Страница 51 из 73
Первым делом я направился в центральный тактический архив ГРУ, и просто охренел. Это был ультрасовременный информационный центр, расположенный глубоко под землей, в недрах Академии. Бесконечные ряды гудящих серверов, голографические терминалы, стерильная чистота и абсолютная тишина, нарушаемая лишь шелестом систем вентиляции.
Я сел за один из терминалов, вставил свою карту допуска, и передо мной на экране развернулось древо каталогов, от которого у любого военного аналитика закружилась бы голова. «Операция 'Северный ветер»«, 'Ликвидация 'Черного Халифата»«, 'Инцидент в Байкальской аномалии». Это были отчеты о десятках реальных, но совершенно секретных операций, проведенных за последние полвека. С полными выкладками, схемами, видеозаписями с нашлемных камер бойцов, анализом успехов и, что самое ценное, провалов.
Я погрузился в это море информации, как дайвер в бездну. Я часами напролет сидел в этом холодном, гудящем подземелье, забыв про сон и еду. Алиса в моей голове работала на пределе своих возможностей, копируя, анализируя и систематизируя гигабайты данных. Я изучал тактику японского спецназа «Ямабуси», анализировал их операции против китайцев-сепаратистов в Индокитае. Смотрел записи боев с мутантами в аномальных зонах, пытаясь понять повадки и слабые места. Читал донесения агентов о подковерной борьбе британской и французской разведок.
Это было бесценно, знания, которые я здесь получал, были не менее важными новых технологий. Я видел, как воюет мой будущий противник, видел ошибки, которые совершали наши генералы, слабые места в нашей собственной обороне. Моя картина мира, не скажу, что довольно полная, обретала невероятную глубину и детализацию. Я начал понимать не только как воевать, но и почему все происходит именно так. Теперь моему взору предстали скрытые пружины большой геополитики, экономические интересы, стоящие за военными конфликтами, личные амбиции генералов, приводящие к гибели тысяч солдат.
Но архивы были только началом. Мой допуск открывал мне двери и в другие, еще более интересные места. Я получил доступ в секретные лаборатории и конструкторские бюро, спрятанные в недрах верфи Адмиралтейства и на закрытых полигонах под Петербургом. И то, что я там увидел, заставило меня по-новому взглянуть на технологический уровень Империи.
Я видел прототип рельсотрона, электромагнитной пушки, способной разгонять снаряд до гиперзвуковых скоростей. Установка была громоздкой, занимала целый ангар и пожирала энергию небольшой электростанции, но она работала. Видел экспериментальный образец персонального стелс-генератора, который, используя концентрированную Пыль, делал бойца почти невидимым на несколько минут. Хотя тут Алиса хмыкнула, закатив глаза, после чего накрыла меня маскировочным полем на порядок превосходящее экспериментальный образец. Я видел разработки в области боевых нейросетей, систем наведения, которые могли захватывать и вести до сотни целей одновременно, рядом с которыми мой баллистический вычислитель смотрелся, мягко говоря, бедновато.
Многое из этого было сырым, недоработанным, существующим в единственном экземпляре. Ученые и инженеры, работавшие над этими проектами, часто не понимали до конца принципов, заложенных в «кубах», которые они изучали, поэтому действовали методом тыка, что-то просто копируя, или пытаясь адаптировать чужие технологии. Но сам факт существования этих разработок говорил о том, что у Империи есть скрытый потенциал, который пока никто не мог реализовать в полной мере.
Я ходил по этим лабораториям, как лиса по курятнику, смотрел, запоминал, анализировал. Моя Консоль, усиленная знаниями из куба, который я поглотил, мгновенно видела слабые места в прототипах, находила ошибки в расчетах, предлагала пути оптимизации. Я мог бы подойти к любому из этих проектов и, потратив пару дней, довести его до ума. Но я молчал, делиться своими знаниями я не собирался. Зачем? Я лучше самостоятельно доработаю их у себя на верфи и потом продам тому же Корпусу как свое собственное изобретение. Бизнес есть бизнес, ведь все останется внутри страны.
Но самое главное открытие ждало меня в лаборатории систем связи. Изучая прототип новой дальней шифрованной связи, я вдруг замер. Архитектура центрального процессора, логика построения шифрующего алгоритма, даже сама разводка печатной платы, все это было мне до боли знакомо. Это не было похоже на стандартные технологии, основанные на Пыли. Это было до ужаса похоже на то, что я видел в своей прошлой жизни. На земные технологии начала двухтысячных.
— Алиса, анализ, — мысленно обратился к хвостатой, отправляя ей сканы чертежей.
— Хозяин… — в голосе моей напарницы прозвучало неприкрытое удивление. — Это гибрид. Восемьдесят процентов стандартная для этого мира пылевая технология. Но ядро и модуль шифрования, это почти полная копия простейших кремниевых кристаллов и криптографического алгоритма AES.
У меня похолодело внутри, моя теория подтвердилась, я был не один. Или, по крайней мере, другие источники знаний из моего мира. Кто-то, так же, как и я, принес сюда свои знания и теперь, тайно или явно, внедрял их, меняя ход истории.
Кто они? Где они? Работают ли они на Империю? Или на ее врагов? Этот вопрос мгновенно стал для меня главным. Потому что одно дело воевать с японцами, и совсем другое воевать с противником, который знает все то же, что и ты. Который может предсказать каждый твой шаг, потому что он из твоего мира.
Я вышел из лаборатории с тяжелым сердцем. Мой мир, который только-только стал понятным и предсказуемым, снова рассыпался на куски, явив новую, куда более страшную и неизвестную угрозу. И на этот раз я даже не знал, как выглядит мой враг.