Страница 92 из 136
Мотэл одобрительно фыркнул и отошёл. За ним подошёл другой. Мариса и его шёрстку погладила, совершенно не ощущая огня. Как только рука касалась коричневой шерсти, она чувствовала тепло, а не огонь. «Настоящие чудеса», — думала Мариса, когда они с Асантом повернули назад и пошли обратно к костру. Она задумалась и не заметила ветку впереди под ногами. Запнулась и едва не упала, но крепкие руки Асанта обхватили её талию. Девушка оказалась прижата к широкому стволу дерева. Ровное дыхание мужчины коснулось её волос, ощущение его сильного тела рядом, так близко, заставило Марису задрожать. Невыносимая мука, желать человека и не иметь возможности быть с ним. Мариса закрыла глаза, поддаваясь порыву. Её коленей коснулась его ладонь. А губы прошлись по щеке, оставляя лёгкие поцелуи.
— Мариса, ты запала в моё сердце, — прошептал мужчина, снова и снова целуя девушку. Щёки, веки, губы. Его поцелуи вызывали трепет, нежность и страсть, томление в груди. Лишь на минуту Марисе показалось, что всё для них возможно, но вдруг неясный образ возник перед глазами. Добрая улыбка и нежный голос сказали Марисе, что между ней и Асантом пропасть, и им её не преодолеть. Этот мужчина принадлежит другой. Её тень, её величие стоят между ними. Мариса даже не знала как выглядит та девушка, но она где-то есть. И как только они найдут все осколки, Асант пробудит Алеиду. Боль пронзила сердце Марисы, и она отстранилась от Асанта.
— Бьянко рассказал мне всё о себе, — прошептала она, не желая говорить о их поцелуях и чувствах. Асант выглядел разочаровано, но брови его взлетели вверх, когда он ответил.
— Рассказал?
— О том, что он человек, — кивнула Мариса, пряча раскрасневшееся лицо. Она поправила рубашку Асанта и двинулась вперёд.
— Значит он стал доверять тебе. Бьянко не распространяется о своём прошлом.
— Я рада, что теперь знаю. Так я понимаю его лучше. Мне жаль, что с ним это случилось.
Они вышли на поляну, где костёр почти догорел. Бард не спал. Он перебирал струны лютни и тихонько напевал, влюблёнными глазами смотря на спящую рядом с ним Эви. Бьянко мурлыкал во сне, а Шохог примостился ближе к огню и точил меч, на костре жарились тушки каких-то мелких животных.
— Тебе наверное немного не по себе представлять его человеком, — предположил Асант, опускаясь рядом с котом, вороша угли в костре и переворачивая добытую снедь. Шохог странно глянул на него, но промолчал. Он не знал ничего о Бьянко.
— Я пыталась представить, но так и не смогла. Это трудно, — тихо, чтобы слышал только Асант, ответила Мариса. Она подошла к дереву, где висела их с Эви одежда, и проверила на сухость. Её рубашка и брюки наконец высохли. Девушка скрылась за деревьями, чтобы переодеться.
Ночь покрывалом укрыла небеса и лишь огонёк вдали,
Горит он надеждой и светом во тьме, как знать, что там впереди…
Пусть дружбой будет проложен путь,
Мы вместе преодолеем опасности и беды,
А после встретимся когда-нибудь,
И отпразднуем славную победу.
Любовь, что встретим, на века,
Когда объятия столь сладки.
Но не забудь, она хрупка,
И сложно разгадать загадки…
Мариса заслушалась тихой песней Барда, прислонившись к стволу дерева. До её обоняния донесся приятный аромат еды. Она поняла насколько голодна. Оттолкнувшись от дерева, она вернулась к костру и протянула Асанту рубашку. Тот натянул рубашку на тело.
Они уселись за трапезу, только Бьянко отказался. Бард разбудил Эви, и она тоже переоделась.
Когда Шохог отведал приготовленную на костре еду, то скривил кислую мину. Асант сказал ему пару ласковых, после чего эльф встал, забрал свой меч и ушёл куда-то в дебри.
— Он не особо приятный эльф. Я знавал и более дружелюбных, — облизав пальцы, а затем вытерев их о предложенную Эви полоску ткани, сказал Бард, смотря Туину вслед.
— Эльфы любят другую еду, — улыбнулась она и устроилась на плече юноши.
— Воппи? — вернула улыбку фее Мариса.
— О, нет, они любят мясо коз и коров. А ещё питаются орехами, лесными ягодами и грибами. Настои и эли из разных трав тоже приходятся им по вкусу. А ещё они любят питательные лепёшки. А феи обожают мёд!
— Я тебе обязательно прикуплю медку, моя милая, как только представится возможность, — пообещал Бард.
— О, я тебе верю, — Эви улыбнулась и прикрыла глаза.
Вскоре они уже оба мирно посапывали. У Марисы тоже закрывались глаза. Шохог был на страже, обходя участок леса. Через несколько часов Асант должен был сменить его, потом Бард. Мариса расстелила плащ и улеглась рядом с Бьянко. Его тёплая, мягкая шёрстка приятно касалась её руки. Девушка закрыла глаза и почти сразу уснула. Асант Алгаут долго наблюдал за Марисой, вспоминая их единственный, но такой желанный поцелуй.