Страница 19 из 70
Маша приняла подарки, порывисто обняла старуху и отправилась в обратный путь, который занял куда меньше времени. Артефакт, когда она забрала его у Матильды, встретил ее укоризненным миганием насчет того, что разделение длилось четыре часа двенадцать минут. Она записала в книгу условия договора с духами и добавила строчку «научиться петь», на что артефакт тут же выдал, что вероятность успешного обучения пению всего тридцать четыре процента и лучше бы делегировать.
К вечеру Маша вернулась домой усталая, но довольная собой, и Матильда встретила ее с заметным облегчением.
— Слава богу, вы вернулись!
— Все прошло хорошо, лес нам дали.
— И духи вас не съели?
— Они меня даже чаем напоили.
Элис кинулась обнимать госпожу:
— Вы вернулись целая, а я-то как боялась!
Вот только радость их продлилась недолго: Томас появился в зале с какой-то бумагой в руках и лицом цвета остывшей овсянки.
— Миледи, к нам прибыл гонец из столицы, из самого налогового управления.
Маша торопливо выхватила у него лист. «Баронессе Мире Каменной. Настоящим уведомляем о внеплановой проверке, которая состоится послезавтра. Инспектор — господин Освальд Крот. Ваше присутствие строго обязательно».
— Просто прекрасно, лучше и придумать нельзя, — процедила Маша и села за стол, открыв артефакт. — Книга, мне нужен план подготовки к проверке: все документы, все нестыковки, которые надо успеть исправить, и вообще все, что способно вызвать у инспектора лишние вопросы, а срок у нас всего полтора дня.
«Обрабатываю...»
Страница замигала, постепенно заполняясь подробными списками, и Маша почувствовала, как лесная усталость понемногу сменяется привычным рабочим азартом. К налоговым проверкам ей было не привыкать еще в прошлой жизни, так что и здесь все будет точно так же, только вместо Excel у нее магический артефакт, вместо привычного офиса старый замок, а вместо бодрящего кофе горький травяной чай.
— Томас, присаживайтесь, работы нам хватит на все полтора дня, — распорядилась она. — Матильда, соберите всех, кто хоть как-то отвечает за учет, — повариху, конюха, ключника. Элис, тащите побольше бумаги и перьев.
Команда на мгновение замерла, а потом разом кинулась выполнять приказы. Маша развернула артефакт на весь стол, и книга уже выстраивала готовую таблицу: «Сегодня вечером — ревизия счетов, завтра утром — сверка с поставщиками, завтра днем — инвентаризация имущества...»
— Что ж, приступаем, — скомандовала Маша.
Следующие полтора дня прошли в настоящем аврале. Маша спала часа по три и ела на ходу, Томас составлял ведомости, Матильда все тщательно проверяла, а Элис переписывала набело. Бернард притащил откуда-то старые счета за железо, и выяснилось, что три года назад тут забыли оплатить гвозди, а потому за поместьем числился долг в два гроша, который Маша велела погасить немедленно. Артефакт выдал очередную нестыковку: крестьянин Федор из Ольшан числился должным три шиллинга, хотя его участок принадлежал общине. Томас тут же признался, что попросту перепутал Федора с Фомой, и ошибку быстро исправили, а к вечеру нашлись еще целых пять подобных нестыковок. Вечером Маша устроила настоящую репетицию, усадив Элис изображать строгого инспектора, и в итоге переписали еще добрых два десятка документов.
К полудню третьего дня все было полностью готово: документы лежали аккуратными стопками, счета сходились до последнего гроша, а артефакт сообщил, что вероятность успешного прохождения проверки восемьдесят семь процентов. Маша допила очередную кружку горького травяного чая с привкусом мяты и поморщилась, ведь целый месяц в этом мире она так и не сумела привыкнуть к отсутствию кофе.
— Элис, — позвала она горничную, — а в этом мире вообще есть кофе? Ну, такой напиток, его из зерен делают.
Элис задумалась, теребя край фартука.
— Из зерен? Миледи, вы, наверное, про ячменный отвар? Его солдаты пьют, говорят, помогает не заснуть на посту.
— Нет, ячмень тут ни при чем, я про другое, — Маша запнулась, сообразив вдруг, что само название здесь может вообще ничего не значить. — В общем, такой черный, ароматный, иногда с пенкой сверху...
— Нет, про такое я даже не слышала, — Элис покачала головой. — Может, в столице найдется? Там всякие диковины продают: и специи из-за моря, и чаи заморские.
— В столице, говоришь, — задумчиво повторила Маша. — Надо будет как-нибудь разузнать.
Элис тихонько хихикнула:
— А вы, миледи, иногда так странно говорите, будто из другой страны приехали, все слова какие-то необычные: то «эффективность», то «оптимизация», а теперь вот еще и «кофе».
— Я и правда из очень далекой страны, — пробормотала Маша и снова отпила травяного чая. — Из очень и очень далекой.
Артефакт на столе мигнул: «Запрос: найти информацию о напитке "кофе"?»
— Попробуй, конечно, только вряд ли он тут вообще существует.
«Поиск в доступных источниках... Упоминаний не найдено. Рекомендация: запросить сведения у торговцев в Серебряном Посаде или столице».
— Замечательно, — вздохнула Маша. — Вот и еще один пункт в список дел: отыскать кофе, приоритет низкий, после долгов, налогов, крыш и всего прочего.
Инспектор Освальд Крот прибыл ровно в полдень, и Маша встретила его в главном зале в строгом платье и с подчеркнуто невозмутимым лицом. Крот оказался именно таким, каким она его себе и представляла: маленький, толстый, лысый, в очках. Он вошел в зал, тут же споткнулся о порог, выронил портфель, из которого веером высыпались бумаги, и пока собирал их, успел трижды уронить собственные очки. Маша попросила предъявить его собственные документы — предписание на проверку и подтверждение полномочий, и Крот, снова рассыпав бумаги, протянул ей пачку, где все оказалось в полном порядке.
Целый час инспектор копался в ведомостях, постоянно что-нибудь роняя, пока наконец не поднял голову с вопросом, почему в одной ведомости значится «крестьянин Фома», а в другой «Федор».
— Потому что это совершенно разные люди: Фома живет на восточном участке, а Федор на западном, вот, взгляните на карту.
Крот изумленно уставился на карту, посетовав, что объехал уже двадцать поместий и ни у одного не видел ничего подобного, а потому страшно путается. Маша почувствовала легкий укол жалости и предложила показать, как именно они ведут учет, после чего достала артефакт, на который инспектор уставился с настоящим благоговением.
— Боги милостивые, да это просто идеально, все аккуратно по столбцам, а вот это у вас что такое?