Страница 8 из 27
3
— Ты знаешь, — сделав паузу, заговорила Есения, глядя куда-то вперёд, словно в этот момент погружаясь в свои мысли, — обычно дети хорошие для чужих, стараются быть послушными, правильными. Ну, там в саду, в школе, а дома отрываются — ведь с родными можно, они поймут, простят. Но Даник не такой. Он очень добрый и нежный именно дома. И невероятно любопытный, — Есения улыбнулась, — задаёт миллион вопросов, на большую часть которых я даже не могу ответить, — она даже хихикнула.
— Например, какие? — Олег в это время внимательно наблюдал за Есенией и ловил каждое её слово.
— Ну, вчера он спрашивал, что за марка у твоей машины? Пробивает ли её пуля? С какой скоростью она может ехать? — Есения снова усмехнулась. — Ещё он, как любой мальчишка, не может сидеть на месте. Ему всё время куда-то нужно двигаться, а в школе он — первый хулиган в классе, — она развела руками и взглянула на мужчину. — Хотя при этом учится хорошо. Оценки им ещё не ставят, но уже сейчас видно, что учёба ему даётся легко. Он любит шоколадное мороженое и терпеть не может изюм. Выковыривает его из булок или кексов. А в этом году на Новый год он потребовал себе настоящий лук со стрелами, как у Робин Гуда. Но, получив игрушечный, сказал, что у Деда Мороза больше ничего просить не будет. Потому что он всё равно не приносит нормальные подарки. — Есения снова рассмеялась, тихо, по-настоящему.
Говорить о сыне она могла бесконечно долго; ей всё казалось важным и неважным одновременно, и она честно не знала, что будет интересно Олегу.
— А ещё он бывает жутко упрямый, если чего-то по-настоящему хочет… — в этот момент она посмотрела прямо в глаза Олега.
Олег намёк понял и широко улыбнулся. Ему было приятно слышать, что в сыне есть черты его характера. Есения же смотрела на мужчину и думала о том, что он совсем не изменился, разве что стал выглядеть солиднее. В нём уже не было той небрежности, которую она помнила. Он был безупречен — от начищенных туфель до белоснежной сорочки под идеально сидящим костюмом. Он был богат и тогда. Сейчас она даже не могла представить масштабы его богатства, и это её пугало.
— Ты чего? — кажется, её мысли как-то отразились на лице.
— Нет, ничего, — Есения взглянула на часы. — Мне нужно успеть за сыном.
Даров завёл мотор, и машина плавно двинулась с места. Возле школы Есения поспешила покинуть салон автомобиля. А Даров остался стоять на месте и ждать, когда она выйдет из школы с Даниилом.
Его сердце ускорило бег, когда они появились на крыльце. Он вышел из машины и прислонился к ней в ожидании. Они его не видели, о чём-то оживлённо беседовали, глядя друг на друга. А потом его заметил сын. Олег выпрямился. Есения посмотрела на него недовольно. Мальчик стал дёргать её за руку, уговаривая подойти и спросить про машину. Она натянуто улыбнулась, но найти довод, чтобы отказать, не смогла.
Олег прикусил нижнюю губу, когда понял, что Есения с сыном идут к нему. Заволновался, кажется, даже ладони вспотели.
— Привет, — поздоровался Даник, подойдя ближе. На мужчину он взглянул мельком — всё его внимание было приковано к машине. — Очень крутая тачка! — выдохнул он, делая шаг к мощному чёрному кузову, но не решаясь потрогать. — Она твоя?
— Да, моя, — Олег кивнул, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотилось где-то в горле.
— А что это за марка? Я знаю, «Мерседес» и «БМВ», а эта какая?
— Это «Лексус LX 570». Надёжный и сильный, нравиться? — улыбнулся Олег, ловя боковым зрении взволнованный взгляд Есении.
— Вау! — Даник наконец дотронулся до прохладного металла. — А она быстрая?
— Очень. Может уехать от любой погони.
— А от полицейской? — мальчик округлил глаза.
— Особенно от полицейской, — понизив голос, с лёгкой ухмылкой сказал Олег.
— Олег! — строго предупредила Есения.
— Шучу, — тут же парировал он, но в его глазах читалось озорство. — Конечно, я всегда соблюдаю правила. А то твоя мама меня арестует. — Даник хихикнул.
— Мама не арестует, она вредными детьми занимается, — объяснил он, и тут же переключился на новую тему.
— А её пуля пробьёт? — он посмотрел на лобовое стекло.
— Нет. Стёкла здесь очень крепкие. Специальные.
— Правда? А если из пулемёта? — не унимался мальчик, его фантазия уже разыгралась.
— Даник, хватит, — мягко остановила его Есения.
— Но ма-а-ам, я же просто спрашиваю! А можно посмотреть, что у неё внутри? Пожалуйста! Ну пожа-а-алуйста! — он уже подпрыгивал на месте от нетерпения, переведя умоляющий взгляд с матери на Олега.
Олег снова посмотрел на Есению — вопросительно, терпеливо.
— Ну что, начальник, разрешаешь? — тихо спросил он у Есении, давая ей последнее слово.
Та, сжав губы, через силу кивнула. «Всего на минуту».
Даник, не скрывая восторга, рванул к пассажирской двери.
— Осторожно, она тяжёлая, — предупредил Олег, подходя, чтобы помочь ему. Он открыл массивную дверь, а сам обошел машину и сел на место водителя.
— У-у-у-у-х! — вот всё, что смог выговорить Даник, заглянув в салон. — Здесь как в космическом корабле! Сколько тут кнопочек! А это большой экран? А можно включить? А что это за ручка?…
Олег терпеливо отвечал на каждый вопрос, его голос был спокоен и ровен, но внутри всё пело. Это был его сын. Его плоть и кровь. И он стоял рядом, упираясь ладошками в пассажирское сидение и с детской непосредственностью, засыпал его вопросами о его машине.
— А за руль можно? — тут же выпалил мальчик, и Олег, не сдержав улыбки, кивнул.
— Можно. Давай сюда. — Олег слегка отодвинул сиденье, давая ему больше места, и предлагая забраться мальчику к нему на колени. Тот ловко скинул небольшой рюкзак что все это время был у него за спиной, и перелез к Олегу на колени. Мальчик взорвался от восторга.
— У-у-у-х! — Даник замер на секунду, а затем осторожно, почти благоговейно, потрогал руль своими маленькими ручками. — Он такой… большой. И холодный. А эти кнопки — что они делают?
— Всё подряд, — усмехнулся Олег. — Вот эта, например, музыку включает.
— Включи! — тут же потребовал Даник.
Олег нажал кнопку. Салон наполнился глубоким, бархатным звуком джаза. Даник засмеялся.
— А это что? — он ткнул пальцем в селектор коробки передач.
— Это чтобы ехать вперёд, назад или стоять на месте.
— Поставь на «вперёд»! — скомандовал мальчик.
— Нельзя, — серьёзно, но мягко объяснил Олег. — Без мамы никуда не поедем. Правило.
Даник надул губки, но тут же отвлёкся на руль.
— А можно покрутить?