Страница 34 из 83
Глава 27
В трактире пахло свежей стружкой и застарелой тревогой. Рен закончил с окнами первого этажа и теперь гремел чем-то в подвале, выискивая дополнительные доски для укрепления дверей. Авренская армия с их тяжелыми подавляющими жаровнями была в пути, и этот факт висел над нами. Но в моей книге учета, прямо под графой «Внешние долговые обязательства», первой строкой значился Пепельный Свод. Катапульты – это физика и дерево. А Свод – это абсолютная пустота.
Я сидела за стойкой, машинально полируя и без того чистую столешницу куском грубой ткани. Работа руками всегда помогала мне упорядочить мысли. Костяшки пальцев побелели от напряжения. На втором этаже, в запертой комнате моей покойной тётки, всё ещё сидела Госпожа-без-лица. И я понятия не имела, чего именно она ждала.
Я отложила тряпку и посмотрела на очаг. Синее пламя лениво облизывало сосновые поленья.
– Тох, – позвала я. Голос прозвучал сухо, по-деловому.
Дрова в печи затрещали. Из золы неохотно вынырнула дымная морда. Угольки-глаза духа виновато забегали по залу, избегая смотреть на меня.
– Хозяйка? – проскрипел он. – Если ты насчет запасов дров, то парень нарубил достаточно…
– Я насчет Ирмы, – отрезала я, облокотившись на стойку. – Ты был здесь в ту ночь, когда она умерла. И ты знаешь, что именно произошло.
Тох съежился, превращаясь в крошечный серый комок пепла. Он ненавидел говорить о Своде. Воздух вокруг очага ощутимо остыл.
– Она умерла от старости, Мира. Сердце не выдержало, – пискнул дух.
– Не ври мне, – я сжала пальцами край столешницы. – Сердце не останавливается просто так, оставляя после себя разорванный контракт и долг, который переходит на кровную родню. Я видела её комнату. Я видела защитные круги из крупной соли на полу. Она кого-то ждала. Кого-то, от кого отчаянно пыталась откупиться.
Тишина в зале стала плотной. Сквозняк завыл в дымоходе, словно подслушивая наш разговор. Тох тяжело, со свистом выдохнул облако сизой сажи.
– Она ждала Пожирателя, – голос духа упал до едва слышного шелеста. – Существо из Свода, у которого нет глаз, только десятки ртов, пережевывающих пустоту и суть сделок. Ирма задолжала им. Но срок вышел.
Я нахмурилась, выстраивая в голове колонки «Дано» и «Итого».
– Если срок вышел, почему она не расплатилась?
– Потому что она была жадной! – Тох вдруг вспыхнул, его пламя взметнулось вверх, окрашиваясь в яростный оранжевый цвет. – Она захотела жить. Когда эта тварь соткалась из теней прямо здесь, у стола, Ирма предложила замену. Она переписала на него сам замок. Она отдала «Грань» и титул Хозяйки.
Желудок скрутило ледяным узлом. Я вспомнила влажные, блестящие буквы моего имени на обложке Книги Правил, проступившие словно венозная кровь.
– Она подписала бумагу кровью и сутью. Но Пожиратель не ест пергамент, Мира. Он сотнями ртов втянул в себя саму суть обещания. Как только Ирма отдала трактир, она отреклась от статуса Хозяйки Грани. А именно древняя магия Разлома поддерживала её стареющее тело все эти годы. Без защиты Дома она мгновенно стала просто старой, больной женщиной. Она рухнула грудью на стол мертвой.
– Значит, она отдала замок, чтобы спастись, но умерла от последствий собственной сделки, – медленно проговорила я. Прагматичная логика счетовода складывала пазл. – Но почему долг перешел на меня? Если она отдала титул Пожирателю, замок должен принадлежать Своду.
Тох издал звук, похожий на горький скрежет ржавых петель.
– Потому что магия Грани не подчиняется пепельным тварям. Дому нужен живой якорь. Книга сама нашла новую плательщицу и вписала твое имя, чтобы Разлом не схлопнулся. Ты стала Хозяйкой. А вместе с титулом к тебе перешел и тот самый неоплаченный залог. Пожиратель растворил суть договора, но не получил Грань. Значит, он вернется за сутью той, кто вписала свое имя после неё.
Я потерла виски. Голова гудела от обилия переменных. Моя тётка провернула мошенническую схему, а расплачиваться своим будущим предстояло мне.
– Хорошо. Допустим, – я выпрямилась, заставляя голос звучать ровно. – Но свинцовый футляр с обрывком договора я нашла на втором этаже, в тайнике. В нем был мертвый, серый пепел. Если тварь сожрала суть сделки, что это за пепел?
Тох замялся. Его угольки-глаза тревожно метнулись в сторону темного коридора, ведущего к кладовым.
– Пожиратель растворяет обязательства, но физический остаток сделки – грязная магия, якорь Свода – всегда остается в мире. Ирма знала, что этот якорь будет тянуть тварей обратно. Она попыталась спрятать его.
– Где? – мой тон стал абсолютно стальным. – Я перерыла всю её комнату.
– Не там, Хозяйка, – проскрипел дух, выпуская тонкую струйку дыма, которая изогнулась и указала в сторону тяжелой двери, ведущей вниз. – Она спрятала то, что осталось от сделки, в подвале. Под нами. За бочками, в самой глубокой темноте.
Мое сердце пропустило удар. Подвал. Прямо сейчас там находился Рен.
И в этот самый момент снизу, из-под толстых дубовых половиц, раздался глухой, полный первобытного ужаса крик десятника.