Страница 34 из 82
— Пока рано радоваться. Я пришла не за советом, а за информацией.
— Прямо.
— Экономлю ваше время. Вы же финансист.
Он улыбнулся.
— Справедливо. Что будете?
— Кофе с молоком.
— Десерт?
— Нет.
— Боишься выглядеть слишком расслабленно?
Я подняла бровь.
Он чуть развёл руками.
— Простите. Профессиональная попытка разрядить атмосферу.
— Разряжать атмосферу фразами про чужой выбор еды — рискованная стратегия.
— Учту.
Он сделал заказ, и мы сели.
Вблизи Вадим производил ещё более гладкое впечатление. Не холодный, как Кирилл. Тёплый. Внимательный. Лёгкий. Он смотрел так, будто в комнате его интересовала только я. Если бы я не работала с коммуникациями, могла бы даже поверить.
— Вы не похожи на человека, которого легко втянуть в чужую историю, — сказал он.
— А вы не похожи на человека, который приглашает на кофе из чистого альтруизма.
— Укол принят.
— Он был не уколом. Разминкой.
— Теперь понимаю, почему Кирилл держит вас рядом.
— Он меня не держит.
— Простите. Почему вы рядом с Кириллом.
— Лучше.
Он отпил кофе.
— Вы уже защищаете формулировки, связанные с ним.
— Я защищаю факты. Это профессиональная привычка.
— Тогда факт: ваша роль в компании изменилась за два дня сильнее, чем у некоторых топ-менеджеров за два года.
— Ещё факт: вы хотите понять, насколько это изменение можно использовать.
Вадим не смутился. Даже, кажется, обрадовался.
— Вы действительно быстро читаете людей.
— А вы слишком аккуратно раскладываете приманки.
— Жёстко.
— Точно.
Он откинулся на спинку кресла.
— Хорошо. Тогда без игры. Я считаю, что Кирилл совершает ошибку, превращая вас в часть переговорной стратегии.
— Это мы уже обсуждали.
— Вы обсуждали это с ним. А он умеет убеждать.
— И вы решили спасти меня от его убедительности?
— Нет. Я решил предупредить, что Кирилл всегда ставит компанию выше людей.
— Всегда?
— Всегда, когда выбор становится серьёзным.
— Вы звучите так, будто говорите из личного опыта.
Его улыбка стала тоньше.
— Я пришёл в «Грант Инвест» пять лет назад. Тогда компания была в сложной фазе. Я предложил схему, которая сэкономила огромные деньги и сохранила несколько направлений. Кирилл принял решение, получил результат, а потом сделал вид, что так и должно было быть.
— Не поблагодарил?
— Поблагодарил. Сухо. Письмом.
— Ужасно. Человек поблагодарил вас письмом. Как вы выжили?
Он рассмеялся. На этот раз искренне.
— Вы не даёте себя жалеть.
— Я не уверена, что вы пытались жалеть именно меня.
— А кого?
— Себя.
Вадим посмотрел на меня внимательнее.
— Допустим, я действительно не святой.
— Это хорошо. Святые редко приглашают в кафе с окнами на офис конкурента.
— Конкурента?
— Вы же не просто финансовый директор, который беспокоится о репутационных рисках. Вы хотите понять, есть ли у Кирилла слабое место.
— И вы считаете, что это вы?
— Нет. Я считаю, что вы хотите, чтобы я так подумала.
Он помолчал.
Официант принёс кофе. Я поблагодарила, дождалась, пока он отойдёт, и только потом продолжила:
— Давайте сэкономим обоим вечер. Вы хотите узнать, что именно прописано в дополнительном соглашении. Насколько я вовлечена в коммуникации. Как долго продлится наша нейтральная позиция. Есть ли между мной и Кириллом настоящая личная связь или только публичная тень от камина. И можно ли через меня ударить по его решению.
— Очень стройная теория.
— Благодарю. Я старалась.
— И что, совсем ничего не расскажете?
— Расскажу. Кофе вкусный.
Он снова улыбнулся, но теперь без прежней лёгкости.
— Вы недооцениваете серьёзность ситуации.
— Нет, Вадим Игоревич. Я недооцениваю вашу попытку выглядеть благородно.
Он наклонился чуть ближе.
— Кирилл использует вас.
— Вы уже говорили.
— Потому что это правда.
— А вы используете правду как упаковку для собственной игры.
Его глаза стали холоднее. Всего на секунду. Но мне хватило.
Вот он.
Не заботливый предупреждающий союзник. Не светский мужчина с красивой улыбкой. Игрок, который раздражается, когда фигура отказывается ходить по диагонали.
— Вы очень лояльны к нему для человека, который утром был зол, — сказал он.
— Вы очень информированы для человека, который просто пьёт кофе.
— В компании говорят.
— В компании говорят, что я выиграла спор у Кирилла, и он решил жениться, чтобы не проигрывать повторно. Не всякая информация достойна анализа.
Он тихо рассмеялся.
— Признаю, вы интереснее, чем я думал.
— А вы предсказуемее.
— Правда?
— Да. Сначала комплимент. Потом предупреждение. Потом личная история, где Кирилл холодный, а вы недооценённый. Потом попытка вывести меня на эмоции. Осталось только предложить помощь и сказать, что я могу обратиться к вам в любое время.
Вадим положил ладони на стол.
— Вы можете.
— Вот видите. Протокол работает.
На этот раз он не улыбнулся.
— Вы думаете, Кирилл вас защитит?
— Вы думаете, мне всё время нужен защитник?
— Всем нужен союзник.
— Согласна. Но союзник не начинает знакомство с попытки поссорить меня с человеком, с которым я работаю.
— А если этот человек сам уже поссорился с вами?
Я медленно поставила чашку.
— Осторожнее.
— Больно попал?
— Нет. Невежливо.
— Арина, я не враг вам.
— Тогда перестаньте говорить как человек, который ищет вход через трещину.
Он замолчал.
Мы смотрели друг на друга через маленький столик. Вокруг звенели чашки, кто-то смеялся у витрины, за окном вечерний город отражался в стекле «Грант Инвест». И я вдруг увидела в этом отражении фигуру.
Высокую.
Неподвижную.
Кирилл стоял на другой стороне улицы у входа в офис.
Разумеется.
Не специально рядом с кафе. Нет. Конечно же нет. Он просто случайно вышел из здания ровно в тот момент, когда я сидела с его финансовым директором у окна. В мире Кирилла Гранта случайности, вероятно, тоже проходили через календарь.
Наши взгляды встретились через стекло.