Страница 64 из 82
— А если я откажусь?
— Тогда останетесь в серой зоне. С Кириллом, который, возможно, сегодня готов быть честным, а завтра снова поставит компанию выше вас. С агентством, которое теперь будут искать не из-за профессиональных кейсов, а из-за скандала. С партнёрами, которые вежливо улыбаются, но всё равно помнят фотографию договора.
— Вы очень стараетесь звучать заботливо.
— Я стараюсь быть полезным.
— Себе.
— И вам.
— Нет, Вадим Игоревич. Вы снова ошиблись. Я не ваш переговорный актив.
Он чуть наклонил голову.
— А Кирилла?
Я замолчала.
Он увидел.
Конечно, увидел.
— Вот видите, — сказал он мягче. — Даже вы не уверены.
И это было самым подлым.
Потому что я действительно не была уверена.
Не до конца.
Не в Кирилле — в себе. В том, смогу ли не испугаться. Не сбежать. Не поверить старому опыту сильнее, чем новым поступкам. Не выбрать быстрый карьерный взлёт просто потому, что честный путь выглядит длиннее и страшнее.
Телефон в сумке завибрировал.
Я не достала.
— У вас есть время до вечера, — сказал Вадим. — В восемь я встречаюсь с представителем фонда. Если вы дадите согласие, завтра утром у вас будет предварительное письмо. Через неделю — контракт.
— А если нет?
— Тогда фонд найдёт другого эксперта. А вы останетесь защищать человека, который сам признал: использовал ситуацию, потому что это было выгодно.
Я посмотрела ему в глаза.
— Вы ведь не понимаете, да?
— Чего?
— Что если я скажу это так, как вы хотите, я действительно спасу карьеру быстро. Но потеряю право смотреть на себя без внутренней скидки.
— Красивые слова.
— Нет. Дорогие.
— Честность не оплачивает офис.
— Зато нечестность иногда слишком дорого берёт за вход.
Он усмехнулся.
— Вы драматизируете.
— А вы недооцениваете женщину, которая уже однажды вышла к совету директоров с красной помадой.
Я пошла мимо него.
— Арина.
Я остановилась, не оборачиваясь.
— Подумайте хотя бы ради своего агентства.
Вот это ударило.
Я медленно повернулась.
— Не смейте прикрывать свою игру Полиной, моим офисом, моими счетами и моими людьми.
Он молчал.
— Я подумаю, — сказала я. — Но не потому, что вы великодушно предложили мне золотую лестницу из чужого предательства. А потому, что выбор действительно мой. И на этот раз я не позволю ни вам, ни Кириллу, ни страху сделать его за меня.
Я вышла на улицу.
Воздух был холодным, резким, прекрасным.
Телефон снова завибрировал.
Кирилл.
Я смотрела на экран долго.
Потом отклонила звонок.
Не потому что не хотела слышать его голос.
Именно потому что хотела слишком сильно.
Следом пришло сообщение.
«Вы ушли раньше. Всё в порядке?»
Я не ответила.
Потом — от Полины:
«Мне только что написал неизвестный представитель фонда. Намекает на большой проект. Арина, что происходит?»
Я закрыла глаза.
Вот оно.
Выбор перестал быть разговором у выхода.
Он уже вошёл в мою жизнь через почту, агентство и будущее, которое так легко было взять, если не смотреть слишком внимательно на цену.
Я открыла чат с Полиной.
Написала:
«Ничего не подписывай. Никому не отвечай. Я еду».
Потом открыла чат с Кириллом.
Пальцы зависли над экраном.
Я могла написать:
«Вадим предложил мне контракт в обмен на признание против тебя»
.
Могла написать:
«Мне нужно подумать»
.
Могла написать:
«Я не знаю, кому верю»
.
Вместо этого заблокировала экран и убрала телефон в сумку.
Потому что иногда самый трудный выбор начинается не с ответа другому человеку.
А с вопроса себе.
Что ты хочешь спасти быстрее: карьеру — или себя?