Страница 8 из 13
И тут память предательски открывает мне события вчерашнего дня. Неудачная акция протеста, затем Марат… наша перепалка, его уход и мои попытки вскрыть его замок.
Стоп! Почему я в одних трусах? Опускаю взгляд и вижу свою футболку (вернее, не свою, а Марата) на полу. Стекаю с постели, быстро натягиваю. Меня начинает трясти.
Это явно его спальня! Я прям чувствую!
Она пугает своей идеальной, бездушной роскошью. Всё тут такое же холодное и властное, как он сам.
Никого уюта, только огромный массивный траходром, в смысле кровать с дорогим бельем. Давящие черные стены.
Сердце испуганно стучит о ребра, когда я вдыхаю этот воздух: он буквально пропитан можжевельником.
Настоящая берлога хищника, в которой я чувствую себя абсолютно беспомощной жертвой.
Почему я здесь?! Трясу головой, пытаясь вспомнить то, что случилось ночью, как я тут оказалась. Но ничего не помню!
Помню лишь кошмары, в которых мою сестру раз за разом у меня забирают.
И тут со стороны кухни раздается звон посуды.
Я широким шагом иду туда, намереваясь выяснить, что этот мужик посмел сделать со мной ночью и зачем притащил в свою кровать!
Замираю у двери. Вся моя решимость куда-то испаряется. Топчусь на пороге, не в силах шаг сделать. Давай, Ая, не ты тут виновата!
— Так и будешь на пороге стоять? — раздается низкий голос, я аж подпрыгиваю на месте.
Внутри закипает ярость. Делаю шаг, складываю руки на груди.
На кухне играет тихая музыка. Марат мирно нарезает зеленый лук.
— Как я оказалась в твоей спальне? — рычу. — Что тебе нужно от меня? Ты извращенец?
Он даже не оборачивается. Мастерски шинкует зелень, словно шеф-повар. Спокойный какой! Я бешусь еще сильнее.
— Для начала прикрой рот, Ая. Сквозняк поднимется, — говорит равнодушно, аккуратно смахивая лук ножом в миску с омлетом. — Во-вторых, «извращенец» сейчас стоит у плиты и готовит завтрак на двоих. А в-третьих, если бы мне от тебя что-то было нужно, ты бы сейчас не психовала, а сладко спала.
— Да как ты смеешь?! — от гнева я аж горю вся. Делаю шаг к нему. — Я проснулась почти голая в твоей постели! Ты воспользовался тем, что я была без сознания, притащил меня к себе и… и…
Меня душит возмущение.
— И что? — Марат разворачивается. Опирается ягодицами на столешницу. В его взгляде пляшут черти. Весело ему?!
Взгляд невольно соскальзывает вниз.
Широченные плечи, узкая талия, прокачанный пресс. Для старика он очень даже неплохо выглядит.
Еще и штаны напялил, которые все это вот подчеркивают! Будто один живет! Ррр! Бесит!
И смотрит на меня, как на шумного воробья. Презрительно, свысока. Ни капли вины в глазах!
— Ну, что замолчала? Договаривай, Ая, — подначивает меня. — Что я сделал? Рассмотрел твои трусы с уточками? Извини, не впечатлился. Ты явно преувеличиваешь масштаб катастрофы.
Улыбается Марат. Это распаляет меня еще сильнее.
— Да как ты… как… совсем, что ли?! — рявкаю. Щеки помимо воли заливает густой румянец. — Ты скотина, Марат! Я знаю! Ты специально это сделал, чтобы меня унизить? Показать свою власть?! Только вот ничего у тебя не выйдет!
— Я сделал это, чтобы ты не замерзла, — устало вздыхает, словно это я его тут утомляю. — Посреди ночи приползла в мою спальню, устроила стриптиз, стянув с себя футболку. Сама залезла ко мне под одеяло, Ая! Прижималась так, будто я твой единственный спасательный круг. Мне нужно было выкинуть тебя на пол?
Что?! От удивления открываю рот. Из легких вышибает весь воздух. Молчу, лишь беспомощно хлопая ресницами.
Я… не помню…
А вдруг это правда? Вся сжимаюсь, чувствуя, как горький стыд подбирается к горлу. Вдруг в полусне, спасаясь от кошмаров про сестру, я сама… к нему?!
Краска заливает меня от пяток до макушки. Я готова сквозь землю провалиться…
— Что, язык прикусила? — Марат возвращается к плите, доставая сковородку. Он заливает туда омлет из миски. — Садись есть, бунтарка. Нам надо обсудить, как уживаться будем.
Я покорно сажусь на высокий барный стул. Закрываю лицо руками.
Неужели я сама пришла к нему, чуть ли не предложила себя? А он… не взял.
И это обезоруживает. Вся моя агрессия и гнев испаряются, оставляя лишь вкус горечи на языке.
— Завтрак готов, Ая, — Марат ставит передо мной тарелку. Пахнет потрясающе! Но…
— Я не голодна, спасибо, — отодвигаю, сжимаясь.
УРРР!
Живот скручивает от голода. Но принципы важнее. Я не позволю купить меня едой!
— Твой желудок считает иначе, — равнодушно произносит Марат, затем садится и принимается за еду.
— О чем ты хочешь поговорить? — бормочу.
— Я простил твои вчерашние выходки. Ты напугана, потеряна, я понимаю…
Да черта с два! Но я поджимаю губы и молча слушаю.
— Нам нужно установить правила. Первое: усвой, что завтрак — самый важный прием пищи, — Марат двигает ко мне тарелку. Я игнорирую.
— Что еще?
— Для начала нам нужно познакомиться нормально. То, что случилось вчера… — он замолкает, обдумывая мысль, — это неправильно.
— Согласна. Не нужно было тащить меня в свою берлогу и запирать здесь!
Марат хищно прищуривается. Вижу, что его злит моя реакция. Ну а что он хотел? Я здесь не по своей воле!
Его взгляд темнеет. Возникает ощущение, что над моей головой нависает грозовая туча. Аура этого мужика сильно давит, вынуждая меня слегка отодвинуться.
— Значит, знакомства нормального не будет. Ладно, — он кладет вилку, встает и выходит с кухни. Эээ… и что теперь?
Возвращается спустя минуту. Несет в руках увесистую папку. Швыряет ее передо мной.
— Что это? — исподлобья смотрю на своего тюремщика.
— Контракт. Раз по-хорошему ты не хочешь, будет по-плохому.
Сжимаю руки в кулаки.
— Я ничего не буду подписывать!
— Будешь, Ая. Еще как будешь, — недобро усмехается Марат, затем встает совсем рядом. Я чувствую жар его тела. Всевышний! За что мне это всё?!
— Не буду… — шепчу хрипло.
— Будешь, — его губы совсем рядом с моим ухом. Мужское дыхание на шее пускает мурашки, а запах можжевельника слегка дурманит, — иначе вернешься прямиком в СИЗО. И там тебе уже никто не поможет.
Глава 9. Правила подполковника
Марат
Ая испуганным зверьком смотрит на папку с контрактом. Затем переводит взгляд на меня.
— Я не…