Страница 216 из 222
И. О. УЧЕНОГО СЕКРЕТАРЯ (ГЛУШКО)»
Документы были отправлены в ВАК, по просьбе которого профессор В. П. Ветчинкин послал туда отзыв о деятельности С. П. Королева.
«В Высшую Аттестационную Комиссию.
Отзыв о деятельности инженера С. П. Королева.
Работы Сергея Павловича Королева протекают в трех направлениях:
Конструкторском
Научно-исследовательском
Организационном
Как конструктор он зарекомендовал себя девятью построенными планерами (литеры СК); все они летали, и некоторые брали всесоюзные призы.
Организаторская деятельность С. П. Королева проявилась в том, что он был одним из главных организаторов и около 2 лет был начальником института ГИРД, который под его руководством работал достаточно успешно.
Научно-исследовательская деятельность С. П. заключается в проведенных им и его группой работах по исследованию, конструированию, постройке и испытанию нескольких пороховых ракет и в ряде написанных статей, из которых две напечатанные представлены при деле.
В этих работах С. П. Королев вполне правильно и здраво оценивает вопрос о возможности реактивных полетов. Несколько пессимистические выводы, к которым приходит автор в „Технике Возд. Флота“, могут быть улучшены за счет более точного расчета ракеты с точки зрения динамики полетов.
Но это не умаляет той ведущей роли, которую играет С. П. Королев в РНИИ, и ему безусловно следует присудить ученое звание „Действительный член института по специальности: крылатые и бескрылые ракеты“.
Доктор технических наук профессор В. Ветчинкин Москва, 25. III.1936».
В ноябрьском номере журнала «Самолет» за 1935 г. в рубрике «Планеры XI слета» под фотографиями конструкторов планеров Д. А. Ромейко-Гурко, С. П. Королева и O. К. Антонова опубликована заметка отца с характеристикой планера СК‐9. В ней говорилось, что «планер летал на скоростях до 180 км/час и в условиях сильной болтанки», и в то же время неоднократно парил при слабых южных ветрах (5–7 м/сек). В декабрьском номере того же журнала приведена схема планера СК‐9.
Пилотское свидетельство парителя Осоавиахима С. П. Королева.
Москва, 21 ноября 1935 г.
21 ноября 1935 г. отец получил «Пилотское свидетельство парителя Осоавиахима», которым удостоверялось, что он «удостоен звания пилота-парителя класса „А“ с правом производить парящие полеты на планерах, допущенных к парению, и обучать полетам на планере в планерных кружках в пределах программы I ступени летного обучения. Удостоен звания парителя класса Б. Допущен к инструкторской работе с правом обучения по II ступени». В свидетельстве отмечалось, что в 1935 г. С. П. Королев совершил 7 буксировочных полетов на планерах общей продолжительностью 12 час 40 мин без аварий и поломок. Позднее, в 1937 г., отец продолжил полеты на самолетах и планерах в Центральном аэроклубе Осоавиахима СССР, став членом этого аэроклуба 21 февраля 1937 г. (билет № 95). В первой половине 1937 г. он выполнил 26 полетов общей продолжительностью 9 час 46 мин, из них 21 на планерах и 5 — на самолете «У-2», все без каких-либо происшествий.
Титульный лист книги Г. Э. Лангемака и В. П. Глушко с дарственной надписью С. П. Королеву (13 декабря 1935 г.) и его автографом (14 декабря 1935 г.)
В декабре 1935 г. вышла в свет книга Г. Э. Лангемака и В. П. Глушко «Ракеты, их устройство и применение». Отцу подарили ее экземпляр с надписью: «Сергею Павловичу Королеву от авторов». Эту книгу маме удалось спрятать и таким образом сохранить во время конфискации имущества после ареста отца.
В конце 1935 г. отцу наконец удалось добиться включения в план РНИИ на 1936 г. расчетно-проектных работ по ракетному самолету. В те годы уже отчетливо просматривался грядущий кризис авиации с поршневыми двигателями, ставившими принципиальные ограничения дальнейшему увеличению скорости и высоты полета, и это способствовало тому, что работы по ракетному самолету были — пусть не в числе приоритетных — поддержаны. Е. С. Щетинков и отец составили документ «Объект № 218. Тактико-технические требования на самолет с ракетными двигателями (ракетоплан)». В нем отмечалось: «1. Ракетоплан разрабатываемого типа предназначается для достижения рекордной высоты и скорости полета. 2. Ракетоплан является экспериментальной машиной и предназначается для получения первого практического опыта при решении проблемы полета человека на ракетных аппаратах». Предполагалось, что экипаж будет состоять из двух человек, будет иметь скафандры и кислородные аппараты, причем «конструкция кабины ракетоплана должна допускать возможность для экипажа в случае необходимости прибегнуть к помощи парашютов». По расчетам наибольшая высота полета («потолок») аппарата должна была быть не менее 25 000 м, наибольшая скорость горизонтального полета на высоте 3000 м — до 300 м/сек. Документ был подписан кроме двух авторов начальником второго отдела А. И. Стеняевым (отсюда индекс объекта: отдел 2, тема 18), а 2 февраля 1936 г. завизирован Г. Э. Лангемаком и утвержден И. Т. Клейменовым. 11 марта 1936 г. был создан новый, пятый отдел по разработке реактивных летательных аппаратов во главе с моим отцом. На заседании технического совета РНИИ 16 июня 1936 г. отец сделал доклад о проекте ракетного самолета. К этому времени были выполнены основные расчеты и эскизные проработки, но отсутствовал подходящий двигатель. Чтобы не стоять на месте, отец предложил в качестве первого этапа создания ракетного самолета испытать в ближайшее время двигатель небольшой тяги на планере. Это предложение приняли в качестве внеплановой работы и экспериментальному ракетоплану первого этапа присвоили индекс «РП-218–1». Наиболее реальной представлялась доработка под него планера СК‐9, аэродинамические и прочностные характеристики которого допускали установку на нем ЖРД. Из разрабатывавшихся двигателей решено было использовать конструкцию В. П. Глушко тягой 150 кг. Таким образом, давняя идея отца о создании ракетоплана вновь получила реальную перспективу.