Страница 43 из 74
Глава 8. Не ее муж
Глава 8. Не ее муж
На следующее утро завтрак оказался сложнее любой зеркальной схемы.
Я вошла в малую столовую в половине девятого. Дарен уже сидел за столом, просматривая письмо.
— Доброе утро.
— Доброе.
Сера поставила передо мной кофе. Сначала посмотрела на меня, потом на Дарена — и промолчала.
Это молчание насторожило сильнее, чем любая улыбка.
Я взяла чашку. Дарен снова склонился над письмом. Я уставилась на хлеб, масло, кувшин со сливками — на все, что угодно, лишь бы не смотреть на него.
Вчера я сама подошла к мужу. Сама коснулась его лица. Сама поцеловала.
Потом вернулась в спальню и несколько минут простояла перед зеркалом, пытаясь понять, почему улыбаюсь.
Никакой Эвелины. Никакой магии.
Просто мне понравилось целовать собственного мужа. Сильнее, чем я готова была признать.
Сегодня он сидел напротив, и на его нижней губе темнела маленькая точка. Я сразу вспомнила, откуда она взялась: вчера задела ее зубами.
От этой мысли стало жарко.
Я отпила кофе.
— Горячий? — спросил Дарен.
— Нормальный.
— Вы покраснели.
— Я пью кофе.
— Он не настолько горячий.
Я подняла глаза. Дарен выглядел невозмутимым, но золотое кольцо вокруг зрачков стало заметнее.
— Вы специально?
— Что именно?
— Ничего.
— Удобный ответ.
— Учусь у вас.
Сера принесла булочки.
— Госпожа Роуэн, добавить джема?
— Да, пожалуйста.
— Лорду Роуэну?
— Нет, спасибо.
Она поставила баночку между нами и вышла. Я почти не сомневалась, что за дверью она улыбается.
— Сера знает? — спросила я.
Дарен поднял брови.
— О чем?
— Вы прекрасно понимаете.
— Если вы спрашиваете, рассказывал ли я управляющей домом, что жена вчера меня поцеловала, то нет.
— Хорошо.
— Хотя мне нравится, что вы допускаете такую возможность.
— Я ничего не допускаю.
— Конечно.
Я намазала булочку джемом и только после первого укуса поняла, что переборщила.
Дарен смотрел на нее.
— Не говорите.
— Я молчу.
— Ваше лицо говорит достаточно.
— Что именно?
— Что джема слишком много.
Я посмотрела на булочку, потом на него.
— Вы невозможны.
— Вы вышли за меня добровольно.
— Через несколько месяцев все еще могу передумать.
— Помню.
Он сказал это спокойно, и неловкость немного отступила.
Вчерашний поцелуй ничего не отменял. Не превращал договорной брак в клятву и не создавал обязательств. Мы сделали шаг — всего один. Сегодня каждый по-прежнему мог решить, куда идти дальше.
Я допила кофе.
— Какие планы на день?
Дарен сложил письмо.
— Есть предложение.
— Уже подозрительно.
— День без зеркал.
Я замерла.
— В каком смысле?
— В прямом. Никакого архива, западного крыла, Варра и схем Эвелины.
— А что тогда?
— Поедем со мной.
— Куда?
— На север.
— Очень подробный маршрут.
— Около двух часов верхом. В карете — немного дольше.
— Что там?
— Мои земли.
— Неожиданно для северного направления.
Дарен посмотрел на меня.
— Вы сегодня особенно добры.
— Я еще не закончила кофе.
— Тогда подожду.
Я улыбнулась.
— Зачем вы хотите меня туда отвезти?
Он ответил не сразу.
— За все дни нашего брака мы почти не оставались вдвоем без Эвелины.
Слова попали точно.
— Вчера оставались.
— В библиотеке лежали ее схемы.
— Верно.
— Я хочу провести с вами день, который не будет с ней связан.
Я посмотрела на него.
— Это свидание?
Дарен задумался с такой серьезностью, будто решал вопрос государственной важности.
— Не уверен, что умею приглашать на свидания.
— Очень обнадеживает.
— Могу назвать это осмотром северных земель.
— Звучит еще хуже.
— Тогда прогулка.
— На два часа в одну сторону?
— Длинная прогулка.
Я опустила взгляд на чашку. Мне хотелось согласиться сразу, поэтому я начала с проверок:
— Зеркало точно останется отключенным?
— Да.
— В западное крыло никто не войдет?
— Без нас — нет.
— Печать устанавливать не будут?
— Нет.
— И никаких внезапных специалистов?
— Отменю даже тех, кого еще не успел пригласить.
— Предусмотрительно.
— Это согласие?
Я посмотрела на него.
— Да.
Дарен улыбнулся, и я снова подумала, что хочу видеть эту улыбку чаще.
Через час мы выехали.
Карета была теплой, но минут через двадцать я поняла, почему Дарен предлагал лошадей: дорога становилась хуже с каждой милей.
После особенно глубокой ямы меня бросило к стенке.
— Вы специально выбрали маршрут, где меня будут швырять из угла в угол?
Дарен придержал меня за локоть и сразу отпустил.
— Хотите пересесть на лошадь?
Я посмотрела в окно. Снег по обеим сторонам дороги местами доходил почти до колен.
— Нет.
— Тогда придется терпеть.
— Можно было предупредить.
— Я предупреждал.
— Вы сказали, что верхом быстрее.
— На севере это и означает, что дорога плохая.
— Прекрасно. Добавлю в словарь.
Дарен рассмеялся.
За городом пейзаж изменился. Лес подступал ближе, между деревьями виднелись каменные стены хозяйств, занесенные снегом поля и редкие дома.
Дарен рассказывал о своих землях без всякого пафоса: где выращивают зерно, какой мост весной придется перестроить, почему жители одной деревни уже два года переносят склады подальше от реки.
Я слушала и иногда задавала вопросы.
В какой-то момент поймала себя на том, что жду упоминания Эвелины. Но его не было. Не потому, что Дарен избегал ее имени. Просто сегодняшний день не требовал его.
Здесь он был не вдовцом и не мужчиной из чужого воспоминания. Он был владельцем земель, который знал, почему на одной дороге каждую весну размокает грунт и почему старый мельник отказывается менять колесо, хотя оно давно просится на замену.
— Вы действительно знаете всех этих людей? — спросила я.
— Не всех.
— Но половину называете по именам.
— Я здесь вырос.
— В самом Роуэне?
— В основном.
— А зеленая спальня?
Вопрос вырвался сам. Дарен повернул голову, и я сразу пожалела.
Не потому, что не имела права спрашивать. Просто мы договорились провести день без Эвелины.