Страница 52 из 76
Глава 26. Янина
— Господи, помоги! — взмолилась я.
Стоящий напротив Тихон деловито посмотрел на небо. Сложил губы трубочкой, словно
посвистывая, и ждал.
Я тоже чего-то ждала. Возможно, знака от высших сил. Чего угодно... Облачка в форме
фиги, каплю дождя, молнию, разящую слишком энергичного Колдуна...
Но ничего не произошло. Небо по-прежнему было ясным, облака — обычными, а дождя не
предвиделось. Очевидно, это знак, что я должна разобраться сама.
А я так устала в тот день с чем-то разбираться. Слишком он был насыщенный на события
и эмоции. И единственное, чего мне точно хотелось, — лечь в постель, закрыть глаза и
проснуться в мире, где у меня нет проблем. Где бывший муж не судится со мной из-за
дочери, школа уже открыта и процветает, мой кредит на нее погашен, а я просто
выспалась.
— Не помогает, — цокнул Тихон, разводя руками. — Просто у тебя есть я, вот он и
спокоен.
Элина прыснула, подумала и решила:
— Ма, я домой. А вы болтайте.
— Погоди, — вскинулась я, — как прошло занятие? Как ты справилась? Я все хочу знать!
— Это было круто, мам! — Дочь округлила глаза, даже ее щечки надулись от восхищения.
— Так круто, ты не представляешь! И тренер у нас крутой мужик, все так подробно
объяснял. Мы сегодня еще не катались, не разрешили, сказали, на следующем занятии
попробуем. А, и еще Ария такая классная... Я познакомилась с сестрой Тихона, —
пояснила Элина.
— Если кто обидит — смело обращайся к ней, Машка за своих кого хочешь под асфальт
укатает. С кем не справится — я добью, — пообещал Тихон.
— В общем, спасибо, мам! Что разрешила. И Тебе, Тихон, тоже спасибо, что маму помог
уговорить!
— Ты только аккуратнее там, если мать лишний неучтенный синяк на тебе найдет — не
сносить мне головы, казнит без права на помилование, — хмыкнул он. — Безопасность и
еще раз безопасность. И на бокс тоже запишись, удар у тебя хорошо поставлен, тренер
в восторге будет! Да и вообще, в жизни пригодится.
— Поняла. Ладно, я домой, есть хочу, — уведомила Элина, — а вы болтайте.
— Маму не теряй, она со мной, — напоследок крикнул ей Колдун.
Элина завела руку за спину и подняла большой палец, а я уточнила:
— Колдун, я собиралась отдыхать.
— Так я тебя напрягать не собирался.
— Тебя очень много в моей жизни.
— А будет еще больше! — радостно сообщил он. — Я классный парень, от меня одна
польза! Красивый, умный, начитанный, образованный...
— Скромный, — подсказала я, — азартный...
— И не злопамятный, в отличие от тебя. Но ревнивый. Кстати, как прошло занятие с
Коляном?
— Мы стали родственными душами. Так подружились, словно вместе ипотеку взяли.
— Ну и со мной породнишься так, словно мы тело второго ипотечника вместе прятали, —
не думая решил он, — это связь на всю жизнь, а ипотека на тридцать лет всего.
— Тебе не надо домой, выспаться? Завтра на работу...
— В караул послезавтра, сутки через три у меня. А тренировать я могу и невыспавшийся.
— Есть подозрение, что у тебя аншлаг из детей и их мам. Ты не имеешь право терять
реноме.
— И кто у меня его забрал? — деловито уточнил Колдун.
— Должность тренера? — предположила я.
— Так, кошка, я понял, ты не в настроении, устала, а я тебя утром против шерсти
погладил...
— Нет у меня шерсти!
— Ты жалуешься или хвастаешь? — Уточнил он со смешком.
— Я домой!
— Давай, — согласился он, перекатываясь с пятки на носок.
Не ожидая от него немедленного согласия, я подавилась следующей фразой, которую
хотела сказать. Неверяще осмотрела его с ног до головы, развернулась и медленно
побрела к подъезду.
И я не могла не признать, что почувствовала легкий укол разочарования в груди. И
почему-то сама себя сравнила с курицей, которая быстро бежала с мыслями «не догонят,
так хоть согреюсь».
Сюр какой-то!
Поднялась к себе на этаж и вспомнила, что не заперла квартиру, когда вылетала на
помощь дочери.
Но не успела поднять руку, чтобы постучать, как Колдун вероломно поднял меня на руки,
не обращая внимания на недовольное шипение, и потащил куда-то вверх по лестнице.
— Это похищение? — проворчала я, устраиваясь удобнее в его руках.
Колдун подкинул меня в воздухе, заставляя сердце биться чаще, а руки — сильнее обнять
его за шею. И выдал самую хитрую ухмылку.
— Это сюрприз. Сама сказала, что у нас проблемы с доверием. А его лучше всего
тренировать на крыше.
— Ты меня пугаешь, — призналась я.
— Сам себя боюсь, — согласился Колдун.
Мы поднялись на крышу, Тихон поставил меня на ноги и жестом фокусника указал на плед,
лежащий неподалеку. А поверх сложенного пледа стояла обычная плетеная корзинка.
— Пикник, — объявил он.
— Из всех волшебных парней в городе мне попался Карлсон с брандспойтом, — нервно
дернулась я.
— Дикий, но симпатишный, — согласился Колдун, расстилая плед, — прошу, красавица,
чувствуй себя как в сказке.
— Надеюсь, ты не приготовил мне роль Фрекен Бок?
— Нет, ты скорее Василиса Премудрая — так мне мозг перемудрила, я до сих пор извилины
развязать не могу, — подмигнул он. — Садись.
— Я пить ничего не буду, — предупредила я.
— Я сок взял, не переживай. Просто подумал, что, если поблизости нет ничего, что
можно продать, ты кому-нибудь меня по скидке толкнешь. А я не хочу. Хочу тебе
варенье носить с крыши и по чердакам с тобой лазать.
Я села на плед, вытянула ноги и оперлась на руки, глядя на закатное солнышко и
подставляя лицо ветру.
Тихон открыл корзинку, выудил из нее два пузатых фужера, наполнил яблочным соком и
один протянул мне со словами:
— Как аристократке.
— А ты романтик, — не удержалась я.
— Знаешь, я думал, что романтик во мне погиб еще при рождении, а оказалось, что он
просто хорошо прятался и ждал тебя.
— А вот болтун всю жизнь с тобой.
— Ну было и было, что теперь, будешь всю жизнь мне вспоминать о моем косяке? —
возмутился он.
— Всю жизнь? — хмыкнула я, приподняв бровь. — Думаю, что ты, как Карлсон, улетишь
раньше.
— Не дождешься! — покачал он головой.
— Ладно, давай честно и серьезно. Что ты хочешь? Переспать со мной, чтобы твое эго
успокоилось?
— И переспать тоже хочу, — не стал юлить он, — но с последствиями.