Страница 46 из 73
— Вы получите свою собственную команду. Не только тех мальчишек, которых вы сейчас натаскиваете. Вы сможете забрать себе любого специалиста из любой структуры Империи. Любого ученого, любого инженера, любого бойца. Достаточно будет одного вашего запроса.
— И, наконец, вы получите самые интересные задания, — закончил майор. — Туда, куда не полезет армия. Туда, где нужны не грубая сила, а ум, хитрость и технологии. Противодействие иностранным разведкам, ликвидация внутренних угроз, операции в аномальных зонах, поиск и изъятие артефактов. Вы будете нашим главным козырем в большой игре. Нашим скальпелем в тех случаях, где не уместен топор.
Он замолчал, давая мне осознать масштаб предложения. Это было приглашение в высшую лигу, в круг тех немногих, кто на самом деле вершит судьбы Империи. Мечта любого амбициозного человека, власть, ресурсы, свобода. Но я также прекрасно понимал, что у этой медали есть и обратная сторона.
— А цена, майор? — спросил прямо. — Какова цена такой щедрости?
Волков усмехнулся.
— Цена проста, капитан, полная и безоговорочная лояльность. Не лично мне или Корпусу. А интересам Империи в том виде, в каком их понимаем мы. Вы становитесь нашим инструментом. Очень ценным, очень дорогим, временами своевольным, но все же инструментом. И когда мы скажем «сделай», вы сделаете, не задавая лишних вопросов. Даже если приказ покажется вам странным, аморальным или самоубийственным. Вы готовы к такой цене?
Он смотрел на меня в упор, и в его взгляде был ответ. Но я не мог отказаться, мой путь привел меня в эту точку, и другого пути уже не было. Слишком много в меня вложили, слишком много знали обо мне, чтобы просто отпустить. Отказ означал бы только одно, «несчастный случай» в темной подворотне.
Я медленно кивнул.
— Готов, майор.
— Я не сомневался, — сказал Волков так, будто другого ответа и быть не могло. — Добро пожаловать в семью, капитан.
* * *
Я согласился, выбора, по сути, и не было. С того момента, как получил в Адмиралтействе свою верфь, я стал частью той самой большой игры. Мое согласие было лишь формальностью, признанием сложившегося статус-кво. Но просто так сдаваться и становиться послушной марионеткой я не собирался. Если уж меня втягивают в эту игру, я буду играть в нее по своим правилам, насколько это возможно.
— Я принимаю ваше предложение, майор, — медленно произнес, и мой голос прозвучал твердо и уверенно, без тени сомнения. — Но у меня есть встречные условия.
Волков удивленно вскинул бровь, в его мире завербованные агенты не выдвигали условий, они с благодарностью принимали оказанную честь. Моя дерзость его не разозлила, а, кажется, даже позабавила. На губах снова появилась та едва заметная усмешка.
— Условия? Любопытно. И какие же условия может выдвинуть курсант, пусть и в звании капитана?
— Не курсант, майор, а ваш самый ценный актив, как вы только что изволили выразиться, — вернул ему его же подачу. — А ценные активы требуют особого обращения и грамотного управления.
Я сделал глоток остывшего чая, собираясь с мыслями.
— Первое и самое главное. Я прошу полной автономии в технических и производственных вопросах. Никаких комиссий из министерств, никаких инспекторов из Адмиралтейства, никаких «советников» от армейских конструкторских бюро. Моя верфь — моя крепость. Я сам решаю, что, как и когда производить, после согласования заказов, отчитываюсь только перед вами лично. И только по конечным результатам. Вы ставите задачу, я даю готовое изделие. Процесс вас не касается.
Волков слушал, слегка склонив голову набок, как орнитолог, наблюдающий за поведением редкой птицы.
— Это логично, — кивнул после короткой паузы. — Бюрократия наш главный враг. Я обеспечу вам «зеленую улицу». Что еще?
— Второе финансы. Я хочу, чтобы все финансирование моих проектов шло не через казначейство или военное министерство, а по закрытым статьям бюджета Особого Корпуса. Напрямую на счета моей компании. Я не хочу, чтобы каждый мой рубль отслеживали десятки голодных чиновников, чтобы мне приходилось кланяться какому-нибудь ушлому казначею за каждую копейку.
— Тоже разумно, — снова согласился Волков. — Прямое финансирование обеспечивает скорость и секретность в нужных моментах. Принято.
Я видел, что пока мои условия его устраивают, ведь они лежали в плоскости эффективности, которую безопасник ценил превыше всего. Но сейчас будет самое сложное.
— И третье, — я посмотрел ему прямо в глаза. — Политическое. Я хочу, чтобы моя деятельность курировалась исключительно по вашей линии, а прямым и единственным начальником были вы, майор. Или тот, кто стоит над вами. Я не хочу иметь никаких дел ни с армейской разведкой, ни с другими структурами ИСБ.
Вот тут Волков впервые перестал улыбаться. Его лицо снова стало непроницаемой маской. Он понял, куда клоню, я пытался выбрать себе хозяина. И встроиться в ту властную вертикаль, которая казалась мне наиболее адекватной и наименее опасной.
— Вы просите о многом, капитан, — его голос стал холодным. — Вы хотите влезть в наши внутренние… взаимоотношения. Это не вашего ума дело.
— Напротив, майор, именно моего, — возразил ему. — Я не хочу однажды оказаться между молотом и наковальней, когда ваше ведомство не сможет поделить сферы влияния с армейцами. Я знаю, как это бывает, уж поверьте мне на слово. Сегодня я выполняю ваш приказ, а завтра меня арестовывают люди из контрразведки, потому что я, видите ли, «перешел им дорогу». Я не хочу тратить свое время и ресурсы на межведомственные интриги. Я хочу строить корабли и готовиться к войне с Японией. А для этого мне нужен один куратор и четкие приказы. И я хочу, чтобы этим куратором были вы, потому что мы, кажется, говорим на одном языке.
Я замолчал, это был мой главный козырь, я делал ему комплимент, признавая авторитет и предлагая ему себя в качестве личного, эксклюзивного инструмента. Это был рискованный ход, который мог быть расценен как наглость. Но я поставил на то, что амбиции Волкова и его прагматизм перевесят корпоративные взаимоотношения.
Волков долго молчал, барабаня пальцами по столу. В его голове, сейчас вращались шестеренки сложных политических расчетов. Он взвешивал все «за» и «против». С одной стороны, моя просьба нарушала субординацию. С другой, давала ему полный и единоличный контроль над самым перспективным проектом в Империи. Она делала его, майора Волкова, еще более незаменимой и влиятельной фигурой в верхах.