Страница 33 из 94
– Зови сюда пикси, живо! – распорядилась я. – И пусть захватят с собой полотенца и таз с холодной водой.
Боггарт закивал так отчаянно, что я удивилась, как он не свернул себе шею. Вылетев из комнаты как ошпаренный, он вернулся через несколько минут в сопровождении уже знакомых мне всполошенных темных пикси.
Выхватив полотенце из их рук, я окунула его в тазик.
– Ваша задача – обтирать его тело, – изрекла я тоном, не терпящим возражений. – Вот так, – слегка отжав полотенце, я приложила его ко лбу Брана.
Принц вздрогнул всем телом, но морщина меж его бровей немного разгладилась. Бережно обтерев его лицо, я передала полотенце пикси.
– Не отходите от него ни на шаг, пока я не вернусь! – твердо приказала я.
Пикси закивали с таким же усердием, как и боггарт. Возможно, я здорово напугала подданных принца. Что ж, это пойдет им на пользу. Впредь они вряд ли станут бездействовать, когда их хозяин в муках корчится на кровати, сжираемый гребаным проклятием!
В комнате целителя оказались не только травы. Один из шкафов был заставлен всевозможными снадобьями. Присев на корточки, я принялась изучать названия. Все они были на языке фейри, но моих знаний хватало, чтобы разобрать, для чего они предназначались.
– От сыпи, от кровотечения, от бессонницы, – зашептала я.
Частая поступь боггарта заставила меня оглянуться. Дворецкий нетерпеливо расхаживал перед открытой дверью из стороны в сторону.
– Не суетись! – жестко бросила я. – Это раздражает.
Он тут же застыл и виновато пожал плечами.
– Ненавижу ждать.
Я фыркнула.
– И как ты еще не сошел с ума?
Он воззрился на меня в недоумении.
– Проклятие, – бросила я, перебирая пузырьки в надежде найти тот, что поможет принцу. – Ты ждешь много лет, пока кто-нибудь его разрушит.
– Ах да, – кивнул боггарт. – Это и впрямь лишило меня покоя. – Он бросил в мою сторону многозначительный взгляд. – Надеюсь, кто-нибудь это все-таки сделает.
– Если ты о том, что я убью эту мерзкую ведьму, то ты дьявольски прав! – отозвалась я.
– Да, – пробурчал он, избегая глядеть мне в глаза. – Об этом.
Отчего-то я ему не поверила. Но задумываться о странном поведении боггарта мне сейчас было некогда. Схватив склянку с надписью «От жара и боли», я срезала пучки лаванды и мяты, висевшие на балке под потолком, и поспешила назад.
Принц все так же мучился и стонал. Его волнистые черные волосы, пропитавшись по́том, прилипли к высокому лбу. Но кожа показалась мне на ощупь уже не такой раскаленной. Пикси постарались на славу.
Осторожно приподняв голову Брана, я влила в его приоткрытый рот целебный настой. Я могла бы приготовить свой собственный, но это бы заняло много времени. Оставалось надеяться, что корриган, изготовивший этот, действительно знал в настоях толк.
Следом я разложила подле головы фейри лаванду и мяту. Эти травы успокаивающе влияли на людей. Их действие на фейри было еще более сильным из-за особой связи фейри с природой.
Я внимательно следила за Браном, немигающе, как самая настоящая змея. И, когда лицо принца просветлело, а его дыхание выровнялось, я резко осознала, что сама забывала дышать, пока наблюдала за ним, и судорожно вздохнула. Теперь, когда принц безмятежно спал, можно было заняться его рукой.
– Смените воду, – велела я пикси. – Принесите новое полотенце, длинный лоскут ткани, чтобы перевязать его руку, и чистое постельное белье. – Я обернулась к Мору: – А ты, будь добр, позови Сайласа.
Лицо боггарта вытянулось от изумления. Он прекрасно знал, что гоблин меня на дух не переносил.
– Зачем? – недоуменно прищурился он.
– Затем, что твой хозяин лежит на мокрых от крови простынях, – пояснила я. – Их нужно заменить на новые. А я не думаю, что у меня, тебя или пикси хватит сил, чтобы его поднять.
Понимающе кивнув, дворецкий исчез за дверью. Я знала, звать гоблина было не лучшей идеей. Он невзлюбил меня с первого взгляда. Но я не буду трястись перед этим злобным существом, когда Бран лежит на кровати в таком состоянии!
Я убеждала себя, что принц мой союзник, я обязана ему помочь, в этом все дело, – пытаясь игнорировать тот факт, что всякий раз при взгляде на лицо Брана, его беспомощное тело и изуродованную руку мое сердце обливалось кровью.
Хлопнула дверь, и на пороге появились пикси. Без лишних слов я приняла у них тазик, лоскут и полотенце, присела на край кровати и принялась осторожно смывать с пальцев фейри кровь.
Без когтей его кисть казалась такой знакомой, совсем человеческой. Смыв кровь, я подождала, пока кожа высохнет, и только тогда забинтовала руку, как делала уже не раз, когда к нам в дом приходили жители деревни, пострадавшие в драке от чужих кулаков, от работы в поле с косой или от звериных когтей.
Бран так и не проснулся. Жар его спал, а суровая складка на лоб не вернулась. Дверь снова распахнулась. На пороге, свирепо сверкая черными глазами, застыл гоблин. «Какой же он огромный, – подумалось мне. – Как гора, ожившая волей темного колдовства».
– Сайлас, – твердо проговорила я, не позволяя ему разразиться очередной гневной тирадой. – Брану нужна твоя помощь. – Я нарочно сказала, что помощь нужна не мне, так как успела понять: каким бы противным ни был этот суровый гоблин, Брана он любил больше жизни.
Сайлас молча проследовал к кровати. При виде смертельно бледного лица хозяина он издал не то стон, не то рев и низко пробасил:
– Что нужно сделать?
– Просто возьми его на руки, чтобы мы перестелили постель.
Гоблин понятливо кивнул и осторожно, словно Бран был хрупкой вазой из горного хрусталя, поднял его и бережно прижал к широкой крепкой груди. Принц пошевелился, нахмурил брови, но не проснулся.
Переложив связки трав на комод, я живо сдернула с кровати окровавленную простынь, а пикси уже стелили новую, не дожидаясь моих наставлений. Гоблин тем временем покачивал Брана в могучих объятиях, как маленького ребенка.
– Можешь положить его, – проговорила я, тронутая этой сценой больше, чем ожидала.
Укрыв хозяина меховым черным одеялом, Сайлас неохотно отступил. Вновь разложив у изголовья Брана целебные травы, я наконец-то смогла облегченно вздохнуть. Оценив результат своих трудов, я не смогла сдержать улыбки. Целительница во мне была довольна. Теперь можно было немного передохну
́
ть.