Страница 32 из 118
Сашка словно отыгрывался на ней за все те годы, что они жили порознь. Она в родительской квартире, а он в бабушкиной. Возможно, этот факт тоже сыграл свою роль в ухудшении их и без того натянутых отношений. Сашка мечтал жить в родительской трешке в центре, а Лиля хотела жить с бабулей в двушке на окраине. Утопающий в зелени Комсомольский микрорайон был ей ближе, чем шумный центр, а прогулка вдоль Карасунских озер была неизменной утренней традицией. Но бабушка решила иначе. Она сказала, что Лиля будет жить в квартире родителей, потому что оттуда ближе до университета, хотя ближе было от бабушкиной квартиры. А Сашка, который в то время учился в школе, был вынужден смириться с тем, что остается жить с бабушкой.
Бабушкой Гортензией, как думала Лиля, двигала логика. Она, видимо, считала, что внучка в беду не попадет, в отличие от внука, потому оставила его возле себя, желая уберечь от дурной компании. А в итоге ее старания оказались напрасными, и повлияли лишь на то, что Сашка стал еще хуже относиться к Лиле, которой «вечно доставалось все самое лучшее». Не поменял он свое отношении и после того, как Лиля сделала все для того, чтобы помочь разобраться с его долгами. А все потому, что он считал это обязательством сестрички, которая вечно каталась как сыр в масле и заполучила не только трешку, но и особняк.
Именно особняк стал камнем преткновения, о котором не догадывалась Лиля. Квартиру в центре Сашка ей простил, но особняк не мог. Его, продолжателя рода и фамилии, прокатили, а сестрицу снова умаслили. Сашка не понимал, чем руководствовалась перед смертью бабка Гортензия, но собирался исправить ее тупое решение.
Он придумал идеальный план — соврать сестре, что проигрался в карты, а долг настолько велик, что придется продать особняк. Лиля бы согласилась, ведь продажа квартир не перекрывала бы пятьдесят миллионов. А его новые друзья, которые пришли бы подставными покупателями, вместо настоящих, выкупили бы особняк за бесценок, миллионов за семьдесят. Этой суммы хватило бы на уплату «долга» и на бабские радости Лильке бы еще двадцатка осталась. Совсем без денег Сашка не собирался оставлять сестру, он не такой урод, как она. Потом с подписанными сестрой бумажками он отправился бы к настоящим покупателям, которые забрали бы особняк за реальную стоимость. Исторический особняк, расположенный в ста метрах от памятника Екатерине Второй, оценивался минимум в триста пятьдесят миллионов рублей. Даже их вполне хватало на хорошую жизнь. Тем более парням за помощь Сашка планировал заплатить по двадцать миллионов, а не слишком внимательному нотариусу еще десять. Вот и вся схема, в результате которой у него оставалось минимум двести восемьдесят миллионов рублей.
Сашка уже представлял, как живет себе припеваючи, но не в Краснодаре, а на Кипре или в Турции, где квартиры стоили, как в том же Сочи. Он планировал вложить в недвижимость часть денег и хотел купить не огромный особняк, а двухкомнатную квартиру в приличном доме с бассейном, недалеко от моря. А на большую сумму купить акций, облигации и крипты, чтобы жить на дивиденды и больше никогда не работать. План был отличный и, как казалось Сашке, очень мудрый, ведь он не собирался спускать все бабки на развлечения. Лучше жить поскромнее и не работать всю жизнь, чем год ни в чем себе не отказывать, тратя деньги на право и налево, а потом сидеть в нищете.
Сашка нашел отличных покупателей, которых не смущала его схема, но сестрица в очередной раз все испоганила. Она сказала, что ни в коем случае не станет продавать особняк, который с таким трудом сохранила их семья. Лиля вопила, что в этом доме десятки лет жили их предки, потому они не имеют права потерять его. Лучше почку продать, чем фамильный особняк, и она обязательно придумает, как найти недостающие миллионы.
И придумала же. Квартиры их продала, перетащила жить на чердак, рассрочку долга выбила, еще и устроила гадания под личиной мадам Ли. Ясное дело, что она бы в жизни до всего этого не додумалась, если бы не Марго и Витаха. Из-за последнего Сашке и пришлось импровизировать: продать квартиру, перебраться на чердак и рассказать подробно о тех, кому он «якобы» денег должен. Он пугал сестру тем, что парни, которым он задолжал, отморозки и обещали его с Лилей убить, а особняк сжечь, если они денег не вернут. Но Лиля взяла и пожаловалась Витахе, а тот потребовал организовать ему встречу с бандитами. И мало того, что «рассрочку» оформил, так еще и долг уменьшил на десять миллионов. Заодно рассказал парням, что у него остались друзья в органах и если что-то пойдет не так или с Лилей и самим Сашкой что-то случится, то поедут ребята по этапу.
Сашка понимал, что Витаха мог и заяву накатать, и весь долг скостить, но пошел на поводу у Лили, просящей не вмешивать в это дело полицию. Но пообещал, что точно их посадит, если они не угомонятся после выплаты долга. Еще и сам, втайне от Лильки, деньги вносил, уменьшая даже не ее долг. Так что Виталик вместе с сестричкой не только испортили Сашкин идеальный план, но и подпортили ему жизнь, увеличив долю парней до пятидесяти миллионов каждому. Еще и заставили искать новые варианты, которые вынудят сестру избавиться от их «родового гнезда» как можно скорее. Варианты у Сашки кончались, как и терпение у его подельников, обещавших в случае провала поставить егона счетчик и обязать выплатить те сто мультов, которые они потеряли из-за того, что он идиот.
Но Лиля ничего этого не знала. Она искренне верила в то, что брату грозит опасность, как и их особняку, потому делала все, чтобы поскорее выплатить долг. И в мадам Ли рядилась, и на картах Таро гадала, и магазинчик эзотерический открыла, и на «Форуме Осознанности» выступила. Даже с Лукой подружилась, чтобы совместный тренинг сделать. А брат ничего не оценил и продолжал принижать ее, как и сегодня.