Страница 18 из 46
Либо я была немного предвзята сегодня, либо так оно и было.
Последние па — и девушки замирают, окружённые спадающими вокруг них тканями. Свет понемногу начинает гаснуть, погружая зал в приятный полумрак. Освещёнными остаются только Главы и центральное место. Музыка затихает, и девушки быстро возвращаются обратно.
На этом всё?
Как оказалось, да. Что заметно порадовало меня и расстроило остальных. Присевший во время танца вещатель приподнялся и продолжил свою речь:
— Надеюсь, вам понравилось выступление...
Со всех сторон донёсся одобрительный гул, и мужчины наверху улыбнулись.
— Раз так, мы рады торжественно объявить о начале Собрания! Да начнётся эра процветания и изобилия! Да начнётся Собрание!
Один за другим остальные Главы тоже поднялись и начали аплодировать.
В ответ люди внизу тоже поднялись и громко захлопали. Судя по лицам, происходящее пришлось им по душе. Не отрывая взгляда от толпы, тоже встала и начала аплодировать. Попутно подозвала одного из помощников, дежуривших по всему залу, и передала ему короткую записку.
— Передай на Свободный, — тихо приказала, но так, чтобы меня расслышали.
Мужчина кивнул, принимая поручение, и незаметно отдалился. Я вновь обернулась к сцене. Теперь оставалось дождаться своей очереди, чтобы вовремя вынести подарок. Главы наверху затихли и опустились на свои места, возвращая залу тишину. Следом за ними сели и остальные.
Вещатель поднялся и улыбнулся.
— По традиции мы начинаем Собрание с самого конца, с сорок седьмого капитана. Прошу вас. Представьтесь.
Немного неуверенно, как и полагается новенькому, с места поднялся сорок седьмой номер и направился к центральной площадке, поглядывая вверх, на Глав.
— Меня зовут Роган, — мужчина поклонился, и я поняла, что раньше его не видела. — Капитан «Гордого». Я весьма рад присутствовать здесь среди таких уважаемых людей, Глав и капитанов...
С каждой фразой мужчина чувствовал себя всё увереннее и вскоре перешёл к дарам. Следом один за другим потянулись остальные: выходили, представлялись, расточали комплименты и похвалы, постепенно приближая нашу очередь.
В целом зрелище было довольно увлекательным. По подаркам и тому, какой смысл в них вкладывали, вполне можно было судить о характерах самих дарителей. Подарки были самыми разными, кто-то просто ограничивался словами благодарности или стихами, и нельзя было сказать, насколько Главам нравились все подношения. Они каждый раз благосклонно кивали и в конце каждого выступления благодарили говорившего.
Минут через двадцать пять рядом оказался знакомый помощник и протянул мне записку. Тихо поблагодарила его, быстро прочла слова: «Груз доставлен», сложила бумагу и убрала в карман. Значит, всё в порядке. Иначе в конце оставили бы приписку.
— Ждут? — тихо спросил Эхсан.
Согласно кивнула.
— Сейчас пойдёшь?
Бросила короткий взгляд на укрытую тканью статую.
— Хочу дождаться нашего Хоронога. Любопытство всё-таки сильнее.
Эхсан понимающе скривил губы, прислушиваясь к словам, доносившимся до каждого — акустика здесь была невероятная.
— Это ожерелье из семи кристаллов станет несравненным украшением любого из вас. Прошу, примите его...
Немного подалась вперёд, желая рассмотреть кристаллы, но всё, что успела заметить, — золотистый отблеск на одной из граней. Потому не могла сказать точно, что это были за кристаллы и насколько они редки. Глава, которому передали дар, несколько долгих секунд изучал подарок, после чего перевёл взгляд на дарителя и благодарно кивнул.
— Капитан, вы весьма порадовали нас своим подарком, потому... Мы одобряем ваше прошение и разрешаем провести показательную казнь над теми, кто посмел вас оскорбить...
Не знала, в чём именно заключалось прошение, но в ответ на слова Глав мужчина заметно просиял и несколько раз глубоко поклонился, благодаря за оказанную милость.
Следующим шёл Хороног.
Ну наконец-то.
Приготовилась к представлению.
— Господа и дамы, Главы, — торжественно начал Хороног, — это особенный день для всех нас. Огромная честь находиться сегодня в вашем присутствии и иметь возможность лично выразить вам своё почтение.
Ну просто лесть на лести.
Лесть лилась рекой. Едва не скривилась, чувствуя несварение от такой приправы. Однако Главам сказанное понравилось — они одобрительно кивали, соглашаясь со словами Хоронога. Хотя некоторым капитанам, как заметила, эта речь пришлась не по вкусу, но они постарались это скрыть. Воля Глав стояла выше всего, и столь открытая неприязнь могла им не понравиться.
— Сегодня я приготовил для вас особый дар. Несколько долгих месяцев над ним трудился талантливый художник и скульптор, которого мне посчастливилось найти на одной из планет. Верю, что наравне с этим прекрасным местом, где мы сегодня собрались, вы по достоинству оцените это произведение искусства. В него вложены смысл, мастерство и искреннее уважение к тем, кому оно посвящено.
Главы, очарованные выступлением, слегка подались вперёд.
В это время его помощники дружно потащили на середину сцены приготовленную для подношения скульптуру. Хороног дождался, пока они отойдут в сторону, приосанился и гордо окинул всех нас взглядом. После чего дёрнул за ткань, отбрасывая её в сторону.
— Скульптура называется «Единство» — в честь нашего единения.
Первое, на что обратила внимание, — выбитое лицо Хоронога на самой скульптуре (всё же слова Эхсана оказались пророческими). А вот дальше чего-то знакомого творилось что-то невероятное: смешение каких-то кусков, силуэты, непонятные лица, части тел. Словно кто-то собрал всё воедино, прожевал и выплюнул.
И за это кто-то ещё заплатил деньги.
Главы, которые поначалу с полным одобрением взирали на происходящее, по мере осмотра подарка всё чаще переглядывались между собой. Теперь они смотрели на Хоронога со странным, исследовательским интересом, пытаясь понять, действительно ли он решил преподнести это Главам или же это тонкая издёвка.
Но Хороног не замечал перемены в настроении окружающих и продолжал вещать, расхваливая свой дар, и постепенно Главы поняли: таки да, всё это предназначалось им. Когда в речи дарителя наконец появилась желанная пауза, Глава сделал знак, чтобы скульптуру унесли, и быстро заговорил, заметив, что мужчина уже набирает воздух для продолжения выступления.
Как мне показалось, «творение» уносили с явным облегчением, боязливо поглядывая наверх и сочувственно — на дарителя, не ожидая для него ничего хорошего. Но, на удивление, Главы оказались весьма тактичными.
— Мы весьма благодарны вам за ваши... старания. И за возможность... лицезреть... данное искусство, — старательно подбирая слова, произнёс вещатель.
Это выглядело так уморительно, что я едва не улыбнулась, но всё же сумела сдержаться. Ещё заметят такую весёлую меня и решат отыграться. Оно мне надо?
— Под стать этому городу! — всё же выпалил мужчина, не желая останавливаться. — И вам, Главы!
До невозможности гордый Хороног улыбнулся ещё шире, наслаждаясь всеобщим вниманием.
— Да-да, под стать… — быстро закивал Глава, подавая знак, что двадцатый может уже идти, словно опасаясь что у Хоронога припасено ещё что-то из подобных «даров». — Благодарим вас за выступление, присаживайтесь. Следующий...
Хороног немного приуныл, очевидно ожидая не менее важного ответного подарка. Даже осмотрелся по сторонам, словно надеялся, что сейчас к нему вынесут шкатулку или что-нибудь посерьёзнее. Не дождался и, поняв, что задерживает других, медленно отошёл в сторону, возвращаясь на место.
Рядом тихо хмыкнул Лысый, явно «оценив» статую.
— Вы заметили, что там была голая баба? — чуть громче, чем следовало, произнёс матрос.