Позолоченная месть

Пролог

Две девочки пришли на волшебный бал, и одну из них больше никто не видел.

За несколько месяцев до этого они получили приглашения, на которых блестели завитки вечно влажных чернил. Девочки прятали приглашения под половицами и разглядывали их лишь поздно ночью, когда вечный гам многоквартирного дома стихал до полусонного шепота. Доставать их днем было слишком опасно.

Но предстоящий бал полностью завладел их мыслями.

Надо упражняться в магии, настаивала Эмми. Чтобы добиться вступления в таинственное Общество чародеев, необходимо отточить свои редкие магические таланты.

Надо упражняться в танцах, возражала Грейс. Они ничего не добьются, если члены Общества не сочтут их достаточно утонченными юными леди, достойными партиями для своих красавцев-сыновей.

Чары или этикет? Магические законы или светские? Этот давний спор длился с тех самых времен, когда каждая из них обнаружила, что соседская девочка тоже умеет колдовать. Они делили древнейшую, священнейшую тайну в мире.

И они всегда были вместе.

Существование магии стало для девочек незримым щитом, оберегавшим их от скучного мира шитья и уроков, которые они терпели вместе. Они делились друг с другом всеми мыслями. Всеми мечтами. Когда мать Грейс неделями пропадала в пивнушках, Грейс, не говоря ни слова, приходила в квартиру Эмми. И даже когда отвратительная женщина приползала домой, отец Эмми все равно оставлял для Грейс место за кухонным столом – а также место на его уроках магии при свечах. Он часто говаривал, что по крови у него есть одна дочь, а по сердцу – сразу две.

И вот, пока зимние ночи становились холоднее, а время бала все приближалось, Эмми тренировалась дольше терпеть удушающий вес магии. Грейс же подружилась с девочкой, умеющей зачаровывать ткань, и упросила ее сшить два платья. Эмми пыталась преобразовать дешевые металлы в чистое золото, а Грейс работала над осанкой, удерживая на голове ее книги.

Эмми мечтала утолить свою жажду магических познаний. Получить ответы.

Грейс мечтала никогда больше не голодать.

Перед балом Эмми и Грейс надели плащи поверх платьев и поспешили к роскошной карете, запряженной лошадьми. Если бы кто-то из соседей пригляделся получше, то смог бы различить полупрозрачные облачка, плывущие по подолу Эмми, и вихрь снежинок на подоле Грейс. Настоящие волшебные платья, прямо как в сказках из книг Эмми.

Джимми Ли, самый высокий и красивый парень в их доме, подал Эмми руку, когда она чуть не упала с подножки кареты под непривычным весом бального платья. Соседи широко улыбались отцу Эмми: благодаря его таланту целителя многие из них сумели сохранить работу, а значит, спастись от нищеты. Даже не зная о существовании магии, они понимали, что он способен творить чудеса, и любили его за это.

Под цокот лошадиных копыт Эмми потерла руку, до которой дотронулся Джимми, и несколько приуныла. По правде говоря, девочки мало что знали про Общество чародеев – только то, что рассказывал отец Грейс, когда изредка ее навещал. Явиться на бал значило принять судьбу: либо стать прислугой Общества, например горничной, что ветром выдувает пыль из огромного особняка, или садовником, благодаря которому розы цветут круглый год; либо же добиться звания протеже – чародея скромного происхождения, но выдающихся способностей, заслужившего покровительство знатных семей Общества и вступившего в их ряды.

Отец Грейс с гордостью провозгласил, что у них обеих есть все необходимое, чтобы стать протеже. Эмми считала, что он имел в виду их необычные магические таланты. Грейс думала, что все дело в их красоте. Ее отец умер, и они не успели его расспросить. Но два года спустя они получили приглашения, как он и обещал.

У девочек был только один шанс проявить себя.

Если Общество сочтет их достойными, то сегодняшний бал станет лишь одним из многих. Именно об этом они мечтали: Эмми будет целыми днями пропадать в библиотеке в окружении древних магических текстов, пока ее не вытащит оттуда Грейс, шкафы которой будут ломиться от модных нарядов, купленных на щедрую стипендию. Наставники помогут им развить свои таланты до невиданных высот и стать ценными и уважаемыми членами Общества. Какие чудесные деликатесы их ждут! Музыка, танцы, зрелища и спектакли. И хотя Эмми поклялась, что будет часто навещать папу и развлекать его рассказами о высшем свете, Грейс заявила, что ноги ее больше не будет к югу от замызганной Хьюстон-стрит.

Обветшалые многоквартирные дома за окном кареты сменились элегантными особняками. Улицы стали тише, бархатистое небо больше не заслоняли клубы дыма из труб, бельевые веревки и телеграфные провода. Эмми вгляделась в едва проступившие звезды, и на нее вдруг снизошло неземное спокойствие, хотя Грейс дрожала в приступе тревоги. Они обе обладали уникальными талантами, которые наверняка выделят их в толпе дебютантов, владеющих лишь обыденной стихийной магией. А в этих умопомрачительных нарядах они куда больше походили на приличных юных леди, чем на будущих горничных. Кроме того, они учились и практиковались, сколько Эмми себя помнила. Они были готовы.

Спокойствие сопровождало Эмми, когда они подошли к роскошному особняку с торца и охранники в масках и жемчужно-белых мундирах, на фоне которых отчетливо выделялись темные револьверы, торопливо провели их через потайную дверь. Когда они вошли в великолепный бальный зал, где их немедленно разделили с папой. Когда они смотрели, как другие дебютанты, такие же растерянные шестнадцатилетние юноши и девушки, демонстрируют свои магические таланты. Призыв дождя. Управление ветром. Удивительнее всех оказался дар рыжеволосой девочки, которая исчезла со сцены, сделавшись невидимой.

Зрелище вызывало трепет, но щеки у Эмми болели от улыбки. До сегодняшнего дня ей доводилось видеть лишь колдовство Грейс и папы. Ей еще столько предстояло узнать, столько понять о том, как работает магия. Откуда она берется. Почему с ней рождаются лишь немногие. И хотя Эмми аплодировала каждому дебютанту, в глубине души она знала, что ее талант легко затмит их.

Грейс тоже это знала. Даже слишком хорошо.

Когда пришла ее очередь, Эмми поднялась на сцену и повернулась к толпе незнакомцев в масках – Обществу чародеев. По мнению Грейс, в его тайных рядах состояли самые богатые, самые влиятельные жители Нью-Йорка. Глаза за белыми масками казались ледяными, но Эмми смотрела лишь на папу, который стоял позади вместе с родителями других дебютантов.