Страница 59 из 82
Глава 9
Не по протоколу
Глава 9. Не по протоколу
«Есть первичный след отправки. Вадим не единственный участник».
Кирилл поднял глаза на меня.
И скандал, который мы только что будто бы удержали за край, снова шагнул ближе.
Я всё ещё стояла рядом с ним после объятия. Вроде бы уже не в его руках, но тепло его ладоней почему-то осталось на моей спине, как след от слишком честного момента. Только что мы смеялись над Ликой и её «эмоциональным периметром». Только что Кирилл говорил, что не хочет притворяться. Только что я почти поверила, что после скандала бывает не разрушение, а пауза, в которой можно вдохнуть.
А потом пришло сообщение.
Вадим не единственный участник.
Ну конечно.
У этой истории не мог быть один злодей с красивой визиткой. Слишком просто. Слишком честно. А у нас тут романтическая комедия в деловой среде, где даже подлость, кажется, согласовывают в нескольких отделах.
— Кто ещё? — спросила я.
Кирилл молча показал мне экран.
Я перечитала сообщение Елены ещё раз, будто со второго прочтения там могли появиться подробности, извинения и приписка: «Шучу, просто проверяла вашу стрессоустойчивость».
Не появились.
— Елена пишет, что первичный след ведёт через внешний почтовый ящик, связанный с PR-консультантом Вероники Савельевой, — сказал Кирилл.
Я медленно подняла глаза.
— Бывшая с серебристым платьем решила не ограничиваться эстетическим презрением?
— Похоже.
— Прекрасно. У нас коалиция людей, которым очень не нравится, что пышная консультантка не исчезла после первого взгляда сверху вниз.
— Арина.
— Что?
— Это не из-за вас.
Я посмотрела на него.
— Кирилл, вы правда хотите сейчас сказать женщине, чьё имя только что разослали партнёрам с формулировкой «часть спектакля», что это не из-за неё?
Он помолчал.
— Нет. Переформулирую. Это не из-за того, какая вы. Это из-за того, что вы мешаете им использовать привычный порядок.
Я моргнула.
— Вот это уже лучше.
— Учусь.
— С трудом?
— С трудом.
На пороге появилась Лика. Она явно пыталась выглядеть так, будто не слышала ничего из нашего разговора, но на лице у неё было выражение человека, который одновременно охранял эмоциональный периметр и вел внутреннюю стенограмму для будущего музея корпоративных чудес.
— Елена ждёт в переговорной, — сказала она. — Служба безопасности дала первичный отчёт.
— И? — спросил Кирилл.
Лика посмотрела на меня, потом обратно на него.
— Там Вадим. Вероника. И кто-то внутри финансового блока, кто имел доступ к синхронизированным файлам Лики.
— Моим файлам, — сказала Лика так, будто хотела лично извиниться перед всей историей. — Я всё ещё не понимаю, как документ попал в ту папку.
— Лика, — сказала я. — Если вы сейчас начнёте винить себя, я заставлю вас стоять перед зеркалом и повторять: «Я не обязана отвечать за чужую подлость».
— Это войдёт в протокол человеческого поведения?
— Отдельным приложением.
Кирилл вдруг сказал:
— И для меня тоже.
Я повернулась к нему.
— Что?
— Я тоже не должен сейчас брать на себя всё.
Слова были простые. Но для Кирилла Гранта это было почти как выйти на площадь и публично отказаться от короны, трона и права смотреть на людей как на неудачно собранный отчёт.
— Да, — сказала я. — Именно.
Лика посмотрела на нас и снова быстро опустила глаза в планшет.
— Я сейчас расплачусь уже не корпоративно, а граждански.
— Лика, — сказал Кирилл.
— Молчу. Но горжусь.
Мы вернулись в переговорную не как герои после победы, а как люди, которым сообщили: пожар не погас, просто нашёл новый этаж.
Елена стояла у экрана. На столе лежали распечатки, ноутбук, список адресов и схема пересылки письма. Увидев нас, она сразу перешла к делу:
— Служба безопасности установила, что файл с фотографией договора ушёл с внутреннего хранилища через аккаунт младшего аналитика финансового блока. Он утверждает, что передал доступ Вадиму по рабочей просьбе. Дальше файл появился во внешнем ящике, которым пользовался PR-консультант Вероники Савельевой. Оттуда письмо ушло партнёрам и в канал.
— Аналитик понимал, что делает? — спросила я.
— Судя по первичному разговору, нет, — ответила Елена. — Ему сказали найти «все материалы по дополнительному соглашению с Платоновой». Он выгрузил папку. Не проверил содержимое. Не задал вопросов.
— И теперь хочет провалиться под стол?
— Уже пытался морально.
Лика тихо сказала:
— Это Костя из финансового блока. Ему двадцать три. Он краснеет даже от слова «отчёт».
— Вадим выбрал слабое звено, — сказал Кирилл.
Голос стал опасно ровным.
Я коснулась края стола пальцами.
Он заметил.
Вдохнул.
Не сорвался.
— Я хочу поговорить с ним, — сказал он уже тише. — Не сейчас. После Елены.
Елена одобрительно кивнула.
— Разумно. По Вадиму пока собираем доказательства. По Веронике — аккуратно. У нас нет прямого подтверждения, что она лично дала команду. Только связь через её консультанта.
— Она будет отрицать, — сказал Кирилл.
— Конечно, — ответила я. — И сделает это красиво. С таким лицом, будто письмо отправили её скулы без согласования.
Лика закашлялась.
Елена впервые за вечер улыбнулась.
Кирилл посмотрел на меня.
— Вы устали, но шутите.
— Это моя внутренняя система пожарной безопасности.
— Она надёжная?
— Иногда дымит.
Он чуть улыбнулся.
И эта улыбка после скандала, утечки и сообщения про Веронику показалась мне настолько неуместно тёплой, что я тут же отвернулась к экрану.
— Что дальше? — спросила я у Елены.
— Официально — внутренняя проверка. Не публичная. Не с громкими заявлениями, пока сделка не подписана. Партнёрам отправим обновление: источник письма связан с нарушением доступа к внутренним материалам, материалы вырваны из контекста, работа продолжается.
— А Вадим?
— С ним будет разговор.
Кирилл произнёс это так спокойно, что воздух на секунду стал тяжелее.