Страница 15 из 20
Исламов тоже был частью команды Жантиева. И ушел вместе со мной, когда мы попали в ловушку, расставленную нашим же боссом. До сих пор чувствую привкус крови. Помню, как пришлось отбиваться кинжалом, получив этот шрам.
Иначе бы я здесь сейчас не стоял.
— Что именно нужно сделать? — Саид отвлекает меня от мрачных мыслей.
Он внимательно рассматривает тела, накрытые белыми простынями.
— Три мешка мусора. Нужно сделать так, чтобы их не искали. По крайней мере, быстро не нашли. Все должно указывать на то, что ликвидировали их не здесь.
— Что в тачке? Есть какая-нибудь карта или…
— Мобильный телефон, по которому они отчитывались. На машине жучок, Газали отслеживает их перемещение. Погрузим тела, я отпишусь, что по адресу ничего. Так выиграем время.
Исламов кивает.
— Тогда работаем, босс.
Саид не задает лишних вопросов. Он профессионал в том, чтобы враги исчезали навсегда. И в этом его главная ценность.
Исламов методично загружает тела внутрь черного Гелика, на котором приехали боевики. Я обеспечиваю прикрытие. Знаю, что дальше: обычно промышленная печь или бочка с кислотой где-то в заброшенной промзоне. Это работа Саида. Моя — следить, чтобы никто не помешал.
Я беру мобильный для связи. Простенький, кнопочный, такой не отследить. Пишу, что все чисто. Роюсь в бардачке, нахожу карту. Там выстроен маршрут по точкам.
— Умно, — хмыкает Саид, — никаких навигаторов и электроники, чтобы не снять со спутника. Все максимально простое. Они профессионалы.
— Да, — коротко киваю. Хорошо, что в балаклавах. Черные футболки, камуфляж. Даже маскироваться не придется.
У Саида в фургоне всегда есть одежда на смену. Мы натягиваем черные футболки, балаклавы.
— Если камеры нас зафиксируют, то не отличат с закрытыми лицами. Тонировка тачки поможет. Следующая точка недалеко, заедем туда. Лика пока успокоит Мадину... Надеюсь, к моему возвращению в доме будет хоть немного спокойнее.
Саид усмехается.
— Не боитесь эту женщину оставлять с юной мусульманкой? Наговорит она всякого, научит плохому… собьет с истинного пути.
Я бы на это надеялся... Чтобы она смогла начать новую жизнь…
Так, блядь, прочь мысли о сестре босса!
— Ты глаза свои белые скрой. А то нас спалят, — рычу.
— Все сделаю, босс, — скалится Исламов, доставая линзы.
Дальше все по плану. Мы везем тачку в другую заброшенную деревню, мелькая под камерами. Даем взятку ДПСникам. Избавляемся от тел привычным способом: сжигаем в промышленной печи в одной из точек Саида, избавляемся от машины.
Возвращаемся назад на стареньком «Форде». Двигатель с тихим стоном затихает, и в наступившей тишине я чувствую, как напряжение дня тяжелым грузом ложится на плечи.
— Напоминаю, Саид, только мне и Лике дозволено быть в этой части дома. Если у тебя какие-то дела с остальными, найди их за крылом охраны. Там сейчас Ник.
— Постою тут, подожду эту нечестивую женщину, — цедит Исламов, и в его голосе слышится недовольство. — Научу ее уму-разуму, чтобы не развращала сестру Мурада Демидовича. Не учила ее этим своим феминистским штукам.
Вот же упертый. Хватит!
— Лика — член моей команды. Веди себя с ней уважительно, — в голосе звенит сталь, я смотрю на Исламова жестко, напоминая, кто здесь главный. — Да, у вас разные взгляды, но я не потерплю в своей команде подобных споров. И тем более унижения женщины. Это ясно?
Он на секунду отводит взгляд.
— Да, босс.
— Так-то лучше.
Хотя бы на этом успокоится. Сейчас это последнее, что мне нужно.
Разворачиваюсь и направляюсь в дом. Теперь нужно держать ухо востро. Газали неспроста внес этот адрес в список подозрительных точек. Он что-то почуял. И мне нужно понять, откуда тянется эта ниточка.
— Все в порядке? — Лика спускается со второго этажа, тихо, словно кошка.
— Да. Как она? — киваю наверх.
— Думаю, Мадина ждет тебя, Багир. Ей очень важно сейчас ощущать опору и поддержку. Сильное плечо, — Лика смотрит на меня проницательно. Черт, она ведь все видит. — Мы с ней пока пытаемся найти общий язык, а вот у вас взаимопонимание сразу появилось. Зайди к девочке, успокой ее. Обними.
Молчу. Исподлобья гляжу на Лику. Обнять? Она с ума сошла? Психолог подмигивает мне и бодро направляется к двери. А я, чертыхнувшись, делаю шаг к лестнице, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Открыв дверь, вижу, как малышка отпрыгивает от окна, будто пойманная на чем-то запретном. Подсматривала? Черт, Исламов опять Лику задирает? Что за детский сад?
Но все мысли мгновенно улетучиваются, когда я тону в огромных карих омутах. Мадина испуганно смотрит на меня, поджимает алые губки. А я с ума схожу…
Делаю к ней шаг, оказываюсь неприлично близко. Нельзя! Мне нельзя, сука… Она сестра босса!
Но опущенные густые ресницы, этот румянец на щеках лишь распаляют во мне что-то темное, первобытное, животное. Хочу снять с нее этот платок. Чтобы каштановые пряди рассыпались по хрупким плечикам. Коснуться и почувствовать их мягкость.
— Мадина… посмотри на меня, — с губ срывается хрип, и я понимаю, что еще немного и сорвусь, переступлю черту, за которой нет возврата.
Малышка тихо всхлипывает. Сжимает пальчики в кулачки. Блядь! Она боится. Я должен уйти! Должен разорвать эту невидимую нить, что протянулась между нами.
Но вместо этого я подцепляю подбородок Мадины. Слегка надавливаю и вынуждаю девушку взглянуть на меня. И именно сейчас, в тишине комнаты, осознаю всю глубину своего падения.
Понимаю, чего хочу на самом деле.
— Сними платок. Я хочу посмотреть на тебя, — почти рычу, не в силах отвести взгляд от Мадины. Ее красота пленяет, опутывает собой, как паутина. Сопротивляться все сложнее. Да и не хочу больше.
Девушка прикрывает глаза. Аккуратно, почти невесомо подцепляет тонкими пальчиками шелковую ткань. Платок соскальзывает, и каскад каштановых волос, длинных и шелковистых, рассыпается по плечам.
Пропускаю прядь сквозь пальцы.
Всё. Я пропал. Окончательно и бесповоротно.
ГЛАВА 17
Мадина
Волосы… это ведь всего лишь волосы! Но под пристальным взглядом Багира у меня возникает ощущение, будто стою перед ним совершенно обнаженная. Сердце замирает в груди, словно птица в клетке.
Большая рука с длинными умелыми пальцами скользит по моим прядям. Это прикосновение рождает сладкую горячую волну, что проносится по всему телу и тяжело оседает внизу живота.