Страница 8 из 98
Я наклонилась и накрыла его губы своими. В последнее время это был мой самый безотказный прием, «красная кнопка», которая всегда его тормозила. И сейчас она снова сработала — я даже невольно улыбнулась в поцелуй, чувствуя, как он замер.
Он крепко сжал губы. Ну-ну, знаем мы вашу хваленую выдержку! Я зарылась пальцами в его волосы, мягко перебирая пряди и продолжая нежно, тягуче его целовать. Приоткрыла веки: он всё еще смотрел на меня, пытаясь зацепиться за реальность. Тогда я просто накрыла его глаза ладонью. Ему пришлось их закрыть, и в этот момент он начал сдаваться. Снова.
Когда я убрала руку, он даже не заметил, окончательно улетая в наш поцелуй.
Боже, я открывала его совсем с другой стороны! Как же он, должно быть, контролирует себя в обычной жизни, если сейчас стоит мне просто прикоснуться — и он тает? Он всегда сдается мне... Эта мысль пьянила сильнее любых духов. Неприступный аристократ сейчас просто плавился под моими руками, не в силах (а кажется, уже и не в желании) сопротивляться.
Я медленно спустила ладонь на его шею, затем на грудь. Нависла над ним, выцеловывая дорожку за ушком, по линии челюсти...спускаясь ниже на грудь. Он больше не вырывался из связывающих его лент. Наоборот, теперь он обеими руками вцепился в решетку кровати, и этот жест — смесь муки и наслаждения — заводил меня до безумия.
Я вернулась к его губам, которые уже были приоткрыты и жадно ждали продолжения. Моя вторая рука скользила всё ниже. Грудь, живот... Мышцы под моими пальцами сокращались, он шумно втягивал воздух от каждого прикосновения, и это отдавалось тяжелым, рваным дыханием прямо мне в рот. Чем ниже опускалась моя рука, тем яростней он отвечал на поцелуй.
Да, я знаю, чего ты хочешь! Сейчас это было похоже не на ласку, а на настоящую борьбу. Мне отчаянно не хватало его рук на моем теле... На долю секунды мелькнула сумасшедшая мысль: «Может, развязать?» Судя по его виду, останавливаться он не собирался.
Но нет. Рисковать нельзя. Я еще даже до самого важного не добралась.