Страница 33 из 83
Глава 26
На следующее утро замок Грань напоминал хорошо вышколенную казарму. Влияние материализованного Договора еще висело в воздухе тонким, едва уловимым ароматом нагретого металла.
Механисты и сумеречники покинули трактир с первыми лучами тусклого солнца. Они расплатились без единого звука – механисты оставили горсть первоклассных шестеренок из черной стали, а сумеречники выложили на стойку два осколка чистого лунного льда. Никто из них не смотрел мне в глаза. Они двигались осторожно, стараясь не задеть половицы, словно боялись, что за лишний скрип я снова стяну их золотыми цепями.
Я аккуратно сложила плату в кассу и провела черту в гроссбухе. Убытков не было. Если не считать того, что я сама себя напугала до полусмерти.
Золотые цепи... Мои пальцы все еще помнили странную, непреложную тяжесть этой силы. Но рефлексировать о своей внезапно проснувшейся божественной сущности мне было некогда. У нас на носу висело два смертельных срока, и оба требовали немедленных административных решений.
– Три куба дров, – бормотала я, обходя главный зал с огрызком карандаша за ухом. – Вода из колодца. Нужно заполнить все бочки в подвале. Если они притащат Железных дев, колодец во дворе может замерзнуть от их подавляющих полей.
Рен работал молча. Бывший солдат полностью погрузился в понятную ему рутину подготовки к осаде. Он забивал нижние окна тяжелыми дубовыми щитами, найденными в захламленных подвалах Ирмы. Стук его молотка разносился по замку ритмично и гулко.
Правда, после вчерашнего инцидента с цепями он стал смотреть на меня иначе. Раньше я была для него просто упрямой столичной девчонкой, которая по нелепой случайности спасла ему жизнь. Теперь же в его взгляде читался суеверный трепет. Для авренца любая магия – скверна, а сила, способная поставить на колени жутких существ из других миров – это прямой повод для паники. Но Рен не задавал вопросов и забивал гвозди, за что я была ему искренне благодарна.
– Доски крепкие, – сказал он, проверяя на прочность очередной щит. – Но против камней они не выстоят. Нам нужно укрепить несущие балки первого этажа. Если катапульты пробьют крышу...
– Если пробьют крышу, запишем это в капитальный ремонт, – сухо отозвалась я. – Нам главное продержаться до того момента, как их запал иссякнет. На Уступе холодно, а их жаровни жрут много топлива.
Воздух за моей спиной внезапно стал плотным и ледяным. Я уже научилась распознавать появление Того-Кто-Разделяет без визуального контакта.
Кэйнарот стоял в трех шагах от меня. Я повернулась к нему и тут же заметила перемену.
Раньше его Дистанция была агрессивной. Он отгораживался от мира стеной высокомерия и абсолютного космического холода. Теперь же Расстояние между нами было... выверенным. Он словно математически рассчитал каждый миллиметр, отделяющий его сапоги от края моего подола, чтобы исключить малейший риск случайного соприкосновения.
Моя рука, схватившая его за запястье несколько дней назад, до сих пор помнила этот обжигающий мороз. А для него, судя по всему, тот физический контакт стал катастрофой, переломавшей позвоночник всей его картине мира. Воздух вокруг его правого запястья, того самого, которого я коснулась, слегка дрожал и преломлял свет, словно ткань реальности там навсегда истончилась.
– Вы проводите фортификационные работы, Хозяйка, – его голос был ровным, без раскатов грома, но тяжелым, как гранитная плита.
– Авренцы не отличаются вежливостью, – я смахнула древесную пыль со стойки. – Через две недели они будут здесь со своими жаровнями и армией Очистителей. Так что да, господин постоялец. Замок Грань переходит на осадное положение. Если вам мешает стук молотка, боюсь, жалобная книга временно недоступна.
Кейн медленно перевел взгляд с забитых окон на Рена. Десятник под этим взглядом съежился, но инструмент из рук не выпустил.
– В этом нет никакой необходимости, – бесстрастно произнес Лорд Сумерек. – Я могу стереть их с лица Уступа. Одно усилие воли, и Расстояние между их отрядом и дном Разлома сократится до нуля. Они исчезнут прежде, чем успеют разжечь свои костры.
Предложение было заманчивым. Радикальное и бесплатное решение проблемы будущих расходов. Но мои внутренние весы резко качнулись, предупреждая о дисбалансе.
– Нет, – я посмотрела ему прямо в глаза, туда, где клубилось жидкое серебро.
Кейн чуть склонил голову.
– Вы жалеете существ, которые идут вас убивать? Это нелогично. Ваша золотая цепь Договора доказала, что вы способны на абсолютное доминирование. Почему вы отказываетесь от моего?
– Потому что это трактир, а не скотобойня, – я скрестила руки на груди. – Я Судья Договоров, как вы сами изволили выразиться. Я наказываю за нарушение правил внутри этих стен. Но авренцы еще не пересекли мой порог. Они не в моей юрисдикции. А устраивать превентивную резню за пределами крыльца – значит нарушить баланс. И кроме того...
Я сделала полшага к нему. Пространство между нами мгновенно натянулось, болезненно зазвенев от напряжения. Кейн не отступил, но его челюсть сжалась так сильно, что на бледных скулах проступили желваки. Он боялся. Древнее божество, способное уничтожать миры, боялось того, что я снова протяну к нему руку.
– Кроме того, – тихо закончила я, глядя на дрожащий воздух вокруг его запястья, – я не собираюсь быть у вас в долгу. Мне вполне хватает кредитных обязательств перед молчаливой дамой на втором этаже.
Кейн долго смотрел на меня. В его взгляде больше не было ни высокомерия, ни снисхождения. Там было нечто иное – мрачное, почти фаталистическое уважение.
– Как пожелаете, Хозяйка, – эхо его слов осело на свежих дубовых досках. – Но помните: когда их камни пробьют вашу крышу, никакая бухгалтерия вас не спасет.
Он растворился в тенях, оставив после себя лишь холодок и четкое осознание того, что в нашей странной войне нервов я только что выиграла еще один раунд. Но расслабляться было рано. Где-то наверху, в комнате тетки Ирмы, Госпожа-без-лица перевернула очередную сухую страницу моего аудита. Осада уже началась, просто с разных сторон.