, пусть приготовится подавиться.
Госпожа-без-лица открыла рот, чтобы ответить, но вместо слов из ее глотки вырвался лишь сухой порыв ветра. В следующую секунду она осыпалась на пол серой, грязной горкой пепла, которая тут же смешалась с остальной пылью в комнате.
Я осталась одна.
Я посмотрела на свои руки. На въевшиеся в кожу чернила. На кровь и серую пыль. Кейн ушел. Гости внизу были готовы разорвать друг друга. Защита замка пала.
Но у меня были точные условия контракта. И я собиралась выставить Пепельному Своду такой встречный счет, от которого у самой пустоты треснут кости.