Королев. Мой отец. Книга 1

П. Я. Королев часто бывал в доме Москаленко. Он был среднего роста, довольно худощав. Неплохо танцевал, недурно играл на скрипке, был застенчив и, главное, очень самолюбив. Марии он не нравился, она не обращала на него сколько-нибудь серьезного внимания, да он и не был особенно заметен. Были у нее знакомые — более интересные молодые люди и больше нравившиеся ей. Некий удалой офицер сделал ей предложение еще в восьмом классе — она танцевала с ним в офицерском клубе мазурку. Офицер звенел шпорами, падал на одно колено и признавался в любви. Все смотрели с любопытством — красивая была пара. Марию Матвеевну это тревожило: «Ах, эти офицеры! Сегодня он здесь, а завтра его в Сибирь ушлют или еще куда-нибудь. И не увидишь, не услышишь. А потом, это — голытьба, на 75 рублей живут!» Когда галантный кавалер предложил Марии руку и сердце, она и думать об этом не хотела — надо было заканчивать гимназию. Потом он уехал из Нежина, и следы его потерялись. Через много лет они случайно встретились в Киеве. «Маруся! Все те же глаза. Я Вас не забыл!» Но пути их уже пошли врозь и больше никогда не соприкасались.

Предложение Павла Яковлевича застало Марию врасплох. Она рассказывала мне, как он пришел к ней домой и попросил пройти с ним в сад. У нее сразу сжалось сердце, а он сказал: «Я предлагаю вам выйти за меня замуж». Она ответила, что замуж пока не собирается, а хочет ехать в Петербург поступать на Высшие женские курсы. Это его несколько озадачило, но не смутило. Он предложил пойти в дом. Войдя в комнату, где сидели родители, он сразу сказал, что просит их благословения. Мария Матвеевна сняла икону и благословила их, говоря при этом: «Все очень хорошо, очень подходяще». У Марии сложилось впечатление, что родители были в курсе дела и не особенно удивились. Однако она продолжала противиться этому браку, поэтому решено было собрать семейный совет, на который вскоре съехались родственники и близкие друзья. Обсуждение ее судьбы было всесторонним, а решение единодушным: «Замуж!» На все возражения девушки, мечтавшей поехать в Петербург учиться ответ был такой: «А что хорошего? Вот окончила курсы докторша и работает в земской больнице, голых мужиков осматривает. Срам какой. Только этого не хватало!» Докторша была первой или второй курсисткой в городе, и провинция возмущалась. Мария уверяла, что хочет быть учительницей. Ей возражали: «Поедешь в Петербург, там родичей нема, знакомых нема, будешь одна, та який-небудь дурак голову скрутит. Замуж!» Благо, было за кого. Удивляться не приходится: вся жизнь в Нежине текла как бы в прошлых веках.

Мария Николаевна (стоит) с матерью Марией Матвеевной (слева) и сестрой Анной Николаевной на крыльце нежинского дома. Лето 1905 г. Фотография В. Н. Москаленко

Младший брат моей бабушки, Василий Николаевич, который в 1905 г. еще учился в гимназии, вспоминал, что это был особенно шумный для семьи год: частые гости, интересные вечера, смех, остроты, а в центре внимания — Юрий и Маруся. За Марусей ухаживало много молодых людей. Это были главным образом товарищи старшего брата Юрия, и Василий был горд, что они и на него, гимназиста, младшего брата, обращали внимание, — по всей вероятности, для того, чтобы он замолвил старшей сестре словечко в их пользy. И вдруг совершенно неожиданно в семье пополз слух, что Маруся выходит замуж. И за кого? За Павла Яковлевича Королева. Хотя Королев бывал в доме уже давно, его мало кто толком знал. Кажется, ни у кого, в том числе у Василия, и в мыслях не было, что он может сделать предложение сестре. Сам Василий относился к нему довольно безразлично, скорее холодно. Он вообще не мог понять, зачем Марусе, такой молодой, красивой, веселой, только что окончившей гимназию, надо выходить замуж и, следовательно, покидать родительский дом. Тем более что и сама Маруся не хотела выходить за Королева, и братья с младшей сестрой протестовали, доказывая нелепость этого брака. Отец говорил: «Как хочешь, дочка», — но твердая рука матери победила. Она была непреклонна, считая, что Королев для дочери — подходящая пара. Он хоть и старше Марии на 11 лет, но зато человек с положением, окончил институт, получил место учителя с окладом сразу в 150 рублей. О том, что у него большая и бедная семья, никто не знал — Могилев был далеко. В то же время нравилось, что Королев скромен, играет на скрипке, а иной вроде красивее, да лишнюю рюмку с отцом любит выпить, а третий не только с Марусей танцует, но и с другими девушками. Одним словом, Павел Яковлевич очень обхаживал Марию Матвеевну и показался ей идеальным женихом для старшей дочери, а кроме того, первым попросил родительского благословения — что ж тут думать! Мария плакала, жаловалась подругам, но уговоры продолжались. «Ничего, сживется — слюбится», — говорила Мария Матвеевна. Она сама выходила замуж за человека старше ее — и сжилась, и слюбилась. Конечно, ее муж обладал исключительным характером и удивительным внутренним благородством. Мать надеялась, что у Маруси все повторится. На сетования дочери, что Павел Яковлевич некрасив, она отвечала: «Мужчина трошки краше чорта — уже красавец». При таких доводах отстаивать свое мнение семнадцатилетней девушке было трудно. Понятно, что она не знала жизни, и хотя в седьмом классе гимназии преподавали естествознание, но, как рассказывала моя бабушка, в учебнике лягушке было посвящено несколько страниц, а человеку, строению его тела — одна страница. Да и на той был изображен скелет, скромно повернутый спиной, и написаны какие-то общие фразы. Это было практически все, что знали гимназистки о природе человека. Немудрено, что Маруся не очень представляла, что такое замужество и семья. Сил сопротивляться ей хватило лишь на два месяца. В конце концов Мария Матвеевна призвала на помощь мужа. Бабушка вспоминала, как первого августа отец пришел в сад, где она отдыхала, и сказал: «Ну що, Маруся, а може й краще буде, якщо ти вийдеш замуж. Ну що ти курси? Хто знае, що там буде, а тут вийдеш замуж, уже буде сим’я и будеш хазяйкой. Може, Маша и права. Виходь, бо вона мене зйсть». И потерявшая последнюю опору, вконец обескураженная дочь обреченно произнесла: «Ну, если и ты, отец, говоришь так, то я выйду». Вопрос о свадьбе был решен.

Мария Николаевна на крокетной площадке во дворе нежинского дома. Лето 1905 г.

Фотография В. Н. Москаленко

Получив наконец согласие невесты, Павел Яковлевич обратился к директору Историко-филологического института с прошением о выдаче ему удостоверения, подтверждающего отсутствие каких-либо препятствий для вступления его в законный брак с дочерью купца Марией Николаевной Москаленко. Таковое ему было тотчас выдано.