Страница 56 из 73
— Нет, — я покачал головой. — Это не решит проблемы, будет очередной междусобойчик. Да Голицыны потеряют наследника, но шансов, что у папаши не сорвёт резьбу крайне мал. Как итог, меня тупо закопают сразу после суда над Димочкой, не считаясь с последствиями, которые просто выльются в финансы. Я никто и звать меня никак.
Я повернулся к ней, и в голове уже начал складываться новый, безумный и рискованный план.
— Этот артефакт… Он станет не их козырем, — на моих губах появилась злая усмешка. — Он станет их могилой.
Алиса смотрела на меня, склонив голову набок, ее виртуальные глаза за стеклами очков пытались просчитать ход моих мыслей. Она видела, что я не испугался, не впал в отчаяние. Наоборот, информация о «Печати Ярости» словно включила во мне какой-то новый расчетливый режим.
— Ты хочешь использовать его артефакт против него самого? — наконец спросила она, подтверждая мои мысли. — Это крайне рискованно, дорогой хозяин. Вероятность летального исхода для тебя резко возрастает!
— А какова вероятность, что Голицын оставит меня в покое, если я откажусь от дуэли? — парировал я.
— Ноль целых, ноль десятых, — нехотя признала она.
— Вот именно! Так что давай работать с тем, что есть.
Я начал ходить по комнате, мозг, подстегиваемый Консолью, работал на пределе. Информация о «Печати Ярости» была ключом. Голицын думал, что получил абсолютное оружие, но на самом деле он получил мощный, но нестабильный и опасный инструмент. И, как любой инструмент, он имел инструкцию по эксплуатации и слабые места.
— Итак, что мы имеем, — начал рассуждать вслух, раскладывая все по полочкам. — Первое: Голицын слабее, чем кажется. Его реальный уровень почти Гамма, но почти не считается, не тот объём Пыли, не тот уровень контроля. Второе: он будет использовать артефакт. Это даст огромный всплеск грубой силы, но лишит его тонкости и контроля. Третье: артефакт выдает эмоциональные качели тем больше, чем дольше Димон будет его использовать, теряя контроль над ситуацией.
— Логично, — кивнула Алиса, выводя на дисплей ключевые тезисы. — Твоя задача не дать ему задавить тебя этой мощью на начальном этапе и дождаться, пока он выдохнется или потеряет контроль.
— Не будем просто ждать, предлагаю способствовать этому, — я остановился. — Будем его жёстко провоцировать.
В моей голове уже вырисовывался план, который я озвучил Алисе.
— Это очень опасно, — покачала головой хвостатая. — Один неверный шаг, одна ошибка в расчетах, и ты превратишься в пепел или подушечку для иголок.
— Я знаю, поэтому мне нужна твоя помощь, будешь моим вторым пилотом и третьей рукой.
— Я буду твоими глазами, — серьезно сказала Алиса. — Но твое тело… оно должно выдержать. Надеюсь не надо напоминать, как ты опять прошелся по краю относительно недавно?
— Для этого и нужна интеграция. И еще… — я посмотрел на дисплей, где все еще висело изображение «Печати Ярости». — У этого артефакта должен быть предел. Что будет, если перегрузить его?
Алиса на секунду задумалась.
— Теоретически… если нанести по нему точный физический удар в момент пиковой нагрузки, это может вызвать обратный выброс. Вся накопленная в нем «дикая» Пыль хлынет обратно в носителя. Это, как если бы взорвалась граната, но не наружу, а внутрь. Эффект будет… фатальным.
— Вот. — я хлопнул в ладоши. — Вот наш финал! Мы должны довести его до такого состояния, чтобы он потерял всякий контроль, а потом, в нужный момент, нанести один-единственный, точный удар по артефакту.
Я посмотрел на Алису. Она молчала, анализируя мой план.
— Это сложно, — наконец, сказала она.
— Это вариантый вариант! — ответил ей. — Зарезать его я всегда успею.
— Шанс восемь процентов, — напомнила она.
— Значит, мы будем работать с этими восемью процентами, — я сел на кровать, чувствуя, как от усталости и напряжения гудят все мышцы. — Начинай моделирование, мне нужны все возможные сценарии развития боя. И продолжай интеграцию, у нас очень мало времени.
Алиса кивнула и исчезла, оставив меня одного в тишине комнаты.
* * *
Я лежал на кровати с закрытыми глазами, но не спал. Все мое сознание было сосредоточено внутри, в виртуальном пространстве Консоли. Я отказался от ужина, от общения, от всего, что могло бы меня отвлечь. Сейчас существовал только я, Алиса и бесконечные потоки данных.
Вокруг меня, в моем мысленном взоре, кружились трехмерные модели дуэльной арены, голограммы Голицына, выполняющие тысячи различных атак, графики, расчеты, формулы. Алиса без устали гоняла симуляции, просчитывая все возможные варианты развития боя.
— Вероятность использования «Удара огненного змея» в первые пять минут сорок два процента, — ее голос звучал в моей голове, лишенный всяких эмоций, как у бортового компьютера. — Оптимальная траектория уклонения… — понеслись вариации движений. — Энергозатраты на маневр…
Я мысленно выполнял этот маневр снова и снова, доводя его до автоматизма. Каждый шаг, каждый поворот корпуса, каждое движение клинка оттачивалось в виртуальном пространстве, пока не становилось частью моих рефлексов. Это было больно, голова раскалывалась, казалось, череп сейчас треснет от напряжения, но я терпел.
Я чувствовал, как мои руки, лежащие на одеяле, вспоминают тяжесть сотен разных клинков. Как мои ноги сами находят правильную стойку, выверенную веками дуэльной практики. Я видел мир глазами десятков мастеров, от благородных аристократов до безжалостных наемников. Их опыт, их ошибки, их победы, все это становилось моим.
И посреди этого хаоса я занимался калибровкой и настраивал свой интерфейс, который будет выводиться на сетчатку моего глаза во время боя. Убирал все лишнее, оставляя только самую необходимую информацию. Я настраивал чувствительность, скорость реакции системы, алгоритмы вероятностей.
— Внимание, — раздался голос Алисы. — Обнаружен новый протокол в архивах Консоли. Уровень доступа «Альфа-Ноль», твой случай, дорогой хозяин. Предлагаю немедленную интеграцию.
— Что за протокол? — спросил у моей виртуальной тени.
— Боевой протокол «Контр-Кинетик», рассчитанный на… Эм… — Алиса озадаченно окуталась сиянием сверхбыстрого поиска и анализа.
— Что за приколы? — поинтересовался у хвостатой. На дисплее должно было появиться описание протокола. Вот только его не было, вместо связного текста и таблиц безобразный набор странных символов.