Страница 11 из 55
— Вы платили людям за чужие письма. Покупали долги слуг и использовали их, чтобы получить доступ к домам хозяев. Несколько раз распространяли слухи, которые невозможно было доказать.
— Насколько они были правдивы?
— Вас это никогда особенно не интересовало.
Я не стала спрашивать дальше.
Для первого знакомства с собственной репутацией хватало.
— За что ее продолжали принимать в обществе?
— За деньги, имя и способность быть полезной тем, кто считал себя умнее остальных.
— Понятно.
— Нет, — сказал Кайрел. — Не думаю, что вам понятно.
Я повернула голову.
— Тогда объясните.
— Лиарена Весс редко делала что-либо без выгоды. Если она помогала человеку, тот начинал ждать счета. Если предупреждала об опасности, люди искали ловушку. Если улыбалась, половина комнаты проверяла, не сказала ли лишнего.
— Очень удобно жить.
— Вы сами это выбрали.
Спорить было не с чем.
Я смотрела вперед и старалась соединить услышанное с поведением Эмрисы.
Не получалось представить себя такой женщиной.
Но это ничего не значило.
Лицо, имя и последствия принадлежали теперь мне.
— Почему она угрожала вам три месяца назад?
— Я уже ответил.
— Нет. Вы рассказали о приеме и письме. Но фраза про "самое дорогое" звучит слишком лично.
Кайрел не ответил сразу.
— После истории с моей сестрой я потребовал вернуть все материалы, которые вы получили через людей в моем доме.
— И?
— Вы отказались.
— Что произошло потом?
— Я закрыл для вас доступ к любым учреждениям Небесной стражи и запретил своим подчиненным обсуждать с вами служебные вопросы.
Я посмотрела на Раука.
— Тогда вы были знакомы с ним?
— Конечно.
— Насколько близко?
Кайрел впервые заметно удивился.
— Вы пытались погладить его на королевском дворе.
— И?
— Он не позволил.
— Что сделала Лиарена?
— Назвала его плохо воспитанным.
Я не удержалась.
— Представляю, как он переживал.
Тарен впереди издал звук, подозрительно похожий на кашель.
Кайрел посмотрел на меня.
— Вот этого вы раньше не делали.
— Чего?
— Не смеялись над собой.
— Может быть, давно было пора.
Он отвернулся.
Разговор закончился сам собой.
У следующего перекрестка улица пошла вверх. Дома стали ниже, а пространство между ними шире. Вдалеке появилась Северная башня.
Она отличалась от всего, что я успела увидеть в городе.
Высокая, узкая, почти без окон, она стояла на отдельном каменном выступе. От основной улицы к ней вел широкий мост. На вершине располагалось кольцо из металлических конструкций, которые с земли выглядели тонкими дугами.
Раук остановился.
Мы еще не дошли до моста.
Кайрел заметил это одновременно со мной.
— Знак закрыт.
Тарен поднял коробку.
— Да.
— Откройте, — сказала я.
— Здесь? — спросил он.
— Здесь.
Кайрел снял с себя плащ и передал его одному из сопровождавших стражников.
Я не сразу поняла зачем.
Он собирался освободить движения.
Тарен открыл коробку.
Раук вздрогнул всем корпусом.
Не отступил на шаг, как у дома.
Развернулся.
— Закройте! — сказала я.
Тарен захлопнул крышку.
Раук уже шел обратно по улице.
Кайрел двинулся за ним.
— Не догоняйте.
Он остановился.
Грифон прошел еще метров десять и только там обернулся.
Я подошла к Кайрелу.
— Это сильнее.
— Намного.
— На Восточной дороге он почти терпел знак.
Тарен смотрел на башню.
— Такого быть не должно.
— Именно поэтому мы здесь.
Кайрел протянул руку.
— Дайте мне знак.
— Ваша светлость...
— Закрытым.
Тарен передал коробку.
Герцог подождал, пока Раук успокоится, и сделал шаг к башне.
Грифон не двинулся за ним.
Еще шаг.
Раук попятился.
— Даже когда знак закрыт, — сказала я.
Кайрел вернулся.
Раук остановился.
Мы некоторое время ничего не делали.
В этот раз пауза была полезнее разговоров.
Поведение грифона изменялось не только из-за расстояния до металлической пластины. Имело значение место.
Причем чем ближе мы подходили к Северной башне, тем меньше требовалось, чтобы заставить Раука уйти.
— Где проходит граница ее сектора? — спросила я.
Тарен показал назад.
— Формально мы уже внутри. Она начинается от верхнего перекрестка.
— На Восточной дороге какая башня?
— Восточная.
— Мы были близко?
— Примерно в трех кварталах.
Я посмотрела на Северную.
— А сейчас?
— Меньше двухсот шагов.
— Тогда надо отойти.
Кайрел понял.
Мы пошли обратно.
Раук дождался, пока расстояние между нами сократится, и присоединился.
Через сотню метров повторили проверку.
Тарен открыл коробку.
Грифон напрягся, но не развернулся.
Еще через сотню реакция стала слабее.
Кайрел произнес:
— Зависит от расстояния до башни.
— Пока похоже на это.
— Почему именно Северная?
— Может быть, не именно Северная. Восточную мы проверяли дальше.
Тарен сказал:
— Но у вашего дома ближайшая башня Центральная.
— Насколько далеко?
— Почти столько же, сколько сейчас до Северной.
— И реакция там была сильной.
Кайрел нахмурился.
— Значит, две башни?
— Или не расстояние.
— Вы только что сказали обратное.
— Я сказала, что пока так похоже. У нас слишком мало наблюдений.
Тарен раздраженно потер ладонью подбородок.
— Сколько вам нужно?
— Столько, чтобы перестать гадать.
— До обеда мы обойдем весь город.
— Если хотите получить ответ быстрее, предложите способ лучше.
Он не предложил.
Кайрел смотрел на Северную башню.
— Там сейчас дежурная смена.
— Можно проверить саму башню?
— Можно.
— Раук туда не пойдет.
— И не должен.
Герцог повернулся к Тарену.
— Отведи его на Восточную дорогу.
Раук услышал имя офицера и повернул голову.
Тарен недовольно посмотрел на Кайрела.
— Он со мной не пойдет.
— Пойдет, если я останусь здесь.
— Откуда вы знаете?
— Не знаю.
Я вмешалась:
— Не надо разделяться.
Оба мужчины посмотрели на меня.
— Почему?