Зелье (не) удачи

Глава 3. Зелье не удачи.

– Какой же болван, а! – Не унималась ведьма, лютуя в своем домике.

Мало того, что она лишилась крова и работы, так это еще и приправили горечью обиды от жестоких слов. Она – великая ведьма Альсинья, о которой становилось известно всем в городах, в которые она пребывала. А значит, она с легкостью могла утереть нос зазнайке-Робу и расставить все на свои места. Ведь он был обычным человеком, которого не защищал влиятельный дом. Только мечты и вели его вперед. А с чего он так вспылил, ведьма понять не могла. Может это было перенапряжение, а может он всегда думал о ней так.

Сжав кулаки и приведя себя в порядок, девушка решила встретиться с Робом и все прояснить. Заодно, можно было стрясти компенсацию за ущерб в виде порушенного имущества. Если этот парнишка собирается стать военным, то деньги у него появятся и он с легкостью рассчитается за оказанную ему ранее услугу. Тем более, что бы он не говорил, а зелье удачи он с собой забрал.

На этой радостной и вдохновленной ноте девушка направилась на окраину Сильверайна, где располагались казармы.

– Ну и куда ты собралась? – Послышалось из за угла, как только Альсинья свернула со своей улицы и с визгом подскочила.

Резко развернувшись и увидев Роба, явно поубавившего спесь, девушка сложила руки на груди и грозно посмотрела на него в упор.

– А тебе здесь что надо? – последнее слово ведьма произнесла, словно выплюнула. – Зачем тебе подходить к таким как я, некудышным магичкам.

И, не давая ничего произнести в ответ, отвернулась и зашагала прочь, словно не его собиралась искать совсем недавно.

– Постой, Альсинья! Я был не прав, – донеслось вслед и послышались торопливые шаги позади.

– Серьезно, ну хватит дуться. Мне нужна твоя помощь! – взмолился Роб, нервно теребя край своей одежды.

– Вот как теперь заговорил? А нет, все, хватит с меня. Ты такой бесхребетный, что от пары слов уязвился и убежал. А еще мужик называется! Обидчивый, как воробей! – Девушка остановилась и в ее спину чуть не врезался Роб, бегущий за ней.

– Ну прости, прости. Мне жаль, что я наговорил всякое, – слова сыпались сумбурно, но мужчина выглядел явно виноватым и ведьма наконец сдалась.

– Ладно, – вздохнула она, – что с тобой делать. Пошли уже закончим наше общее дело и я наконец покину этот недоброжелательный городок.

Роб кивнул и удивленно прищурился, но Альсинья простодушно махнула рукой.

– Пошли уже, у нас же мало времени.

Через каких-то пол часа они уже стояли у начальника местной стражи с протянутой бумажкой – заявлением на зачисление в ряды защитников города. Затянутый в форму мужчина кривился, пока читал, но наконец поднял строгий взгляд на возможного будущего подопечного.

– Проверка физической готовности через час. Пройти в казарму для получения формы немедленно, – командный голос стих и мужчина повернулся к Альсинье, – посторонним вход воспрещен.

– Но как же? А поддержать на испытаниях? – Удивленно переспросила ведьма, но военный уже отвернулся и махнул рукой, чтобы два стражника помогли девушке убраться.

– Ладно-ладно, я уже ухожу. Роб, удачи тебе! Удачи!! – Последнее слово прокричав как можно громче, девушка поспешила удалиться и осталась ждать у ворот снаружи.

Время текло так медленно, как застывший мед со дна глубокой банки и у Альсиньи заканчивалось терпение. Она уже обошла все ближайшие лавки, ничего не купила, но все потрогала.

Тем временем, Роберт, переодевшись в форму новобранца и поправляя синеватый потертый воротничек, довольный смотрел на себя в зеркало. В кармане брюк уютно лежал небольшой пузырек с серебристым зельем – его тайное оружие и залог будущих побед. Хоть он и твердил своей ведьме, что справится сам, но он все еще питал большие надежды на помощь ее магии.

Мысль о том, что сейчас, в этот самый момент, его судьба начнет меняться, наполняла его теплой и уверенностью. Он вспомнил слова Альсиньи, ее слова удачи. И удача была буквально у него в кармане.

«Пора, – прошептал он своему отражению, доставая пузырек. – Время все менять».

Пробка открылась с тихим щелчком. Жидкость внутри переливалась, ловя скупые лучи солнца, пробивавшиеся сквозь запыленное окно. Она пахла озоном после грозы и чем-то неуловимо горьким, как полынь. Не раздумывая больше, Роберт запрокинул голову и сделал глоток. Зелье было холодным, как лед, и обжигающе-теплым одновременно. Оно покатилось по горлу, оставляя за собой странное, пульсирующее ощущение, словно внутри него вспыхнула и погасла крошечная молния. На мгновение мир стал ярче, контуры предметов – четче, а звуки – яснее. Роб почувствовал прилив сил, почти эйфорию.

Плац представлял собой утоптанный прямоугольник земли, окаймленный казарменными постройками цвета сырой глины. В центре были расставлены снаряды для испытаний: мишени для стрельбы, бревно для рубки, площадка для спаррингов и перекладина. Воздух гудел от низких голосов инструкторов и нервных смешков кандидатов.

Роберт занял место в строю, чувствуя, как зелье продолжает свою невидимую работу. Казалось, каждый мускул наполнен силой и каждый нерв обострен. Он ловил на себе оценивающие взгляды других и начинал заметно нервничать.

Первым испытанием была стрельба из лука. Инструктор, коренастый ветеран со шрамом через бровь, кратко объяснил правила: три попытки, мишень в тридцати шагах. Роберт взял в руки лук – тяжелый, пахнущий деревом и смолой. Он никогда не был искусным лучником, но сейчас был уверен, что это не имеет значения, ведь удача направит его стрелу.

Вложив всю силу, будущий воин натянул тетиву. Ощущение было потрясающим – мышцы спины и плеч работали слаженно, будто сами знали, что делать. Он прицелился, задержал дыхание. В этот миг яркое солнце, выбравшееся из-за облака, ударило ему прямо в глаза. Роберт моргнул, и его палец, лежащий на тетиве, дрогнул.

Стрела сорвалась с негромким свистом и вонзилась не в соломенный круг мишени, а в деревянную стойку, на которой тот держался.

Тишина повисла вокруг, а затем взорвалась хохотом. Даже суровый инструктор не смог сдержать ухмылки.

– Новичок, – прокричал он, – мы здесь врагов побеждать собираемся, а не ремонтировать инвентарь! Осталось две попытки!

Кровь прилила к лицу Роба. Жгучий стыд парализовал сильнее любой боли, но сдаваться было нельзя. Он поднял лук дрожащими руками, не понимая, это неудача или просто случайность.

Вторую стрелу он натянул с такой силой, что костяная накладка лука затрещала. На этот раз он зажмурился, отстраняясь от смешков.

Выстрел.