Страница 29 из 82
Мужчина из развития сделал пометку в блокноте. Краснолицый руководитель посмотрел на меня с новым уважением, будто я только что пожала кому-то руку без перелома.
Вадим же не смутился.
— Сильная формулировка.
— Бесплатно добавлю в протокол.
— Щедро.
— Пока да.
Кирилл вмешался:
— Достаточно. Решение следующее: нейтральная позиция, усиление протокольного сопровождения, никакой внутренней самодеятельности. Арина продолжает работу. Все вопросы по её статусу — ко мне, Лике или юридическому блоку.
— К Лике? — уточнил Вадим.
Лика подняла глаза.
— Да, Вадим Игоревич. Я умею пересылать вопросы в нужную корзину.
— Уверен, умеете.
— Особенно лишние.
Вот теперь я едва удержалась от смеха.
Лика была не просто союзницей. Лика была тихой артиллерией.
Совет закончился через сорок минут. Люди расходились по одному, и каждый считал нужным посмотреть на меня с каким-то своим оттенком понимания. Елена подошла первой.
— Арина, вы хорошо держались.
— Спасибо.
— Вадима не слушайте слишком внимательно. Он любит проверять слабые места.
— А если не найдёт?
— Тогда создаёт впечатление, что нашёл.
— Полезная информация.
Она посмотрела на Кирилла, который разговаривал с руководителем развития у окна.
— Кирилл доверяет немногим. Если он решил оставить вас рядом в такой ситуации, значит, видит не только пользу.
— Или очень любит рисковать.
— Кирилл? Нет. Он терпеть не может рисковать тем, что не готов потерять.
Елена ушла, оставив меня с фразой, которая совершенно не собиралась вести себя прилично. Она крутилась в голове, стучалась в виски и пыталась залезть туда, куда ей нельзя.
Тем, что не готов потерять.
Нет.
Нет, нет и ещё раз нет.
Я была консультантом. Временной невестой по необходимости. Женщиной с дополнительным соглашением, репутационными рисками и агентством на грани финансового обрыва. Не романтическим активом. Не тем, что кто-то там не готов потерять.
Лика подошла ко мне с папкой.
— Вы в порядке?
— Да. Просто утро длинное.
— Сейчас только десять сорок.
— Не добивайте.
Она протянула мне лист.
— Черновик допсоглашения. Я уже добавила пункт о том, что вы не обязаны подтверждать личный статус, отвечать на личные вопросы и участвовать в постановочных фотографиях.
— Лика, я вас обожаю.
— Взаимно, но тихо. У нас камеры.
— Вы правда думаете, кто-то будет пересматривать записи?
— После вчерашнего? Арина, у нас уже всё возможно.
Я взяла лист.
— Как вы вообще живёте в этой компании?
Лика задумалась.
— Быстро.
— И всё?
— Ещё у меня есть таблицы, удобные туфли и привычка не пугаться, когда Кирилл Аркадьевич говорит «срочно».
— Сильная женщина.
— В этой компании слабые становятся сильными или уходят в отделы, где нет прямого доступа к Кириллу Аркадьевичу.
— А Вадим?
Она посмотрела на дверь переговорной, за которой он задержался, разговаривая по телефону.
— Вадим Игоревич умный. Очень. Он пришёл в компанию пять лет назад, быстро поднялся, закрыл несколько сложных финансовых историй, и совет его уважает. Но он считает, что Кирилл слишком много решает единолично.
— А Кирилл?
— Кирилл считает, что Вадим слишком часто путает осторожность с попыткой перехватить управление.
— Он опасен?
Лика поджала губы.
— Он вежлив.
— Это не ответ.
— В этой компании иногда это и есть опасность.
Я посмотрела на Вадима через стекло. Он стоял у окна, улыбался кому-то в трубку и выглядел абсолютно безобидно. Слишком безобидно для человека, который только что пытался превратить меня в финансовый риск.
— Он будет копать, — сказала я.
— Уже копает.
— Что он может найти?
— Про контракт — ничего опасного. Всё оформлено. Про ужин — только то, что и так видно. Про вас…
Она замолчала.
— Что про меня?
— Ваше агентство небольшое. Есть долги по аренде?
Я посмотрела на неё резко.
Лика виновато поморщилась.
— Не я искала. Финансовый отдел проверяет всех внешних подрядчиков на устойчивость. Это стандартно.
— И Вадим знает?
— Если захочет — узнает.
Вот теперь стало неприятно по-настоящему.
Не потому что долги были тайной века. А потому что чужие руки на твоей уязвимости всегда чувствуются одинаково: будто кто-то открыл ящик, куда ты складывала не документы, а страхи.
— Ясно, — сказала я.
— Арина…
— Всё нормально.
— Нет. Не нормально. Но предупреждена — значит, с помадой и планом.
Я всё-таки улыбнулась.
— Вы учитесь у меня?
— Вы заразительны.
— Надеюсь, только профессионально.
— Пока да.
Кирилл подошёл к нам.
— Лика, отправьте всем итоговое решение совета. Арина, ко мне.
Я подняла бровь.
Он остановился.
— Пожалуйста.
Лика тихо сказала:
— Отмечаю прогресс.
— Лика.
— Молча отмечаю.
Я пошла за Кириллом в кабинет. На этот раз интерьер уже не произвёл на меня прежнего впечатления. В первый день кабинет казался крепостью. Сейчас — местом, где мужчина прятался за стеклом, городом и дорогим столом, чтобы никто не увидел, насколько много в его жизни приходится контролировать вручную.
Он закрыл дверь.
— Вы знали про финансовое состояние моего агентства? — спросила я сразу.
Кирилл застыл.
— В общих чертах.
— В общих чертах — это насколько?
— Я видел проверку подрядчика.
— То есть знали.
— Да.
— И когда предлагали мне продолжить публичную игру до подписания сделки, знали, что мне сложно отказаться.
Его лицо стало жёстче.
— Я не использовал это.
— Но знали.
— Да.
— Почему не сказали?
— Потому что не хотел, чтобы это выглядело давлением.
Я рассмеялась.
— Кирилл, всё, что вы делаете молча, всё равно выглядит как давление. Просто с хорошим освещением.
Он подошёл к столу, но не сел.
— Я увеличу оплату не потому, что вы в сложном положении, а потому что объём работы вырос.
— Звучит правильно.
— Это и есть правильно.