Страница 29 из 179
Я посмотрела на него, на его открытое, искреннее лицо. В его глазах не было ни капли лести, только чистое, неподдельное восхищение. От этого стало тепло не только в ладонях, но и где-то глубоко внутри.— Через две недели будет страшнее в сто раз, — прошептала я, глядя на чашку. — Живые люди. Тысячи глаз.— Тысячи ушей, — поправил он меня. — Которые будут слушать. А мы будем на льду, и мы будем слушать тебя особенно внимательно. Для нас это будет... как пароль. Тихий сигнал к началу. К нашей работе. — Он накрыл своей большой, тёплой ладонью мою руку на столе. Жест был крепким, уверенным. Не робким, а поддерживающим. — Ты дашь сигнал. А мы выйдем и сделаем всё, что умеем. Каждый на своей позиции. Как команда.
Я перевернула ладонь и сжала его пальцы. Они были шершавыми от работы, полными тихой силы. И в этой силе была такая надёжность, что комок подступил к горлу.— Спасибо, — прошептала я. — За то, что поверил первым.— Я просто увидел, — он ухмыльнулся, и в его улыбке появилась та самая мальчишеская, смущённая искорка. — А теперь придётся всем хвастаться, что это была моя гениальная идея. Так что ты уж, не подведи.
Я рассмеялась, и смех прозвучал легко и свободно, смывая последние остатки ледяного страха. Впереди была куча работы: репетиции с командой поддержки, работа со звуком, бесконечная борьба с собственной неуверенностью. Но в этот момент, с его рукой в моей и с чашкой кофе, которая обжигала губы, всё казалось возможным. Потому что я была не одна. Рядом был человек, который не просто верил в мой голос. Он верил в то, что этот голос может изменить ход игры. И его вера была крепче любого бетона.