Я говорю нет!

– Уйму вопросов! Только что за дело до них сэру Ричарду? Он вертел ими, как детьми малыми. Кстати, удача ему сопутствовала. Джеймсов Браунов в Англии – тысячи! Опять же, дом и земли отошли наследнику по мужской линии, с которым ваш отец давным-давно поссорился, и он привез свой штат прислуги. Мы покинули поместье задолго до того, как вы вернулись от друзей, где гостили – неужели не помните? – уехали за много миль, а старые слуги кое-как подыскали себе другие места. Разве вы могли что-нибудь заподозрить? С этой стороны бояться нам было нечего, но совесть не давала мне покоя. Когда вы поправили здоровье, я вновь попыталась убедить мисс Летицию. Я ей говорю: «Теперь рецидива можно не опасаться, скажите ей правду». Куда там! Тетушка вас слишком любила. Когда я пыталась ее уговаривать, она рыдала как безумная. И это еще не самое худшее! Она напомнила мне, каким легковозбудимым был ваш отец, напомнила, как после смерти вашей матери он слег с мозговой горячкой, и сказала: «Эмили пошла в отца и телосложением, и нервным складом. Разве не знаешь, как она его любила и любит по сей день? Мы нанесем ей страшное зло, если не будем осторожны!» Вот так хозяйка меня и уговорила. Я заразилась ее страхами, словно болезнью. Ах, милая, вините меня, если угодно, но не забывайте, как я за это поплатилась! Мне пришлось покинуть умирающую хозяйку из ужаса перед тем, что она может сказать, пока вы сидите у ее постели! Я жила в страхе, что вы спросите с меня… Я ужасно хотела вернуться и не смела. Взгляните же на меня!

Бедная женщина попыталась достать платок, дрожащая рука беспомощно запуталась в подоле.

– Даже слез утереть не могу, – еле слышно произнесла она. – Постарайтесь меня простить, мисс!

Эмили обняла свою старую няню.

– Это вы должны меня простить, – печально промолвила она.

Они долго молчали. Через открытое окно, выходившее в садик, проникал один-единственный звук – мягкий шелест листвы, трепещущей на вечернем ветру.

Тишину резко нарушил дверной звонок. Женщины вздрогнули. Сердечко Эмили учащенно забилось.

– Кто бы это мог быть? – воскликнула она.

Миссис Элмазер поднялась.

– Сказать, что вы не принимаете? – спросила она с порога.

– Да! Да!

Открылась дверь, в коридоре раздались приглушенные голоса. Потом стало тихо, и миссис Элмазер вернулась без единого слова. Эмили заговорила с ней сама.

– Приходил посетитель?

– Да.

– Вы сказали, что я никого не принимаю?

– Не могла я такого сказать.

– Почему же?

– Не будьте с ним слишком суровы, моя милая. Это мистер Албан Моррис.