Зимний дом

— Вот тогда и появилась вторая версия аварии. Отец заключил, что наша Джейн сидела одна в машине, когда падала в карьер. Значит, это было убийство. Отец не встречал этого водителя среди местных, тех, до которых можно дойти пешком. Мужчина украл эту машину, потому что на своей собственной он скрылся. Значит, он не местный, так же, как и наша Джейн. Если бы отец только знал, какая она была юная… После убийства он не дал бы забрать ее в больницу. Оттуда ее отправили в государственную психиатрическую клинику. Отец и дядя совсем из-за нее помешались. Все время пытались вытащить ее оттуда и привезти домой. Но как только они добивались, чтобы ее снова проверили, она что-нибудь учиняла. Однажды вскрыла себе вены. В следующий раз перерезала себе горло. Наконец отцу пришлось отпустить ее. Он понял… — Руки Сьюзан Макриди смяли книгу. — Он очень страдал, когда понял, что нашей Джейн безопаснее там, чем с нами. Он не защитил ее, когда ей это было нужно. Отец навещал ее каждый выходной до самой смерти. Потом лечебницу закрыли за мошенничества «Медикэа», и пациентов распределили кого куда. Через много лет я вышла на след некоей Джейн Доу. Она жила в доме престарелых в Обурне, но это была не наша Джейн.

— Хорошо, — подтолкнула ее Мэллори. — Ваш отец проверил отпечатки пальцев убитого?

— Да. На это ушло какое-то время. В те дни не было единой базы данных. На убитого имелись дела в трех южных штатах, за мошенничество и воровство. Никогда не убивал, насколько было известно. Попадал в тюрьму под разными кличками, но не надолго.

— А Гумбольдт? — спросил Райкер. — Эту кличку вы помните?

— И все прочие тоже. — Она снова склонилась к саквояжу, вытащила конверт и выложила из него файловые папки на кофейный столик.

Мэллори пролистала пожелтевшие листы: историю того, как один человек пытался узнать о прошлом рыжеволосой девочки. Расследование продолжалось еще двадцать лет после того, как Недда убила Человека-Трость. Мэллори смотрела на карточки с отпечатками пальцев убитого.

— Значит, вы считаете, что этот Гумбольдт убил ее семью, — предположила Сьюзан Макриди, взяв себя в руки. — Поэтому она убила его ножом для колки льда. — Женщина крепко сжала книгу с портретом обнаженного ребенка, Рыжей Зимнер, ее Джейн. — Значит, она видела… видела, как убивают ее семью. Ей было всего двенадцать, и она…

— Да, — сказал Райкер. — Если репортерам попадется эта история…

Женщина кивнула:

— Понимаю. Я ничего не говорила, и меня здесь не было. — Сьюзан Макриди обратилась к Мэллори: — Но можно увидеть ее? Хотя бы фотографию?

Мэллори жестом велела ей подождать и вышла из комнаты, прихватив с собой документы по делу Джейн Доу. Она принесла фотографию с места преступления, но не ту, где Недда Зимнер снята рядом с последней жертвой, а обычное фото, на котором Недда стоит перед большой лестницей. Восхитительная женщина, ни следа переломов, которые помнила мисс Макриди.

— Вот, возьмите. Оставьте себе.

— Спасибо, — мисс Макриди смотрела на изображение своей состарившейся Джейн. — Она хорошо выглядит, правда? Я никогда не видела ее лица после… — Она посмотрела на Мэллори, вдруг улыбнувшись. — Отец платил за пластические операции, после того, как ее направили в психиатрическую клинику. Эти три операции стоили кучу денег. Но отец хотел завершить начатое, восстановить Джейн до конца. О, какое на ней чудесное платье. И, похоже, живет в хорошем доме.

— Да, — ответил Райкер. — В особняке.

Женщина оторвала взгляд от сокровища, которым заканчивалось ее семейное расследование.

— Эта история плохо кончается, да?

— Да, — кивнула Мэллори. — Другого и не ждите.

Сьюзан Макриди сказала все, что могла. Мэллори повернулась к ней спиной, вышла из комнаты и отправилась к себе в кабинет, где принялась развешивать документы из штата Мэн на пробковой стене. За пятнадцать минут она еще не успела сопоставить документы семейства Макриди с бумагами деда Райкера. И тут ее напарник пропел:

— Эй, Мэллори, тебе стоит это услышать.

Она прошла в приемную. Райкер и Робин Даффи стояли, склонившись над автоответчиком. Они отматывали назад пленку с сообщениями от Битти Смит. Она каждый раз справлялась о своей тете, и язык ее все больше заплетался.

— Недда уехала, — сказал Робин. — Чарльз тоже. Недда позвонила ему в квартиру. Он вылетел пулей. Сказал, что едет в больницу. Там что-то связанное с передозировкой таблеток.

Клео Зимнер-Смит, ее брат и бывший муж сидели в вестибюле больницы. Все трое наблюдали, как Чарльз Батлер идет от входной двери к регистратуре. Сестра заверила, что его имя значится в ограниченном списке тех, кому разрешено посещение.

Он шагал к лифту, чувствуя, что за ним следят три пары глаз. Очевидно, членам семьи не разрешили пройти туда, куда направлялся он сам.

Любопытно.

Райкер захлопнул крышку мобильного телефона.

— Они все там. Вся семья в сборе. В том числе Шелдон Смит.

— Отлично, — Мэллори второй раз за этот день припарковалась у Зимнего Дома. — Значит, никто не смажет картину преступления.

Как доложили Райкеру из больницы, единственным преступлением могла быть попытка самоубийства, но его напарница вывернула это как попытку убийства, а значит, можно свободно проникнуть в дом, без утомительной процедуры получения ордера.

Они поднялись к парадной двери. Мэллори развязала бархатный мешочек с любимыми отмычками.

— Не нужно, — сказал Райкер. Он повернул ручку и открыл дверь. — Это говорит в пользу семьи. Они так торопились отправить Битти в больницу, что забыли запереть дом.

— Не совсем. Кто-то остановился, чтобы включить сигнализацию. — Она набрала цифры, и огонек погас.

— Откуда ты знаешь код? — Он поднял руки. — Я просто так спросил. Считай, что я молчал.

Наверху кто-то хлопнул дверью.

— В доме кто-то есть. — Мэллори взбежала по лестнице к спальне Битти. Она услышала, как спустили воду в унитазе, и почувствовала запах рвоты, смешанный с запахом моющего средства. Улики отправились в канализацию.

Женщина в бесформенном платье, судя по виду, приходящая прислуга, вышла из ванной Битти Смит. На пороге ее поджидала разъяренная Мэллори.

Женщина закричала.

— Вы убирались за Битти Смит, — сказала Мэллори, не обращая внимания на визг. — Кто велел вам это сделать?

— Полиция! — завопила женщина. — На помощь! Полиция!