Черное сердце фейри

Глава 23. Кара

Все под той же защитой теневой магии Бран провел нас в замок тайными тропами. Всю дорогу мы почти не разговаривали, но присутствие фейри странным образом меня успокаивало. Впервые рядом был тот, на кого я действительно могла положиться. Ощущение было новым и необычным, но при этом бесконечно желанным.

Конечно, у меня всегда были мама и бабушка. Но это не та опора, что была мне нужна. По правде говоря, в моей семье скорее я приходилась опорой для всех.

У бабушки уже долгое время сильно болели ноги, наши ведьмовские средства помогали, но не могли прогнать болезнь насовсем. Мама же с детства мучилась приступами удушья. Она следила за домом и бабушкой, работала в лавке по мере сил. Но именно от меня зависело, будет на нашем столе еда или нет.

Как-то ночью нас попытались ограбить пьяные бродяги: залезли в окно. Я поколотила их шваброй, как следует припугнула ножом. Они с криками вылетели за порог, едва не вышибив дверь. А я потом еще долго сидела, пытаясь унять дрожащие руки и бешено колотящееся сердце.

Я работала, приносила еду, защищала. Я так свыклась с этой ролью, что почти перестала ею тяготиться. Но порой, когда усталость накрывала сверх меры, забиралась с ногами на постель и думала о том, что мне до смерти хотелось, чтобы рядом оказался тот, кто мог бы позаботиться, наконец, и обо мне.

В итоге отчаянно надеялась ощутить это рядом с Лейном, отказываясь признавать, что эти надежды тщетны. Задним умом понимала, он никогда мне не подходил. Лейн рос беззаботным ребенком, единственным любимым сыном и, кроме слабого зрения и насмешек от сверстников, не ведал ни невзгод, ни проблем. А я просто тонула в них и так отчаянно жаждала поддержки, любви и тепла, что готова была выйти замуж за первого, кто проявит ко мне интерес. Но я никогда по-настоящему не любила Лейна.

Я и представить не могла, что смогу чувствовать себя так спокойно, естественно и одновременно свободно рядом с

фейри

. Бран словно окружил меня высокой надежной стеной. Да, она была мрачной, непроглядной и темной. Но разве нужна другая стена, чтобы защитить от чудовищ и кошмаров, от всех тех ужасов, что таились в проклятом лесу? Тьма во мне приветствовала тьму в нем. Ощущать Брана подле себя было дьявольски правильно. Но я пока не понимала, что со всем этим делать.

– О чем задумалась, ведьма?

Низкий голос, бархатный, словно шелест черных крыльев в безмолвии, достиг моих ушей, вызвав невольную дрожь. Я повернула голову и тут же попала в плен манящих темных глаз. Вероятно, пока мы шли, а я потерялась в раздумьях, Бран меня внимательно рассматривал.

Сердце в груди ускорило ход, и я осознала, что стремительно краснею. Дьявол бы побрал этого принца, его густой рокочущий голос и власть, которую он имел надо мной!

– Думаю, как нам одолеть вампиров, – соврала я. – И поскорее овладеть моей магией. Не хотелось бы пойти им на корм.

Прикосновение теплых пальцев к щеке заставило меня замереть и судорожно втянуть воздух. Бран шагнул вперед, преградив мне путь, и его горячее дыхание опалило мне губы.

– Я этого не допущу,

мэй лэран

, – тихо, но так веско проговорил он, что я тотчас ему поверила.

Нет, фейри был не стеной, он был целым за́мком, в котором мне хотелось потеряться, бесконечно исследуя его таинственные темные коридоры.

– Пока я рядом, тебе ничего не угрожает, – добавил Бран, и его невыносимо притягательный взгляд вновь опустился на мои губы, очерчивая их контур, заставляя мучительно гореть. Богиня, и это он еще их даже ни разу не коснулся!

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Твою мать, куда подевался мой длинный грязный язык? Где Кара-змея, Кара-сквернословщица, Кара-нахалка? Мама и бабушка бы сейчас жутко удивились. Не то чтобы я была не способна ответить ему грубостью или дерзостью. Просто отчего-то делать это сейчас совсем не хотелось…

– Сегодня будем тренироваться в Боевом зале замка, – проговорил Бран, неохотно оторвав взгляд от моих губ. – Думаю, соваться в лес, пока там бродят эти кровожадные ублюдки, крайне неосмотрительно.

Я не удержалась и фыркнула. Мне нравилось, что со мной Бран не стеснялся в выражениях и не строил из себя сказочного принца. Он язвил, отпускал саркастичные шуточки, мог быть жестким и мрачным, но при этом еще и улыбался невероятно открыто, соблазнительно и дерзко. Он был собой, настоящим, и не пытался притворяться и казаться тем, кем не был. Рядом с ним я ощущала себя так, точно всю жизнь бродила в беспросветном кошмарном лесу и наконец-то попала домой.

Сообразив, что молчание затянулось, я поспешно проговорила, почувствовав, как губы сами растягиваются в улыбке:

– Для начала не мешало бы перекусить!

Бран кивнул, предлагая мне пройти вперед. Но я, снедаемая любопытством, не удержалась от вопроса.

– Что это значит – «мэй лэран»? Ты повторяешь это уже не первый раз, а я не настолько сильна в языке фейри.

Но этот наглый мерзавец, таинственно усмехнувшись, мне не ответил.

Глава 24. Бран

Стол ломился от угощений. Пикси на этот раз превзошли сами себя. Но мне кусок в горло не лез, потому что все, что мне хотелось отведать сегодня, это мягкие губы Кары. Из существа, которое я всем сердцем презирал и ненавидел, она незаметно превратилась в искушение, одержимость, мою невероятную заветную мечту, которую я не мог выбросить из головы, как сильно ни старался.

Я замечал, что Кара тоже начинала оттаивать. Она больше не избегала моего общества и не хмурилась всякий раз, когда я к ней обращался. А порой я чувствовал на себе ее взгляды, и будь я проклят, но в них не было ненависти, да и скромности тоже. Ведьма смотрела на меня так, словно я был шоколадным трюфелем, который ей не терпелось отведать.

– Сколько лет ты прожил здесь один? – спросила Кара, и мое веселое настроение сгорело, как мотылек, угодивший в пламя костра.

Я молчал, хоть и понимал, что просто оттягивал неизбежное. Но мне страсть как не хотелось произносить это вслух, ибо тогда годы моего одиночества делались дьявольски реальными и давили на плечи так, словно желали размазать по земле сапогом, как паука.

– Восемь десятков лет, – выдавил я, уставившись в стол.

– Твою мать! – вырвалось у нее. – И ты еще жив? А где седые волосы?