Страница 8 из 71
— Что это за дерево? — шёпотом спросил я у Кан Эка.
— Саподилла, Барра-Юм. На языке моих предков «сикте». Но люди называют его «чикле». Этот белый сок — кровь дерева. Люди собирают его уже много веков.
— Для чего?
— Мой дед говорил, что древние майя жевали эту смолу, когда строили свои великие города. Она помогала не думать о голоде и сохранять ясный ум, когда тело уставало. Жрецы жевали её перед долгими ритуалами, чтобы не терять силы. Но главное, она чистит зубы и убивает всё нечистое во рту, — добавил Кан Эк. — Попробуй, Барра-Юм.
Он протянул мне небольшой кусочек застывшей сероватой массы, напоминавшей потрёпанный жизнью резиновый мячик. Он был упругим и слегка сладковатым на вкус. Я отправил «жвачку» в рот. Сначала она показалась безвкусной, но через минуту от неё стало исходить тонкое, едва уловимое мятное послевкусие. Неожиданно приятно.
Кан Эк понимающе усмехнулся, а затем продолжил.
— Этот человек, которого ты видишь на дереве, «чиклеро». Те, кто собирает сок, живут в джунглях месяцами. Они делают надрезы, ждут, пока белый сок стечёт в мешки, а потом варят его в больших котлах, пока он не загустеет. Затем его формуют в кирпичи и продают. Говорят, сейчас этот товар стали покупать американцы, чтобы делать какую-то диковинную жвачку.
Я слушал его, и мысли мои работали лихорадочно. Американцы покупают чикле. Значит, они уже зарабатывают на жвачке. Я оглядел дерево, покрытое белыми разводами. Сок, вытекающий из надреза, напоминал молоко и на самом деле являлся млечным соком этого дерева, и обладал тонизирующим действием. Я вспомнил слова старика о том, что «боги не любят огнестрела». И этот «кровоточащий» ствол вдруг показался мне похожим на символ жизни, который можно обратить в золото.
Я вдруг понял, из чего начали делать знаменитые жевательные резинки: вот она основа всего, или вернее, первооснова жвачки. Чикле! Чикле, жвачка, вот это и есть настоящая бизнес-идея. Жвачка, пока ещё не слишком распространённая, но её уже знают, уже покупают, уже налажено производство и закупки.
Сок саподиллы — это чикле, основа, из которой американские компании начнут делать коммерческую жевательную резинку. Я понял, что, если наладить её поставки, то можно заработать огромные деньги и получить влияние на всё.
— Это наши индейцы, ишканхи?
— Нет, Барра-Юм, но они из союзного нам племени.
— Понятно, тогда уходим, не трогаем их.
Кан Эк кивнул, и мы, так и не обнаружив себя, исчезли в сельве.
Я сидел у костра, перекатывая во рту упругую массу чикле, что презентовал мне Кан Эк, и мысли мои потекли совсем в иную сторону, чем золото и драгоценности, набитые в мешки. Золотые и серебряные рудники, драгоценные камни, артефакты эпохи майя — их ресурс конечен, добыча труднодоступна и опасна. Рано или поздно они иссякнут, а копи разрушатся. А здесь — бери и выращивай. Саподилла не капризна, она растёт в сельве, не требует особого ухода. Сок можно собирать годами, десятилетиями. Добавить сахар, мяту, немного ароматических масел, и вуаля! На выходе жевательная резинка, о которой в Европе ещё слыхом не слыхивали.
Я вспомнил те далёкие дни из прошлой жизни, когда жевательная резинка была повсюду: от прилавков Нью-Йорка до ларьков в российских городах. И все слоганы мне давно известны: «Свежее дыхание облегчает понимание!», «Почувствуй запах и вкус!», «Блестящий вкус — ослепительная белизна зубов!», ну и так далее. Пока здесь, в 1887 году, ещё никто не знает этого слова. Американцы только начинают экспериментировать с соком чикле. Настоящего бума пока нет.
Это шанс.
Я понял, что если наладить поставки чикле из сельвы в крупные города, в Мехико, в Нью-Йорк, даже в Россию, то можно заработать огромные деньги и получить влияние, о котором я не мог и мечтать. Что там золотые и серебряные рудники? Что там драгоценные камни?
Их ресурс конечен и труднодоступен. А здесь — бери, выращивай, расширяй плантации, договаривайся с ишканхи, с другими племенами, с плантаторами, которым плевать на хенекен. Можно создать новую отрасль. И тогда я стану не просто асьендадос, не просто командиром вольного отряда, а настоящим капитаном индустрии. Да каким, на хрен, капитанам, я стану настоящим генералом индустрии! Генерал чикле! Гм, нет, хрень какая-то, лучше быть генералом Карамбой, чем чикле, но идея хороша…
К тому же, в России о жевательной резинке в это время не знают вообще. Целая империя, где каждый городской обыватель, каждая дама и даже кавалеры с радостью примут столь весомый и нужный продукт в ежедневное использование. Свежее дыхание — это не только гигиена, это ещё и мода, и статус. А уж я знаю, как это можно продать.
Я отложил застывший комочек чикле и посмотрел на тлеющие угли. Мысли роились, обгоняя друг друга.
— Кан Эк, — позвал я. — Саподилла — она только здесь растёт?
— Нет, Барра-Юм, — ответил он, выходя из темноты. — Она везде в сельве. Но самый лучший сок у старых деревьев, тех, которым много лет.
— А если посадить новые?
Кан Эк задумался.
— Можно. Они растут не быстро, но лет через десять дадут сок. А собирать его можно почти круглый год.
Десять лет. Целых десять лет. В другой жизни я бы сказал, что это слишком долго. Но теперь я понимал: настоящее дело строится на годы вперёд. И если я начну сейчас, то через десять лет, когда война закончится и страна успокоится, я могу владеть тем, что никто не отнимет. Правда, потом случится гражданская война, но и здесь я смогу выкрутиться, если всё организую правильно.
— Мы вернёмся к этому разговору, — сказал я. — А пока отдыхай.
Кан Эк кивнул и исчез в темноте. Я же ещё долго сидел у костра, глядя на звёзды и перебирая в уме слоганы, планы и название для новой жвачки. А ещё нужно создать различные вкусы, например: мята, клубника, корица, кофе, какао, ммм, сбитень, мёд. Почему нет⁈ Всё это можно сделать здесь, из того, что даёт земля. М-да…