Пират. Война

Глава 11

Не став ничего выяснять сейчас, когда за мной наблюдали, быстрым шагом направилась к своей каюте. Руки почти физически жёг добытый у Крюка инфовизор, но я твёрдо решила сначала добраться до комнаты и действовать максимально разумно.

Когда вошла, Богомол тихо застрекотала, сонно заворочавшись на подушке. Но, поняв, что мне сейчас не до неё, снова улеглась и задремала. За эти дни мы успели найти общий язык, и теперь тренировки проходили намного сложнее. Маленькая хитрюга.

Подошла к столу и села, положив перед собой инфовизор. Несколько секунд просто сверлила его взглядом, затем откинулась на спинку стула и сложила руки на груди, пытаясь осмыслить всё, что повлечёт за собой следующий шаг.

Мысли путались.

Что предпринять?

Что делать, если догадка подтвердится?

Как поступить?

Выгнать Крюка?

Понять и простить?

Сообщить команде?

Что я увижу внутри?

Если матрос и поступил так, наведя на меня Уильяма, то точно не желал зла. Напротив, возникло стойкое ощущение, что им двигало что-то совсем другое. Ведь до этого подобных глупостей за ним замечено не было. Поэтому... Да что теперь? Встряхнула волосами и нахмурилась.

Нужно было лишь просмотреть записи, убедиться или опровергнуть свои подозрения, а потом лично спросить у Крюка, что же им двигало. Да. Наверное, так будет лучше всего. Но делать это нужно только на холодную голову. Злость и гнев сейчас совершенно не помогут.

Поднялась и, стараясь сдерживать внутреннее нетерпение, подошла к шкафчику, доставая лёгкую настойку. Она не была алкогольной — наоборот, помогала быстро собраться и сконцентрироваться, чтобы лучше соображать. Сейчас нужна именно холодная голова. Я должна была просмотреть всё, что Крюк делал в инфовизоре.

Сделала несколько небольших глотков и убрала бутылку обратно, возвращаясь за стол. Лишь когда в голове слегка зашумело, сменяясь, как по щелчку, освежающей волной, потянулась к предмету, способному раскрыть свои тайны.

Приступим…

Перед глазами открылись сотни ссылок, в каждую из которых предстояло зайти, разумеется, используя шифрование. Сейчас меня особенно интересовали контакты и диалоги, которые Крюк обязательно должен был вести с теми, кто ему помогал. Никогда никому на Свободном я не рассказывала о своём прошлом, особенно о личной жизни. Общие факты лишь указывали на мою историю, поэтому упор делала именно на этот поиск.

За работой я увлеклась и совершенно перестала следить за временем, методично просматривая запросы. Постепенно перед глазами вырисовывалась картинка того, как именно действовал Крюк. Схема была топорной, но по-своему интересной: лёгкие наводящие вопросы, намёки на общие знакомства, показная обеспокоенность — и собеседник сам раскрывал мои секреты…

Увидела всё, что было нужно, окончательно убедившись в своей догадке: Крюк обнаглел. Именно он был во всём виноват. Нашёл людей, которые знали меня, а они вывели, точнее, навели его на нужные контакты, с которыми он до последнего вёл активную переписку.

Не стала читать всё, просто посмотрела, о чём он переписывался, после чего на время выключила экран. Несколько секунд задумчиво смотрела на отражение своего лица в чёрном стекле, а потом закрыла глаза, облокачиваясь на спинку кресла.

Поступок Крюка воспринимался как предательство. Предательство не только моего доверия, но и всего Свободного. По глупости мужчина раскрыл наше текущее местоположение, влезая в не самые защищённые каналы, и тем самым позволил проследить маршрут корабля. Подхваченные инфовизором следилки удалось деактивировать, однако сказать, кто теперь может к нам наведаться, было невозможно.

Судя по тому, что до сих пор никто не появился, время ещё оставалось. Но сколько? Вот что действительно беспокоило.

Предчувствуя грядущие неприятности, медленно поднялась, взяла инфовизор и направилась прямо к Крюку. Вернувшиеся с прогулки матросы сейчас активно отсыпались, третья группа давно ушла, поэтому моего появления почти никто не заметил. За это стоило бы всех пожурить. Хотя часовые всё же были — заметила нескольких на своих постах и немного успокоилась.

Прежде чем решить, как поступить, хотела поговорить с Крюком лично. Нужно было понять, высаживать ли его на берег, оставляя на планете, или поступить иначе. После недолгих поисков нашла матроса сидящим в одиночестве возле ящиков с провизией. Он уткнулся в них взглядом, о чём-то напряжённо размышляя.

Сейчас мне было не до причин его состояния. Спокойным шагом направилась в сторону мужчины, не скрывая своего присутствия.

От звука чужих шагов Крюк вздрогнул и резко повернулся, заметив своего капитана. Видела, как он сразу всмотрелся в моё лицо, и, судя по мелькнувшим эмоциям, начал догадываться, зачем я здесь. Иначе с чего бы мужчине так побледнеть, едва заметив у меня в руках то, что доказывало его вину?

Когда до мужчины оставался последний шаг, остановилась и протянула инфовизор, который мгновением раньше открыла на последнем окне диалога. Крюк медленно поднял руку, забрал его и автоматически заглянул в переписку.

Секундная пауза.

— Расскажешь, что это такое?

Около двадцати, а то и больше секунд Крюк молчал, зависнув взглядом в одной точке. Потом медленно поднял глаза, в которых прочитала вину, лёгкую усталость и сожаление. Явно не торопится оправдываться.

— Ответишь? Или так и будешь молчать?

— Мне нет оправдания, капитан... Я виновен и честно это признаю, — голос звучал глухо и низко, словно мужчине было трудно говорить.

Значит, признался. Хорошо. Принимается. Но стоило пояснить, к чему привёл этот проступок. Взгляд чуть похолодел, хотя голос остался по-прежнему нейтральным.

— Мало того, что своим поступком ты раскрыл наше местоположение, подставив Свободный под удар тех, кто только и ждёт нашей ошибки, вдобавок к этому ты свёл меня с тем, кто мог стать для всех нас угрозой.

Как наяву вспомнила его поступки и слова о том, что он строил на меня планы и хотел посмотреть на корабль.

— В обществе моего бывшего я достаточно наслышалась о том, какие слова были ему сказаны... И, как прочла в инфовизоре, которым ты воспользовался несколько раз, написал их лично ты. Так хорошо умеешь читать мысли своего капитана? — приподняла бровь. — Может, претендуешь на звание старпома или квартирмейстера? Попросить их подвинуть для тебя местечко? Как думаешь?

Спрашивала достаточно спокойно, но взгляд выдавал совсем другое. Сейчас я не давила на матроса, лишь хотела понять, что им двигало... Самоуверенность? Попытка меня унизить? Или что-то иное? При каждом моём вопросе Крюк вздрагивал, словно каждый из них причинял ему мучительную боль, будто не он, а я сейчас доставляла ему адские муки.

— Ты сам хоть понимаешь, что такого понарассказал Уильяму, что он настолько зациклился на мне, решив покуситься на личное, присвоить себе и меня, и корабль? Безработным остаться захотелось? Желаешь остаться в Таллине? Так я легко могу это устроить. Чего же ты добивался, решив так поступить?

Только сейчас, привыкнув к темноте и присмотревшись, заметила синяки у него на шее, словно кто-то сильно его душил. Наконец Крюк, тяжело опираясь на руку, поднялся. Не торопила его, хотя хотелось поступить так же, как тот неизвестный: жёстко взять за шею и впечатать в стену.

— Моему поступку нет оправдания…

— Ты прав. Нет.

Шагнула вплотную и жёстко схватила его за воротник. Крюк вздрогнул, словно это причинило ему боль, но вырываться не стал, лишь замер.

— Что. Тобой. Двигало? — чётко и раздельно произнесла я.

— Я хотел помочь, — неожиданно выпалил Крюк, слегка зажмурившись.

Помочь?

— И вы, капитан, и Эхсан — мои друзья, которым я очень обязан, — голос звучал всё ещё глухо, но теперь с лёгкой хрипотцой. Я отпустила воротник, оставивший свежие следы на коже, чтобы мужчине было легче говорить. — Да, вы не ослышались. Я видел, что между вами происходило, как вы ссорились, как злился Эхсан. Видел, что всё это начинает мешать слаженной работе на корабле. Поэтому решил... Необдуманно, как теперь понимаю... помочь вам расстаться.